Бонус
– Сумасшедший! Какой же ты сумасшедший! – причитала Евгения, когда увидела в своем кабинете Динара, – отказаться от всего ради чего?
Несколько недель назад, когда Евгения посетила свою маленькую пациентку, которая уже самостоятельно передвигались по палате, делая свои маленькие шажки, она и думать не могла, что тот разговор с дядей девочки можно считать серьезным.
Он ведь звал ее с собой в другой город, где у него процветал туристический бизнес. Звал в качестве кого? Да кого угодно: подруги, девушки, невесты…
Да только Евгения знала, что здесь ее держат родители, которым требовалось внимание и поддержка, здесь ее место работы, за которое она боролась и до сих пор борется, доказывая свою компетентность. Ради этой должности в этом месте она регулярно посещает курсы, повышает свои знания, пишет статьи в научные журналы. Да что говорить, уже читает мини-лекции!
– Не могу, – сказала она, чувствуя неприятное чувство утраты внутри, но пришлось его загнать куда-то подальше, – я не могу…
Было видно, как тяжело давался ей отказ, и мужчина это понял, зацепился за ее слова. Долго обдумывал сказанное, что-то высматривая за окошком ее кабинета.
– Но хотела бы? – он все так же стоял рядом, убрав руки за спину, и как мальчишка перекатывался с пятки на носок, словно и не происходил между ними серьезный разговор, который выворачивал душу девушки. Сама Евгения, вон, сдавила блокнот в руках так, что пальчики побели, да и ноги немного тряслись от волнения. Нечасто ей делали такие предложения, точнее сказать, никогда не делали!
– Хотела… – призналась и трусливо сбежала по делам. Да, о ней всегда говорили, что неприступная, высокомерная, слишком сильная, умеющая брать все в свои руки и не дающая никому спуску. Да, на людях она такая, должность обязывает, да и специфика работы, но так хочется быть слабой и хрупкой, ведь столько через себя приходится подпускать, что голова шла кругом.
Не каждый человек сможет выслушать и половину того, что ей приходится по долгу службы знать. Порой истории кажутся не только нереальными, но и слишком жестокими, а ведь человеку нужно помочь! А как тут поможешь, когда от рассказов кровь стынет в жилах, когда хочется выкинуть все слова из головы и сжечь записи?!
Придя домой, девушка не находила себе места. Еще бы, Динар занимал все ее мысли! И если в самом начале она вспоминала о нем только тогда, когда ложилась спать и анализировала свой день, то сейчас молодой и амбициозный мужчина был в ее мыслях всегда. Стоило немного отвлечься, так его образ всплывал в памяти. И почему говорят, что близнецы похожи? Где же Динар с папой Миланы похож? Молодой отец очень суровый, с какими-то своими принципами и устоями, и только у мягкой и покладистой Альбины получилось совладать с таким зверем. Всем уже известно, что он увез девушку к себе, посадил в золотой клетке и оберегает от посторонних глаз. Аля, кстати, не сильно-то и против.
Динар, он более мягкий, нет, он живой, активный, может любой разговор перевести в шутку, но если дело серьезное, то быстро собирается, становится даже жестким в какой-то степени. В общем, о таком разностороннем человеке Евгения могла бы только мечтать, что и остается ей делать после отказа-то.
– Чего мечешься? – спросила мать, когда смогла поймать дочку за локоть и усадить за стол. Сердце женщины уже давно было не на месте, она видела, что с ее девочкой что-то происходит, и у нее даже было одно единственное объяснение. Но дочь молчала, только последнее время стала угрюмой, а уж сегодня вернулась бледнее обычного, с печальными глазами и тяжестью на сердце.
И если мама Евгении думала, что придется своего взрослого и умного ребенка выводить на разговор, хитростями пытать, то та как-то быстро сдалась, взяла и рассказала про молодого человека, что сильно ей понравился, что с собой звал в другой город.
Видимо, так все накипело, что Евгения поведала все-все-все об Усманове Динаре Игнатовиче. Девушка не могла остановиться, пока не передала в словах все положительные качества этого человека, пока не рассказала, при каких обстоятельствах познакомились, о чем разговаривали после занятий, да и вообще она выговаривала то, о чем слишком долго молчала.
– Ну и дура, – припечатала мать, поднимаясь из-за стола, – сколько еще от счастья своего будешь бегать?
Девушка даже рот открыла, совсем не ожидая от мамы такой реакции.
– А как же вы? А как же работа?
Евгения, которая всегда хотела быть в глазах родителей самой лучшей и самой успешной, сейчас просто не понимала, куда делся тот шаблон, по которому она все это время жила. Ее старший брат довольно быстро улетел из родительского дома, периодически принося то долги, то кредиты. Психолог как могла, так и поддерживала отца с матерью, помогала платить за непутевого родственника. И да, на фоне брата она была успешной, но сейчас, видя поджатые губы матери, не могла понять, что не так.
