Глава 9 Уволена?!

— Уволена? — во рту мгновенно пересохло. Из-за этого получился некий хрип, вместо нормального вопроса, однако Гранд меня понял.

— Именно. Ты уволена, — жестко ответил мужчина, ни капли не смягчая ужасную новость. Наоборот, он будто специально давил на больное резким тоном и холодностью.

— Но за что?!

Я действительно ничего не понимала. Полтора месяца я работала как проклятая, выполняла любой каприз начальника и не жаловалась. Терпела его пренебрежение, открытую неприязнь и грубое обращение. Чего не хватало этому не нормальному трудоголику? Да я была самым настоящим сокровищем! Меня любая компания оторвала бы с руками, если бы знали о моих стараниях.

— Знаешь, я даже допустил мысль, что смогу сработаться с человеком, — он замолчал, а я ожидала продолжения. Однако его не последовало.

— Человеком?

— Таким, как ты, — пояснил босс, но что-то мне подсказывало — он имел в виду другое. — Это не свойственно мне, однако ты умудрилась не допустить оплошностей до вчерашнего дня.

— О чем вы говорите? — вчера же все было нормально. Мы расстались на хорошей ноте. Когда все изменилось?

— Ты отправила договор с норвежцами французам. Конфиденциальные документы с перечнем услуг и суммами попали в руки к посторонним. Как теперь я должен объясняться с обоими клиентами?! — под конец речи она заорал на меня, и я его хорошо понимала.

Если все, что Люк сказал, правда, то я дескредитировала компанию. Кто захочет иметь дела с рекламным агентством, что разглашает подробности сделки возможным конкурентам. И тут совершенно не важно, что это человеческий фактор, а не саботаж. Компания понесет убытки, и мне очень повезет, если меня не заставят их возмещать.

— Французы мягко намекнули, что хотят пятидесяти процентную скидку на наши услуги, тогда они не станут поднимать шумиху и продолжат сотрудничать с нами. Однако, боюсь, это последний наш совместный проект, — он нервничал.

Только сейчас переживания проникли в жесты и выражение лица Гранда. Он умел держать себя в руках. Не знай я босса довольно долго, даже не догадалась бы о его истинных эмоциях. Иногда я действительно думала, что он слишком неземной, чтобы быть реальным.

— С норвежцами проще. Я извинился за задержку и повторно отослал договор. Однако это ни капли не умаляет твоей чудовищной ошибки. Ты уволена, — он посмотрел мне прямо в глаза, завораживая золотыми искорками раздражения на радужке. — Радуйся, что придется возместить только часть убытков агенства, а не все сто процентов.

— Вы увольняете меня по статье? — я почти плакала, сжимая кулаки все сильнее.

— Естественно! Ты бездарность! Ходячая катастрофа! Будь у меня возможность, я бы вышвырнул тебя еще раньше. Чувствовал же, что с тобой проблем не оберешься.

— Но зачем тогда приходили вчера утешать меня?! — я не выдержала, и наорала на босса. Хотя, какой он мне босс. Меня только что уволили самым позорным образом.

— Вчера я не знал, что ты сотворила. К тому же в произошедшем частично была моя вина. Я хотел разобраться с невестой самостоятельно, — он глубоко задышал, а голос наполнился рычашими звуками.

— То есть, вы обнимали меня, чтобы смягчить мое негодование в отношении вашей девушки? — я почти потеряла дар речи, когда Гранд не стал отрицать моего предположения. — Низкий и мерзкий поступок.

Я буквально выплюнула эти слова в лицо директору и вылетела из офиса. Азалия Давидовна ожидала меня возле моего стола с пустой коробкой в руках и виноватым видом.

— Мистер Гранд дал тебе полчаса на сборы, а потом ты должна покинуть здание агенства, иначе тебя выпроводят силой, — она протянула мне коробку, после чего сочувствующе сжала мое предплечье. — Держись, девочка.

Остальные работники смотрели на меня с жалостью, но не рискнули покинуть свои рабочие места. Все же в тот момент директор был настолько взрывоопасен, что мог легко спалить весь офис. Под «спалить» я имела в виду уволить. И я хорошо понимала своих бывших коллег, сама раньше старалась сидеть тише мыши и лишний раз не мозолить глаза шефу. Это помогло мне продержаться так долго и сократить вспышки гнева у Гранда максимум до двух в день. Отличный результат, если бы не эта глупейшая ошибка.

