Глава 15

Альбина

Сегодня был поистине тяжелый день. Складывалось ощущение, что все сговорились против меня, но на самом деле – это просто работа. Пациенты, прибывшие в клинику на реабилитацию, требовали особого внимания, поэтому приходилось разрываться между ними и Миланой, которая, кажется, даже и не обижалась на меня за отсутствие. Еще бы! Девочки, дежурившие сегодня, развлекали ребенка, помогали ей, да и просто уделяли внимание. Но я довольно быстро справилась со всем и уже к обеду почувствовала, что у меня открылось второе дыхание. Казалось, что приведи ко мне еще столько же человек на массаж, сколько пришло до этого, справилась бы в два счета. Но подвиги подвигами, а работа работой, поэтому размышления пришлось отложить и поспешить к ожидавшему меня ребенку.

Собственно, второе дыхание неожиданно мне понадобилось несколько позже. Силы и желание что-то делать нашли свой выход, правда, не так, как рассчитывала ранее.

В обед, когда Мила тихо и мирно сопела, обнимая своего зайца, я и сама присела отдохнуть. Маленькая всезнайка до этого завалила меня большим количеством каверзных вопросов, и мне пришлось хорошенько подумать, прежде чем на них ответить. Вот почему яблоко назвали яблоком? Это был последний вопрос, который свел меня с ума, поэтому хотелось в тихий час тишины и никакого мозгового штурма.

Но нет, мои мечты и желания никак не совпадали с возможностями, потому что в палату ворвалась женщина, которую я меньше всего желала видеть. Мама девочки встала как вкопанная, переводя взгляд с ребенка на меня и обратно. И, знаете, я так и не увидела той материнской боли, тех чувств, что испытывают другие мамы, находясь в палате собственного ребенка. Скорее, женщина была зла, недовольна и крайне возбуждена.

– Выйдите, – тихо попросила, поднимаясь на ноги, чувствуя внутри нарастающее раздражение.

Это тогда я была в растерянности и не знала, как себя правильно вести. Сейчас же за покой Миланы я готова была бороться, поэтому уверенно подошла к кровати и закрыла собой ребенка. Мама малышки посмотрела на меня, как на кусок чего-то вонючего, даже сморщилась, показывая всю брезгливость. Да, на фоне нее я выгляжу отвратительно в своем халате и самых дешевых балетках.

– Уйди, девочка! – я чуть в голос не рассмеялась от такого обращения. Ага, это она у нас взрослая и опытная женщина, а я так – мимо пробегающий подросток.

– Выйдите из палаты, – мой голос чуть ли не звенел от напряжения, но еще больше от волнения, ведь наши разговоры могут разбудить Милу. Сейчас меня больше всего на свете волновала именно малышка за моей спиной, ведь она может испугаться громких голосов.

– Вон, я сказала! – заорала женщина. И зря.

Не помня себя, стала выталкивать нахалку в коридор, не понимая, каким образом она вообще умудрилась сюда пройти. Но избавиться от женщины оказалось не так-то просто. Хоть я и была значительно сильнее, что удивительно, но все равно не желала навредить, а вот мама Миланы с превеликим удовольствием вцеплялась в мои руки ногтями, оставляя на них кровоподтеки от содранной кожи и синяки.

Мила, конечно же, проснулась, и сейчас, видя наше противостояние, тихонько всхлипывала, огромными глазами смотря то на меня, то на мои руки. Наверное, у меня нашлось еще немного сил для того, чтобы перенести наше с женщиной противостояние в коридор и закрыть ногой дверь, ограждая ребенка от еще большего потрясения.

Знаете, в последнее время я стала верить в удачу, потому что до сих пор не могу понять, каким образом психолога Евгению занесло в тихий час на наш этаж. Именно с этой бойкой и стойкой женщиной мы не только выставили бывшую жену Дамира Игнатовича из отделения, так еще и охранник получил за то, что покинул пост и не закрыл при этом дверь.

– Ох, – вздохнула девушка, когда мы вновь вернулись на этаж и зашли в палату, где с застывшими слезами на щеках сидела Мила, – ну и нянька тебе досталась! Видела, как за тебя боролась? Как львица за своего ребенка!

С кем меня в те минуты не сравнивали, как только не хвалили, пока обрабатывали царапины и заклеивали самые глубокие раны пластырем, но результат был достигнут. Слезы на детском личике высохли. Только веснушчатый нос остался красным да щеки. Сама же Евгения довольно тихо бубнила себе под нос проклятья, которые были направлены на отца девчушки, и время от времени проскальзывали слова: «Язык вырву за невыполненное обещание».

Естественно, ни о каком сне речи даже больше не шло. Миланочка как можно сильнее вцепилась своими пальчиками мне в ладонь и смотрела таким восторженным взглядом, что улыбка сама собой появлялась на лице, но Евгения выпроводила меня из палаты, сказав, что сегодня какой-то сумасшедший день, но раз она здесь, то они с Милой будут секретничать.