– А что мы, думаешь, пропадем? Да нам в разы тяжелее смотреть на взрослую успешную дочь, которая мается с нами, со стариками! Нам бы внуков увидеть, на руках их поносить, а ты?
Евгения хлопала глазами, не ожидая такого ответа. Она как-то уже привыкла заботиться о родителях, которые ушли на пенсию, хоть до сих пор и подрабатывали.
– А работа, – продолжила говорить мама, подходя к своему запутавшемуся ребенку, – она везде есть для тебя, всегда можно начать с малого, потом вновь подняться. Мир клином на твоем центре не сошелся!
Да, женщина понимала, что и сама очень долго удерживала дочку рядом с собой, сама возложила на ее плечи много ответственности, но, видя, как страдает собственная кровиночка, осознала все допущенные ошибки. Лишь бы было не поздно!
А Евгения весь вечер и следующий день переваривала сказанные матерью слова и с нетерпением ждала, когда наступит день встречи с ребенком. Она уже была не только готова согласиться уехать с Динаром, но и написать хоть в ту же секунду заявление на увольнение, но, когда этот долгожданный день настал, оказалось, что дядя Миланы уехал на неопределенное время.
– Насовсем, – припечатала девочка, – он же здесь не живет, у него даже дома нет. Зато у дяди большие гостиницы с бассейнами почти у берега моря, своя парковка, парк, да у него много чего есть!
А мир, который так долго выстраивался, границы, которыми обложилась Евгения, рухнули за одну секунду.
Сложно сказать, как она доработала день, как добралась до дома, да только мама, заприметив дочку в коридоре, не знала, что и делать. Евгения, ее вечно позитивная и сильная девочка, стояла в дверях квартиры сгорбленная, с повисшими вдоль тела руками.
– Не успела, – прошептала она, поднимая глаза, полные боли и слез, – уехал…
Шаркая ногами, как ветхая старуха, любимая дочь прошла мимо родителей в комнату и плотно закрыла за собой дверь. Мать девушки вцепилась в руку мужа и не находила слов.
– Что с ней? Обидел кто? – мужчина даже подобрался, хотя здоровье было не то совсем, но ради любимого солнышка он готов был до сих пор сворачивать горы.
– Тише, ты, тише, – запричитала женщина, уводя супруга в кухню, – я тебе все расскажу.
В комнате Евгения скинула строгий костюм, который уже начинал ее душить, и сразу же упала на кровать. Сил не было ни на что, совершенно! Хотелось написать заявление и взять несколько дней отгулов, только она побоялась, что в своем горе совсем потеряется, а так хоть пациенты будут держать на плаву. Так себе перспектива и планы на будущее, но хоть что-то, все это лучше, чем сидеть в четырех стенах или бессмысленно блуждать по городу.
Новый день, да и последующие за ним были какими-то одинаковыми. Делать не хотелось ровным счетом ничего, да и сложные клиенты закончились, голова мгновенно разгрузилась, и стало вновь тоскливо и паршиво на душе. Только Альбина ходила довольная и счастливая, да и ей рекомендовала не вешать нос, утверждая, что время изменчиво. Ага, еще бы сказала, что время лечит, как же!
* * *
Он приехал через две недели совершенно неожиданно. Уставший, помятый и небритый, но жутко счастливый, да еще и с огромным букетом цветов наперевес. Зашел широким шагом в кабинет, уселся за стол напротив и долго рассматривал ее осунувшееся и бледное лицо, глаза, в которых читалось недоверие и радость.
Динар чувствовал, что девушка будет переживать, торопился как только мог, но за день такие огромные планы не реализуются. Он продал два небольших отеля, оставив себе самый большой и востребованный, в который вложил слишком много сил и себя самого, просто не смог расстаться с мечтой. Оставив на своем месте проверенного заместителя, попросил высылать документы на почту, звонить в любое время дня и ночи, да и вообще держать в курсе. Конечно, Динар понимал, что придется мотаться, но еще, как человек смотрящий вперед, он не терял надежды, что рано или поздно закрутившийся роман перейдет на новый уровень, что потом у него будут дети, которым необходимо будет дышать морским воздухом, да и будущие родственники не будут против переехать в более теплый климат, ведь, насколько ему известно, отец Евгении часто болел и всегда раз в год ездил в санаторий на лечение. Так вот чем ему не санаторий?
А Милана, которой нужно плавать, а Альбина, которая на море ни разу и не была?! Нет, он своим не позволит селиться непонятно где и непонятно у кого!
– Самое ценное не продал, – заверил Динар, увидев, как на лице Евгении появляется паника. – Сама понимаешь, это не маленькая фирма, это не квартира и не дом.
– Сумасшедший! Какой же ты сумасшедший! – причитала Евгения, – отказаться от всего ради чего?
– Ради тебя, – пожал плечами мужчина и почесал затылок, – и мы идем на свидание сегодня!
