Глава 24. Школьные баталии…
Настя сидела в учительской и готовилась к очередному уроку английского языка, который должен был пройти как раз в классе, где она была классным руководителем. Корректируя план урока, она параллельно прислушивалась к разговорам других учителей.
- Я ваааще не понимаю некоторых родителей, которые не позаботились о своих спиногрызах, - манерно вытянув губы, томно вещала учительница по рисованию Анжелики Олеговна, описывая в воздухе замысловатые круги своими наманикюреными пальцами, на которых было нанизано, как минимум, с десяток золотых колец.
А если взять в расчет по несколько дырок в каждом ухе, да прибавить к ним две цепочки с подвесками на шее и пару браслетов на конечностях, то, если её прямо сейчас, вот так сдать в ломбард, можно было бы безбедно прожить, как минимум с пол года, семье из трех взрослых человек. С собакой и кошкой. Она же являлась местным, непререкаемым законодателем мод, а по совместительству была женой тутошнего, как она сама говорила, директора лесхоза, который на пару с начальником сельской милиции, усердно трясли, как груши по осени, многочисленные лесные бригады.
Придирчиво оглядев состояние своих пальцев, она зачем-то подула на свои ярко красные ногти, видимо сдувала вредную школьную пыль, и с тяжелым, громким вздохом смертельно уставшего человека, растягивая слова, продолжила:
- На русском же наречии эти тупицам сказала, покупайте польские краски и турецкий ватман. Ну что непонятного? Одна дура сегодня из восьмого «а», ещё наверно совдеповский альбом для рисования притащила. Наверно бабушку растрясла, ха-ха. Так я ей вообще два влепила и из класса выгнала. Бесят!
Услышав про свой восьмой «а», Настя насторожилась и стала более внимательно прислушиваться к этому бреду?
- Так может у девочки купить не на что, или родителей нет? – вступилась за ученицу одна из преподавателей.
- Если нет родителей, пускай в детдомовскую школу идет. Там все бесплатно. Если родители есть, а денег нету, пускай дома сидит, - отрезала королева красоты.
- Извините, это вы про кого сейчас говорили, Анжела Олеговна? – предчувствуя недоброе, прищурилась Настя.
- Про Смирнову эту, нищебродку, кстати, из вашего класса, вы бы разобрались там…, - ткнула она своим пальцем с двумя кольцами в сторону девушки.
У Насти реально сорвало крышу, и она только открыла рот, как вошел учитель математики, а заодно директор школы - Демченко. Человек он был, хоть и справедливый, но довольно резкий, и его все откровенно побаивались. Но кипевшие внутри Насти эмоции пробили крышку страха перед начальством. Она сгребла подготовленные к уроку бумаги, потом резко поднявшись, перегородила ему дорогу и глядя прямо в глаза громко сказала:
- Я что-то не поняла Станислав Федорович, у нас школа или ювелирный салон? – она кивнула головой в сторону при фигевшей от такой наглости Анжелы, - Насколько я помню, устав школы никто не отменял, а в нем черным по белому написан свод правил. Не мешало бы некоторым нашим преподавателям его перечитать, если они конечно умеют это делать, а то я что то сомневаюсь.
В полной тишине она обошла застывшего в шоке директора, и спокойно пошла проводить урок.
- Вот нахалка! – взвизгнула Анжела.
- Молчать! – вдруг заорал на всю учительскую директор, - Ты чего вырядилась, как новогодняя ёлка? Ты зачем Петровича подставляешь? Хочешь его под монастырь подвести? А если Стрельцова сейчас напишет в министерство образования или ещё куда? Она грамотная, в отличие от тебя, дуры. Он же с тебя первой шкуру сдерет, и правильно сделает. А ну марш домой и приведи себя в порядок! И чтобы я большена тебе не видел ничего, кроме обручалки!
Все присутствующие резко уткнулись носами в свои тетради и слились с обстановкой. Анжела, красная как рак, громко хлопнув, дверью выскочила в коридор и понеслась в сторону выхода. Пробегая мимо кабинета иностранных языков, она слегка притормозила и брызнула ядом в закрытую дверь:
- Ну, тварь, ты у меня пожалеешь, что на свет родилась! – и с чувством выполненного долга, поскакала дальше.
Настя на адреналине, который так и будоражил её организм, провела урок и по завершению попросила Аню слегка подзадержаться.
- Привет Анюта, ну как у тебя дела, как бабушка?
- Все хорошо, спасибо Анастасия Сергеевна, бабушка здорова, - спокойно и открыто улыбнулась ей девочка, а Настя поразилась выдержке этого маленького человечка, которую, не так давно, унизили и оскорбили перед всем классом.
- Ты после школы домой сразу? - спросила она.
- Да, а что?
- Передай бабушке, чтобы была дома, мне с ней поговорить надо.
- Что-нибудь случилось? – смешно поставила брови домиком девочка.
- Нет, что ты, мне надо по делу.
- Хорошо, передам, - тут же успокоилась Анютка и выскочила в коридор.
У Насти сегодня уроков больше не было, и она решила посидеть в пустом классе и по проверять тетради, чтобы не тащить их домой. Но сначала надо было перекусить, и она отправилась в школьный буфет, в котором довольно прилично готовили. По дороге неожиданно зазвонил сотовый и увидев кто звонит, она тут же ответила на вызов.
- Привет Настюша, я подъехал.
- Куда подъехал? – она от неожиданности даже остановилась.