— Не могла я так ошибиться, — произнесла вслух и поставила коробку на пол.

Собираться не входило в мои планы, я собиралась убедиться, что оплошность действительно была моей. Села за компьютер и открыла официальную почту агентства. Это ничего мне не дало, ибо изначально адреса мне дала Лиза, и я не знала их наизусть. Пришлось минут десять из отведенных тридцати искать бумажку с емейлами наших партнеров. Мне улыбнулась удача, листик нашелся в верхнем ящике стола. Когда я сравнила адрес норвежского офиса с адресом отправленного письма с договором, все сошлось. Указанная почта принадлежала нашим северным партнерам. Но как тогда документы попали к французам?

Я медленно осмотрела весь офис и остановила взгляд на секретаре. Лиза всеми силами делала вид, что она очень занята. Ни минутки покоя у нашей блондинки. Тогда я поднялась, захватила с собой лист с адресами и направилась к рабочему месту девушки.

— Привет.

— Привет. Извини, Морган, у нас аврал. Некогда болтать, — тут же отшила меня секретарь-рефернт, но я не собиралась так легко сдаваться. Запахло жаренным. Наверняка на блондинке юбка уже горела, фигурально выражаясь.

— Хорошо. Тогда ты не будешь против, если я покажу этот лист с адресами партеров Мистеру Гранду? — я поводила бумажкой перед лицом девушки, после чего собралась уходить, но мне не дали. Секретарь так сильно вцепилась в мою руку, что в появлении синяков я не сомневалась.

— Тише ты! Да, это я перепутала адреса, — шепотом призналась блондинка, заставив меня присесть на край стола и согнуться поближе к ее лицу.

— Тогда иди, и расскажи все начальнику!

— Ни за что! Ты что, совсем рехнулась? Нас обоих тогда уволят!

— С чего это? — я не видела логики в ее рассуждениях.

— Ты отправляла договор, и именно ты должна была перепроверить адрес партеров. Это и твоя оплошность. Обоих выведут отсюда под белы рученьки! — шипела Лиза не хуже гадюки.

— Черт!

Вынуждена была признать, она была права. Меня уволят в любом случае. Смысла сдавать товарища по беде не было. Разве что моральное удовлетворение от того, что еще кто-то будет страдать, как и я, но это слишком мелочно и подло.

— Я сама погашу долг. Тебе ни копейки не придется возвращать агентству, обещаю, — она все еще держала меня и с надежной заглядывала в самую душу. Сложно было отказать.

— По рукам, — решительно произнесла я. — Но Гранд поплатится за все!

* * *

Я ушла. Конечно ушла. Когда тебе грозят объятия волосатыми руками от Вовчика, кто хочешь согласится на увольнение. Ну и водитель слезно просил меня уйти без сцен, ибо он девушек не обижает, и ему ну очень не хочется тащить меня вниз насильно. Я была с ним полностью солидарна в этом вопросе. Мне тоже не хотелось, чтобы меня хватали две волосатые лапищи, прижимая к потной груди, и транспортировали вниз. Никак не могла понять, что находит в этой горилле небритой Лиза. Пусть девушка не демонстрировала интерес к водителю открыто, но мой детектор любви пищал в присутствии этих двоих.

Я мысленно пожелала всего хорошего этой парочке: менее волосатых детишек и дезодорант для Вовчика получше, после чего подхватила коробку со своими вещами и покинула офис. Водитель догнал меня на лестнице и помог снести тяжести. Я никак не ожидала увидеть машину босса у входа, и совсем растерялась открытой задней двери, в которую меня настойчиво запихивал обезьян.

— Ты это чего? — я уперлась пятками в асфальт и пыталась затормозить свое продвижение к машине.

— Лиза взяла с меня слово, что я отвезу тебя домой. Садись быстрее. Никогда не знаешь, когда его светлости понадобится машина, — на этом мужчина приподнял меня и усадил в салон автомобиля.

— Прикольно. Ему подходит такая кличка, — я даже рассмеялась, но это продлилось не долго. А вот слова водителя вновь ввели меня в замешательство.

— Кличка, как же, — недовольно пробурчал мужчина и нажал на газ.

Я не знала, как расценить этот странный комментарий. Ранее я не замечала за боссом просьб называть его светлостью. Может, это только для определенных сотрудников? Или это просто шутка, которую служебный персонал воспринимает слишком близко к сердцу?