Что ж, времени терять не стала, быстро спустилась в кабинет, предварительно узнав, как долго будет длиться занятие, и приступила к заполнению журнала. Вот интересно, сегодня папа Милы приедет или нет? Обещал же…

Однако, как по заказу, пришло сообщение от Дамира Игнатовича о том, что он задержится до вечера. Вот только подняв глаза на настенные часы, поняла, что вечер-то уже настал. Или у нас разные понятия о нем? Наверное, мой вечер наступал несколько раньше, чем у других.

Быстро завершив дела, которых на самом деле было не так-то уж и много, пошла обратно в палату, да только чуть не споткнулась, заприметив у дверей комнаты ребенка неизвестного мне мужчину. Кровь вмиг схлынула с лица, а конечности предательски задрожали. Нет… Только не это… Меня же не могли так быстро найти? Или могли?

На не гнущихся ногах я шла вперед, так как была замечена, и скрываться смысла не имело, тем более Мила… Она ведь там одна, ждет меня…

Поравнявшись с мужчиной, невольно отметила его схожесть с Геннадием: тот же рост и размах плеч, такие же огромные руки и бритая голова.

– Альбина Никитична? – пробасил мужчина, чем поверг меня в еще больший шок. – Я Захар, буду следить за порядком. Если что-то надо – говорите.

– С-спасибо, З-захар.

Если мужчина и удивился моему заиканию, то ничего не сказал, лишь сел на стул у двери и вытянул свои огромные ноги, перекрывая проход. Но как только узнала, что сей человек пришел не по мою душу, даже легче стало жить, спокойнее. Такими темпами вокруг меня столько охранников ходить будет, что жизнь покажется намного безопаснее, чем есть на самом деле.

Миланочка знала о стоящем под дверью Захаре, и, как только я зашла, то сразу сообщила:

– Ты видела, он на Халка похож! – с коридора послышался смешок, заставивший и меня улыбнуться. Думаю, нам в дальнейшем будет весело, однозначно.

Усевшись на кровать, попросила Милу расслабиться, потому что по расписанию у нас был массаж. Да, больно и неприятно, да, моя девочка морщится, но терпит, лишь поджимает губы, но я уверена, все у нас получится. Первый шаг не за горами, а там и второй, и третий. И пусть мы их будем делать с помощью ходунков, но они будут!

Малышка стоически перенесла процедуру, точно так же, как и многие другие. Я вообще удивлялась ее стойкости, ее стремлению и желанию научить меня танцевать. Да-да, она до сих пор горит этой идеей, ей до сих пор не терпится помочь мне выучить какие-то элементарные движения. Я же была согласна на все, лишь бы видеть вот эти задорные глаза и предвкушающую улыбку.

– Можно? – наш разговор прервал Геннадий, который заглянул в палату, – привет, принцесса! Ты как?

– Дядя Гена! – воскликнула Милана и протянула вперед руки, требуя свою порцию обнимашек.

Мужчина же не растерялся, быстро прошел в палату и заключил маленькую непоседу в крепкие и надежные объятья. Ох, я чуть не расплакалась от этой картины. Мила, худенькая, бледненькая, со своими рыженькими хвостиками, спряталась на широкой груди охранника и водителя. Мне казалось, что у него ладонь чуть меньше головы девочки, да и вообще, они, правда, смотрелись, как большой медведь и маленькая белочка.

Гена же улыбался долго, пока его взгляд не зацепился за мои руки. Ох, я совсем забыла, что засучила мешающие рукава, и теперь Геннадий видел все то, что ему видеть совсем не обязательно.

– Не понял, – он даже отстранил Милу и ткнул пальцем в мою сторону, – что с руками?

Я только хотела сказать, что ничего страшного не произошло, но кто же мне дал хоть слово произнести? Милка, которая успела набрать побольше воздуха в легкие, затараторила и том, что к нам приходила мама, которая не желала уходить. Потом в красках рассказала, как я тут боролась за нее, даже привела сравнение, позаимствовав его из словарного запаса Евгении. И вот я вновь была львицей, а она сама маленьким, но очень непоседливым львенком. Похоже, это сравнение ей больше всего понравилось.

– Тогда пусть львица идет домой, – подмигнул Гена, – там ее ждет лев!

Я сама застыла, как несколько секунд назад Милана, которая слушала мужчину.

– Захар тебя проводит, – отдал очередной приказ водитель, полностью переключая внимания на зайца, который по нему тоже, как оказалось, соскучился.

– Справитесь? – почему-то мне ко льву, который меня еще и ждал, идти совсем не хотелось.

– Надеюсь, – вздохнул Геннадий, косясь в сторону детских раскрасок с принцессами на обложке.