- Как куда, к твоей школе, - засмеялся Павел.
- Зачем? – продолжала подтупливать счастливая девушка, пытаясь притормозить разогнавшееся сердечко.
- Соскучился.
- Ну, Паша? – взмолилась Настя, все ещё думая, что он шутит.
- Выгляни в окошко, дам тебе горошка. Я напротив школы стою. У тебя сейчас урок?
- Нет, на сегодня все. Хотела пообедать да тетради проверить.
- Пообедать согласен. Сам с утра ничего не ел. Поехали в какую-нибудь кафешку, есть же что-нибудь недалеко?
- Что-нибудь найдём, - согласилась девушка, - Сейчас выйду.
Возвращаясь в школу с непривычно легкими пальцами, Анжела увидела, как Настя садится в припаркованный напротив школы Мерседес.
- Вот же сучка приезжая, везде успевает, ну, ну! – прошипела она, заходя в ненавистное заведение.
Они остановились у ближайшей кафешки, и с удовольствием утолили первый голод ароматными, обжигающими пальцы, шашлыками.
- Ну, та как, солнышко? – взяв её за руку нежно спросил Павел.
- Нормально, работаю. Ты, правда, зачем приехал? Случилось что-нибудь?
- Я, правда, соскучился, - он наклонился и поцеловал её в щеку.
- Я тоже! – улыбнулась она, потеревшись щекой о его ладошку, а потом встрепенулась и сказала, - Я же, как раз с тобой поговорить хотела.
- Появились проблемы с Аней?
- Нет. То есть да. Понимаешь, в школу постоянно что-то надо покупать, то одно, то другое, то третье. Нужно как-то организовать им постоянный доход.
- Интересная задачка. И что ты предлагаешь?
- Надо узнать, кем Татьяна Михайловна работала до пенсии, ну или что она вообще умеет, и предложить ей работу.
- Точно, умничка. А если не умеет, научится. Главное найти повод для разговора.
- Ага, надо подумать. И надо это сделать сегодня, потому что я как раз к ним собралась.
- Ну давай, покумекаем, время есть. А пока кумекаем, расскажи мне подробно, все что помнишь о твоем суде.
Настя замерла и уставилась на него вопросительным взглядом.
- Ты про Ванечку?
- Да, моя хорошая, я тут узнал кое-что.
Настя сразу же сосредоточилась и вся превратилась в слух.
- Что ты узнал, Паша?
Столько в этом вопросе было надежды и боли, что парень слегка замешкался, выбирая правильные слова.
- Ковальчук и твой адвокат Тихонов, приятели. Они дружат ещё с университета. Учились в одной группе. Там было все подстроено, они вас просто развели, да ещё за ваши же деньги. Прости.
- За что? – по инерции вымолвила впавшая в натуральный ступор Настя.
- За говняную новость.
- Какие же они мрази! У них же нет ничего святого!
- Кончай их хвалить. Они намного хуже. Поэтому давай, соберись и вспомни все, что знаешь про этого типо адвоката. Я его пробил, конечно, но по адресу прописки он не живет. А найти его, сама понимаешь, нужно.
- А зачем он тебе? Ты же его не убьешь? Я боюсь за тебя. Из-за этого урода ещё не хватало попасть в тюрьму.
- Настя, я что, похож на гопника? Зачем мне об него руки марать? Они сами друг друга сожрут. Мне нужно, что бы он был под контролем. У нас есть кое-какие наработки.
- Ты мне должен все рассказать, - уперлась девушка.
- Настюша, ну ты что? Конечно, расскажу. Помнишь, за что этого урода посадили?
- Ну да, изнасилование там вроде было.
- Точно. И сейчас Ковальчук усиленно ищет ту девочку?
- Зачем? И откуда ты об этом знаешь?
- Так получилось, что мой друг решил вступиться за неё. Ей просто больше не к кому обратиться, а она ему нравится.
- Ничего себе!
- Представляешь, они чуть не убили её адвоката, подстроив аварию. Та сейчас лежит в больнице, в коме.
Настя в ужасе прикрыла ладошками рот и произнесла:
- Вот твари! Паша, я за тебя боюсь.
- Чтобы ты не боялась, мне надо хорошо подготовиться. Нам надо добраться до Ковальчука и сделать ему предложение, от которого он не сможет отказаться. А чтобы до него добраться, нам нужен Тихонов.
- Но я правда о нем ничего не знаю.
- Хорошо, вспомни, откуда он вообще появился в вашем деле? Может кто порекомендовал? Ну не на улице же вы его нашли?
- Точно! Его мама нашла, и она всяко разно вспомнит, откуда он взялся.
- У нее есть телефон?
- Да.
- Звони, только не говори ей, с какой целью мы его ищем? - Почему? - Во-первых, твоя мама начнет винить себя за проигранный процесс, к чему это, кто же мог знать? А во-вторых, таким образом можно спугнуть урода, а тот предупредит Ковальчука. - Да, ты прав, у мамы и так сердце больное, ей эти волнения ни к чему. Вообще не надо, чтобы она об этом узнала. Через полчаса переговоров Павел знал фактическое проживание Тихонова и некоторые черты его характера. - Пашенька, вы только аккуратно пожалуйста с этими подонками, у них же ничегошеньки святого, договорились? - Договорились, не переживай ты пожалуйста. Давай лучше подумаем, что мы сможем предложить Анюткиной бабушке…