– Идем, – покладисто согласилась психолог. Ей вообще больше не хотелось спорить, она впервые почувствовала себя слабой девушкой, за которую все решают, и это было приятно.
Последний ее роман не был похож на нормальные отношения, мужчина, который крутился рядом, уважал девушку, слушал ее, соглашаясь во всем и всегда. Казалось, скажи она, что хочет шубу из кожи крокодила, он побежит ее добывать, не покрутит пальцем у виска, не скажет, что она сошла с ума, а, как выдрессированная собака, помчится выполнять приказ. Таких отношений Евгения не хотела совершенно.
Ей нужен был вот такой – уверенный в себе, сильный характером и духом.
– Я за тобой заеду к шести, – отчеканил Динар, проведя рукой по щетине, – успеешь?
– Успею!
И Евгения действительно успела! Ради этого девушка отпросилась с работы, забежала в бутик, где купила шикарное платье для сегодняшнего вечера, и фурией влетела домой.
– Приехал! Приехал! – кричала она, прыгая, как девочка, вокруг матери, – ради меня сюда приехал!
Женщина лишь качала головой, смотря, как дочь бегает по квартире, собираясь на долгожданное свидание. В голове возникла идея, которую она сначала отбросила, но все же поднялась на ноги, подошла к шкатулке, где хранились драгоценности, и достала оттуда золотой браслет.
Если Евгения откажется его надеть, она не обидится, но так хотелось хоть как-то поучаствовать в таком важном для ее ребенка дне! Осторожно постучавшись и дождавшись, когда дочь разрешит войти, женщина переступила порог комнаты и с восхищением посмотрела на некогда строгого психолога. Сейчас перед ней в шикарном черном платье стояла элегантная и красивая женщина, которая смотрела во все глаза на маму, ожидая оценки.
– Ты у меня сама красивая, – прошептала мать Евгении и положила цепочку на стол, – вот, если понадобиться!
Она уже хотела спешно выйти из комнаты, да только Женя ее остановила, – Знаешь, мам, одной рукой застегнуть мне будет очень сложно!
Мать и дочь крепко обнялись, вытирая руками слезы на лицах, а руки отца обняли их сверху, как когда-то давно укрывая от всех невзгод.
* * *
Сидя в ресторане, Динар и Евгения просто смотрели друг на друга, взявшись за руки. Для них не существовало других столиков и гостей, они не слышали музыки, которую создавал оркестр. Казалось, что время специально для них остановилось.
– Знаешь, – вдруг произнес Динар, – а я вот даже тебе благодарен!
– За что? – улыбнулась Женя.
– Я уже давно понял, что слишком много на себя возложил. А жить когда, а? – он толи спрашивал, то ли провоцировал на какой-то ответ.
– Когда? – наклонила на бок голову его спутница.
– А жить надо, моя золотая, здесь и сейчас! – да, он, насмотревшись на брата, тоже решил сделать предложение этой удивительной девушке. Да, он тоже был готов ждать. Или нет? Сложно пока о чем-то говорить, но то, что завтра, а может, даже и сегодня, он поедет знакомиться с ее родителями – факт. Свой человек – его же видно как на ладони, к нему тянет всеми силами, а если так, что зачем откладывать на потом то, что можно сделать сейчас? Они взрослые люди с определенным опытом за спиной, уж пора бы и делать глупости!
Когда он выложил на стол коробочку, ладони девушки в его руках дрогнули.
– Знаешь, мы с братом все же одинаковые, – усмехнулся, – не можем мы подождать, ну никак!
Осторожно отцепив от себя пальчики, он открыл коробочку и быстро вытащил колечко, которое мгновенно заблестело в свете ярких люстр. Динар поддался вперед и ловко надел неширокий золотой ободок на тонкий пальчик. С размером, может, только чуть не угадал, ну он же впервые дарит такие вещи! Главное, что не мало, а там откормит!
Евгения внимательно смотрела на манипуляции мужчины, потом прищурила свои глаза и сказала:
– А спросить? – но колечко на уровень глаз подняла, любуясь выбором мужчины.
– А ты что, не согласна? – удивился Динар, хватаясь за сердце.
– Согласна! – возразила девушка, лукаво поглядывая на своего спутника.
– Ну, вот и все! – рассмеялся на Динар, – а на самом деле, Женька, я без тебя уже не смогу, честно!
И она ему поверила!
Вечер был не просто шикарным, он был волшебным. Молодые люди много разговаривали, делились какими-то секретами и планами на будущее, которые все же пришлось немного редактировать, ведь то, что они придумали себе, будучи одинокими, совсем не сходилось с тем, что они планировали уже вместе. Но это совершенно другая история, в которой молодой мужчина не только познакомится с будущим тестем и тещей, но и довольно быстро уговорит их переехать ближе к морю. Мама его будущей жены даже потом будет присматривать за его отелем, а персонал станет ходить по струнке, боясь этой суровой, но ответственной женщины, а отец Евгении вольется в число механиков, потому что всегда любил возиться с машинами.
Конец