– Тогда предупрежу девочек, что может понадобиться помощь.

С этими словами вышла из палаты, кивнула Захару, который подскочил со своего места, и направилась к сестринской. Девочки, что заступили на смену, лишь заулыбались, увидев за моей спиной такой внушительный экземпляр. К слову сказать, Захар никак не отреагировал на все эти взгляды и хихиканья, настоящий Халк.

– Сначала в кабинет, – сказала мужчине, ведя его по коридорам.

– Без проблем, – вот и весь ответ. Уж не знаю, что крутится в голове у этого человека, но мне нравилось, что он держал дистанцию и не подходил ко мне ближе положенного.

В своем кабинете я быстро переоделась, собрала личные вещи в сумочку и благополучно закрыла дверь на ключ. Все, рабочий день закончился, но я даже не устала. Нет, скорее предвкушала, что будет дальше.

Захар не только довез меня до дома, но и проводил до квартиры, правда, проходить не стал. Я же, как только разулась, увидела прикрепленное послание к двери моей комнаты.

«Будь готова к семи».

Судорожно достала из кармана телефон и облегченно выдохнула – до назначенного часа было еще достаточно времени, чтобы привести себя в порядок, что-то приготовить и перерыть свой скудный гардероб.

С последнего и начала, уже заранее огорчаясь тому, что ничего подходящего для вечера не найду, ведь когда собирала вещи, то брала только самое необходимое, совсем не задумываясь о платьях и юбках. Да что говорить, я уже давно ничего подобного не носила, не в нашем районе в таких вещах прогуливаться. Собственно, по этой причине и оставила в той квартире даже обувь на каком-никаком каблуке.

Огорченная тем, что на сегодняшнее свидание мне совершенно не в чем идти, нашла чудом затерявшееся платье черного цвета. Оно было простым. Без вышивки, без разрезов и красивых ажурных рукавов. Просто черная ткань, которая, как ни странно, довольно неплохо на мне сидела, ну и еще платье имело длинный рукав, что в моем нынешнем положении однозначно плюс, чем минус.

Вздохнув, переложила находку на кровать и достала балетки, которые тоже были простыми, а, следовательно, никакими. Впервые за долгие годы мне хотелось понравиться внешне, произвести впечатление, а выходило, что опять буду серой мышью. Да и ладно…

Приняв душ, я прошла в кухню, где быстро соорудила скорый ужин из риса и отварных сосисок. Уж не знаю, будут это есть мужчины или нет, но на другие кулинарные шедевры у меня просто не оставалось времени – уже пора было собираться, сушить волосы, ну и хоть что-то сделать с лицом.

К приходу Дамира я была собрана от и до, даже умудрилась нанести легкий макияж, ай, ладно, просто подкрасила ресницы и нанесла блеск для губ, волосы распустила, уложив на одно плечо, ну и переминалась с ноги на ногу, прижимая к себе сумочку. Честно призналась сама себе, что жутко трушу, но все равно нервно покусывала губу от предвкушения.

Дамир зашел в квартиру минута в минуту, и как только увидел меня, то широко улыбнулся.

– Готова? – отрицательно помотала головой, но все же вышла вслед за папой Миланы, дождалась, когда мужчина закроет дверь, и только потом он ответил: – А зря, – сказал Дамир, – я сам волнуюсь.

Конечно, я ему не поверила, слишком уверенно и естественно он себя вел, как будто таких свиданий у него на дню штук десять, а то и двадцать. Я же когда последний раз куда-то выходила? Настолько давно это было, ведь разговор не о работе и магазине, а о развлечении, о том, что приносит радость, что дает возможность отдохнуть. Я же была занята нескольким другим…

– Как прошел день? – задал дежурный вопрос Дамир Игнатович, когда мы уже сели в машину, и она тронулась вперед.

– Да как обычно, – не вдаваясь в подробности, ответила я, да и зачем? Охрана у двери палаты появилась не просто так, значит, Дамир обо всем знал, а рассказывать о себе не хотелось, не знаю почему, наверное, думала, что меня слушать не интересно.

– Везет, – вздохнул Дамир, – а вот у меня…

Мужчина стал рассказывать о себе и тех трудностях, что возникли на работе. И говорил он очень открыто, хотя, уверена, подобная информация не для ушей всех подряд, тогда зачем поведал мне? Доверяет?

Так и прошел наш путь до самого дорогого заведения нашего города, которое я видела второй раз в жизни. Неужели меня сюда поведут, неужели мне придется предстать перед всеми в таком нелепом виде? Ох, кажется, моя самооценка только что зарылась в глубокую яму и попросила ее больше не тревожить.

Ну вот, теперь я точно чувствую себя белой вороной на фоне всех этих людей, которые кружатся у своих дорогих автомобилей и косятся в нашу сторону.