Глава 34. Парни, вы кто?…
Надежда Петровна с трудом выгнала няню из квартиры, хотя та жила всего в паре сотен метров от этого места. Та долго ходила туда-сюда, ворчала, скрипела зубами, словно боясь оставлять мальчика наедине с родной бабкой, и только после того, как Еремеева сказала, что скоро подъедет мать Ивана, она охая и ахая, покинула квартиру. Мальчишка насуплено сидел в дальнем углу дивана и делал вид, что смотрит по телевизору мультики. Надежда Петровна, не решившись к нему подойти, прошла на кухню и поставила чайник. Налив себе горячий напиток, она вернулась в зал и спросила у мальчика:
- Ты кушать хочешь?
Тот отрицательно помотал головой.
- А пить?
Та же реакция. Она начала думать, что даже не сообразила по дороге купить каких-нибудь вкусняшек, а теперь не знала как подступиться к собственному внуку. Тот продолжал молча пялиться в телевизор. Она незаметно приглядывалась к внешности мальчика, и все более утверждалась, что они действительно похожи, особенно, когда ребенок реагировал на события на экране. Она с ужасом подумала, что могла натворить! Господи! Какая я дура! А сейчас приедет его мать, и она, возможно никогда больше не увидит своего внука. Внутри у женщины буквально кипел и бурлил океан эмоций.
- Ванечка, - вдруг сказала она, - Скоро приедет твоя мама и тебя заберет. А пока я посижу с тобой, хорошо?
Мальчишка мельком взглянул на неё, точно так же, как когда то делал её Стасик, и кивнул головой в знак согласия.
Та незаметно сглотнула слезу и тихонечко спросила:
- Ты же знаешь, кто я?
Он опять быстро глянул на неё и коротко пожал худенькими плечиками.
- Я твоя бабушка, - прошептала Еремеева, уже еле сдерживая слезы, - Баба Надя.
- Я знаю, - вдруг пискнул пацан, смешно мотнув ушастой головой, и вдруг соскакивая добавил, - Я пописать.
Он ракетой понесся через раз и вдруг запнулся за складку на паласе. Надежда Петровна молнией метнулась к нему и пресекла неконтролируемый полет ребенка. Она прижала к себе худенькое, вкусно пахнущее тельце и почувствовала, как трепыхается его маленькое сердечко. Женщина всхлипнула и заплакала в голос, гладя его по светлой, ушастой головке:
- Ты прости меня Ванечка, дуру безмозглую! Совсем у тебя плохая бабушка, беги от неё, крошечка!
Мальчишка аккуратно вывернулся из объятий женщины и повторив: ”Я писать”, умчался в сторону туалета. Модная и стильная Надежда Петровна завалилась на бок прямо на паласе, свернулась калачиком, и прикрыв ладошками лицо, тихонько завыла. Мальчишка, через некоторое время вернувшийся в зал, присел около неё на корточки и стал аккуратно гладить по плечу, тихонечко приговаривая:
- Бабушка, ты не плачь, взрослые не должны плакать.
- Я немножко поплачу, совсем чуть-чуть и встану. Можно?
- Если только чуть-чуть, - согласился мальчишка, - Я вот вчера с качели упал и совсем не плакал. Ну, если только чуть-чуть.
- Ты же мужчина, - потихонечку успокаиваясь, сказала женщина,- А нам, бабушкам, иногда надо поплакать.
- Правда? – удивился пацан.
- Правда-правда, - подтвердила она, вытирая лицо ладошками и присаживаясь на полу, - Пойду я умоюсь, а то совсем страшная, наверно, твоя бабушка.
- Ну, не совсем, - не согласился он, - Вернее совсем не страшная.
Женщина улыбнулась, поцеловала его в макушку, и пошла приводить себя в порядок. Потом они засели смотреть мультики и болтали, как две подружки о всякой ерунде. Мальчишка, видимо сильно скучающий по обществу, вообще трещал без умолку, и когда прозвенел дверной звонок, женщина глянула на часы и с удивлением увидела, как много прошло времени.
