Глава 16

Аврора

Заходим в холл квартиры Веры Николаевны, и я сразу чувствую себя неловко.

Несмотря на то, что на мне новое красивое платье с открытыми плечами и сапожки на умопомрачительной шпильке, мне кажется, будто я недостаточно хороша для роскоши с налётом пафоса вокруг меня.

- Дорогая, давай я тебе помогу, – заботливо обращается ко мне Лавров, что стоит позади меня.

Его ладони сначала нежно обнимают меня за плечи, а потом помогают снять мне новое пальто.

- Очень красивое платье, Аврора, – сухо выдаёт мне комплимент хозяйка дома. – Из новой весенней коллекции.

Да?! Вообще не в курсе про все эти коллекции, но наряд у меня действительно достойный принцессы. Это всё инициатива Матвея, что минут на сорок попросил изобразить куклу в дорогой витрине магазина. Сначала я хмурилась и грозно смотрела, но увидев это платье и саму себя в нём, сразу влюбилась. Лавров этот момент тоже поймал, так что мы быстренько подобрали аксессуары и поехали в салон красоты, где меня переодели и уже окончательно навели блеска на лице и в волосах.

- Мам, не смущай мою девушку. Она у меня очень скромная, – и так улыбается сначала маме, а потом мне, как будто у нас с ним за плечами стаж в отношениях, как минимум пару лет.

Я скромная?! Я вот сейчас прихвачу вон тот самый большой зонт с деревянной ручкой и настучу ему по темечку.

- Ой, извините, я пропустила ваш приход, – раздаётся со стороны мамы незнакомый елейный голосок.

Я несколько секунд с оторопью смотрю на девушку, а потом вопросительно на Матвея.

- Мам, это...

- Ой, да. Вы же не знакомы. Это мой сынок Матвей и его ... девушка Аврора. А это моя обожаемая Анастасия, дочь моей хорошей подруги. Она у меня проездом. Вот снова путешествует и на обратном пути заскочила, подарки привезла, чтобы мне не было скучно. Мы же старушки уже никому не нужны.

- Вера Николаевна, ну какая же вы старушка, – сладко начинает мурчать эта самая Анастасия, шагая к женщине и обнимаю ту за плечи. – Я уверена, что за вами ещё кавалеры увиваются.

Я согласна, что мама Лаврова многим молодым среднего возраста даст форы.

- Наверняка, табунами увиваются, – чистосердечно добавляю я.

Обе смотрят на меня так, как будто я матом выругалась.

- Мам, ты, и правда, очень красивая женщина, так что не наговаривая на себя. Может уже пройдем в гостиную? Или мы ещё ждём гостей, мама? – голос Матвея становится на тон прохладнее. И он довольно выразительно и иронично смотрит на свою мать.

- Нет, что ты! Сегодня только самые дорогие моему сердцу, – щебечет Вера Николаевна и прихватывает локоть своей юной наперсницы, а потом смотрит на сына.

Ну как бы всё понятно... Кто у нас тут дорогие сердцу... Не я.

А потом они обе, слегка покачивая бёдрами, начинают дефиле из холла в комнату.

Крепись, Аврора. Неприятность номер три надо просто пережить, и этот день закончится.

Я, гордо выпрямив спину, шагаю вперед, но руки Лаврова, что до этого слегка обнимали мою талию, вдруг превращаются в клещи.

Матвей обнимает и тянет к себе, вжимая спиной в свой твердый торс, прижимает губы к моей шее.

- Колючка, я эту выдру вижу первый раз, – шепчет мне, касаясь горячими губами кожи, от чего у меня сразу перехватывает дыхание, и я вцепляюсь ногтями в его ладони на мне. – И вообще, я был не в курсе о её наличии тут. Это как раз то, о чём я тебе говорил. Выручай меня, пожалуйста. Век буду должен!

- Не уверена, что это хорошая идея, – шепчу в ответ.

Куда мне состязаться с этой юной львицей.

- Ну что ты, Колючка. Только ты и справишься. Я же весь в твоём распоряжении.

- Матвей, ну где вы там? – слегка недовольно зовёт сына Лаврова.

Я обдумываю предложение магната.

Пока приглашённый официант накрывает на стол, идут беседы, участия в которых я практически не принимаю. Звездой вечера у нас является Анастасия и её эксклюзивные путешествия. Между ними Вера Николаевна ещё успевает вставить великолепные характеристики различным талантам девушки. Но всё это меня мало трогает, лишь белый шум, на фоне которого я пытаюсь понять, как исполнить просьбу Лаврова.

А потом Настя переключается на самого Мотю, когда словно между прочим присаживается на подлокотник его кресла, рассматривая фотографии в фотоальбоме Веры Николаевны. Её грудь из достаточно глубокого декольте вечернего платья буквально вываливается перед носом Лаврова, когда та наклоняется вперёд, чтобы рассмотреть нечто с молодой и юной хозяйке в фотоальбоме.

Матвей же сидит, как и прежде, с абсолютно спокойным выражением лица, но меня эти фривольности вдруг резко выбешивают. То есть я тут настолько неприметный цветочек, то можно кадрить моего же мужчину прямо у меня на глазах?!

- Настя, а вы бронхит не боитесь подхватить? – встреваю я, поднимаясь из своего кресла.

- Что, простите? – раздражённо смотрит на меня, что я перебила её восторженные эпитеты в адрес Веры Николаевны.

- Я говорю, тут окно открыто, а у вас грудь совсем наголо, того гляди скоро в ваш бокал с аперитивом выпадет. Не боитесь простыть? Говорят, весенние сквозняки такие коварные.

Я подхожу к креслу, где сидит Матвей, только с другой стороны кресла, и теперь мы с Настей напротив друг друга.

Я вдруг чётко осознаю, что мне не нравятся заигрывания этой барышни с Матвеем, так как ревную. Ну вот так неожиданно, но всё также банально.

Смотрю на девушку прямо и открыто, намекая, что ей пора свалить с этого подлокотника куда-то ещё, пока я веду себя прилично. И, наверное, тот факт, что я точно знаю, что наша жертва, Лавров, на моей стороне, делает меня более уверенной и дерзкой.