- Это наверно твоя мама, - сказала она, поднимаясь с дивана.
Мальчишка опять насупился и юркнул на старое место перед телевизором.
Еремеева открыла дверь и с удивлением отступила назад – в квартиру зашла целая делегация во главе с заплаканной Настей, которая хлюпала носом всю дорогу.
- Анастасия, это кто? - вместо приветствия растерянно спросила женщина.
- Мы с ней, - за всех ответил Павел.
Еремеева согласно кивнула, пропуская гостей внутрь помещения, а её взгляд непроизвольно задержался на очень красивой молодой девушке, которая взглянула на неё с явной неприязнью. В это мгновение в ней промелькнули отдаленно знакомые черты. Они, разувшись, всем скопом вошли в зал и остановились, увидев сидящего на диване мальчишку.
Тот внимательно смотрел мультики. Настя сделала несколько шагов вперед и вытянув руки всхлипнула:
- Сыночка, здравствуй, мой хороший, иди к маме.
Тот насуплено повернул голову и удивленно глянул на откуда-то взявшуюся целую кучу народа.
- Ванечка, беги к маме, вы сейчас домой поедете, - неожиданно для всех сказала Надежда Петровна.
Парнишка неуверенно встал и уже через секунду утонул в Настиных руках. Она присела на корточки и тихонечко всхлипывала, гладя и целуя мальчика. По щекам Еремеевой опять побежали слезы. Настя подняла на неё удивленное лицо и спросила:
- Что произошло? Я чуть от страха не умерла, пока ехала.
Женщина, наконец взяла себя в руки, и резко сказала:
- Забирай ребёнка и уезжайте! Я пока сюда шла, заглянула к знакомому нотариусу и написала расписку, что дала согласие. Здесь ему оставаться опасно.
- Да что случилось? – воскликнула Настя, - Я без объяснений никуда не уеду. А вдруг эта опасность догонит его у меня.
- Не догонит. С этим я разберусь.
- А если не разберетесь? – спросил женщину Павел.
- Вы кто вообще? – спросила женщина.
- Я её жених, практически муж, - не моргнув глазом, ответил парень.
Все немного прифигели, но вида не подали. Даже Настя.
- Это хорошо, значит будет, кому их защитить, - отрезала женщина, подавая ей бумагу, - А мне надо защитить своего ребёнка. Так что забирай сына и уезжайте.
- Вы согласны отдать мне его насовсем, и подтвердите это в суде? – округлила глаза Настя.
- Да, все верно, находиться сейчас рядом со мной опасно.
Сергей взял из рук Насти расписку, внимательно её прочитал, потом сел на стул и спокойно сказал:
- Никто никуда не поедет. Либо вы все рассказываете, либо я вызываю милицию.
- Не надо милицию, - сказала женщина и разрыдалась.
Мальчишка снова подбежал к ней и начал гладить по руке:
- Ну, баба, ты опять плачешь, ты же обещала, - он тоже начал всхлипывать.
А та вдруг его резко обняла и еще громче зарыдала:
- Ты прости меня солнышко, дуру непутевую, я так перед тобой виновата!
Все ошарашено смотрели на эту душераздирающую сцену, потом Настя сказала:
- Надежда Петровна, давайте расскажите нам все, мы вам поможем.
- Еще вас не хватало в это втянуть. Это же не люди, даже не звери, мутанты какие-то.
- Мы тоже не пальцем деланные, - успокоил её Сергей.
- Ну, хорошо, как хотите. Если коротко, то меня, как последнюю дуру, раздел и обвел вокруг пальца наш адвокат. И теперь я от него в полной зависимости.
- Его фамилия случайно не Ковальчук? – спокойно уточнил Сергей.
- Ковальчук, - удивленно подтвердила женщина.
- А вы могли бы подробнее рассказать про ваши от него зависимости, - продолжил задавать вопросы Сергей.
- Мне трудно об этом говорить, - мотнула головой женщина.
- А вы попробуйте.
- Дело в том, что мой сын в тюрьме.
- Это мы знаем. Причем здесь Иван?
- Подождите, мне надо собраться с мыслями.
- Может, хотите воды? – спросил Павел.
- Спасибо, я справлюсь. У меня слабый сын, домашний, к тому же наркозависимый. Это моя вина. Я его очень трудно рожала. Чуть не умерла. Больше у меня детей быть не может. Он тоже еле выжил, родился восьмимесячным. Вот я и облизывала его всю жизнь. А теперь меня Бог наказывает, - она тяжело вздохнула и продолжила, - Хотя меня есть, за что наказывать.
- Любого человека есть за что наказывать, - поддержал её Сергей.
- Так вот, мой сын в тюрьме. И совершенно справедливо. Они изнасиловали девочку. Но я все равно дралась за него, потому что знала, что в тюрьме он не выживет. Так и получилось. Над ним тут же стали издеваться, и я попросила Ковальчука решить этот вопрос. И он его решил, - теперь она замолчала надолго, уставившись в пол, - И еще он пообещал, что девочка, из-за которой они сидят, изменит свои показания в пользу Стаса. Но вчера… короче у него на меня есть убийственный компромат, против которого я бессильна.
- Так что вчера? – напомнил ей Сергей.
- Вчера он потребовал, чтобы я привезла к нему Ванечку.
- Что значит, привезла Ванечку? – удивился даже Сергей.
- Он извращенец, - тихо сказала она, - Так что забирай сына и уезжайте, а я попытаюсь спасти своего ребенка.
В зале наступила гробовая тишина, даже пацан сидел не шелохнувшись.
- Я изменю показания, - прозвучал уверенный Маринин голос.
Все резко повернулись в её сторону, а Еремеева, которая ее совершенно не узнала и только сейчас поняла, кто перед ней сидит, выпучила глаза и сказала:
- Как же они могли, сволочи, тронуть такую красоту?
- Ваш сын меня не трогал, он наоборот, пытался меня защитить.
- Но ты же на суде… Почему? – женщина смотрела на неё с таким удивлением и надеждой, что ей стало не по себе.
- Вы же помните, мне было семнадцать лет, я тогда после операции вообще плохо соображала и к нам домой пришел ваш адвокат Ковальчук и сказал, что если я буду выгораживать вашего сына, то те, другие хулиганы, его просто убьют. Он мне сказал, что обвинять мне надо всех троих одинаково, а о нем он позаботится сам. Я думала, что так и получилось, ведь ему же меньше всех дали. У меня адвокат намного позже появился и мы с ней это уже не обсуждали. Она меня просто от всех изолировала, спасибо за это ей огромное.
Шокированная Еремеева сидела открыв рот, и не могла произнести ни звука.
- Получается, он ещё тогда все спланировал, отправив вашего сына за решетку? – добил ее своим вопросом Сергей.
Она тупо мотнула головой.
- А права на Ивана предъявить тоже он посоветовал?
Она опять мотнула головой, не в силах вымолвить ни слова.
- Что же вы такого ему сделали?
- Я не знаю, - наконец выдавила она, - Но я его закопаю.
- Можете на нас рассчитывать. А что за компромат?
- Можно не при девочках и детях?
- Девчата, не скучайте, мы уединимся на полчасика на кухне?
- Конечно, - ответила счастливая Настя.
Марина тоже кивнула головой в знак согласия, и они втроем переместились за кухонный стол.
Когда женщина прояснила суть проблемы и в помещении прозвучали знакомые фамилии, Павел удивленно спросил:
- Бульдог, что ли?
- Да, а вы что, его знаете?
- Встречались, было дело, - усмехнулся парень.
- Так! – хлопнул ладошкой по столу Сергей, - С этого момента, господа, все свои движения согласовываем друг с другом.
- Парни, а вы кто? – удивленно спросила женщина.
- Я частенько задаю себе этот вопрос, - совершенно серьезно ответил Сергей.