Решила не зацикливаться на этом. В конце концов, меня больше ничего не связывало с Люком Грандом. Думать о нем не было никакого резона.

— Стой! А мой велосипед! — я в панике обернулась назад, но на обычном месте моего двухколесного друга не было.

— Не переживай, он давно в багажнике, — Вовчик поднес два пальца к голове и отсалютовал мне в зеркало заднего вида.

— Тебя хоть не накажут за то, что взял служебную машину? — если я с некоторых пор открыто ненавидела бывшего босса, то это не значит, что мне было наплевать на всех сотрудников агентства.

— Если узнают, накажут. Но Гранд так занят исправлением твоей ошибки, что не вылезет из офиса до завтрашнего утра, так что у меня есть все шансы вернуться до окончания рабочего дня.

Да, Вовчик ко всему подходил с юмором, такой уж он человек. Правду говорят, что большие люди добрее.

Когда я добралась до дома, меня ждал голодный Атос, до сих пор синий Жорик и три сообщения на автоответчике. Первым делом я нажала кнопку прослушать сообщения и только потом направилась на кухню, чтобы покормить свою живность.

— У вас три непрочитанных сообщения, — вещал компьютерный голос из динамиков.

Первое было от родителей. Они приглашали меня домой на день рождение отца, двадцать пятого июня. Это как раз через два дня на выходные. Наверняка они специально перенесли празднование на день, с пятницы на субботу, чтобы я пришла. Голос мамы в сообщении был очень ласковым, а под конец она даже расплакалась, когда говорила, что сильно соскучилась по своей дочурке. Решила сделать в уме пометку перезвонить и подтвердить, что непременно приду. Все-таки я и сама соскучилась по родителям.

Два других сообщения были менее приятными по содержанию. В первом Кристина из отдела кадров просила меня завтра заехать и подписать какие-то документы, а во втором личный риелтор агентства давал мне полтора дня на освобождение квартиры.

— Так как вы больше не являетесь сотрудником интернационального агентства Your way, вам следует освободить квартиру двадцать четвертого числа текущего месяца к десяти утра. Всего хорошего.

— Your way лучшее, что может случиться с вашим продуктом. Мы поднимаем рекламу на совершенно другой уровень. Предложения о сотрудничестве принимаются… — это уже пошла стандартная запись.

Дальше я не слушала. Хватило и новости о выселении. Тем более этот слоган я уже знала наизусть.

У меня опустились руки. Опустошение и ступор, вот что со мной произошло. Спустя время я осознала, что более часа простояла на одном месте, пялясь на холодильник, и не двигалась с места. Из этого состояния меня вывел Жорик. Ящерица больно потянула меня за губу, приводя тем самым в чувства. Наверняка он подумал, что я померла, и решил мной закусить, чтоб не пропадало мяско понапрасну.

— Жорик, отпусти губу! Я живая, глупая ты рептилия!

С трудом, но удалось оторвать от себя геккона. Вот тогда и нахлынул гнев. Всепоглащающая и неистовая ярость. Захотелось сорваться с места, вбежать в офис и со всей силы приложить начальника лицом об стол. Кроме этого я планировала прищемить ему самое дорогое дверью. Не знаю, как это возможно, но фантазия всегда была моей сильной стороной. Я так живо представила себе эту картину, что даже зловеще захихикала.

Однако натура у меня была уравновешенная, и я всегда предпочитала спонтанному выбросу эмоций холодную месть. Поэтому в моих планах внезапно появился визит на третий этаж.

Когда на следующий день я покончила с бумагами в отделе кадров, то вместо того, чтобы спуститься к выходу, поднялась в офис. Лиза сразу меня заметила и мгновенно утащила в уборную, пока босс меня не заметил. А через несколько секунд к нам присоединилась добрая половина офиса. Причем мужскую половину коллектива не волновало, что туалет женский.

— Как я рада тебя видеть, — секретарь обняла меня, остальные проделали тоже самое позже.

— Я тоже рада вас всех видеть. Дракон бушует? Жжет селян, палит деревни? Или уже залег в пещеру? — я шутила, но никто из присутствующих даже не улыбнулся. Тяжелая аудитория.

— Не пойми меня неправильно, — зашептала Азалия Давидовна, — но зачем ты вернулась?

— Хочу узнать самую большую слабость Гранда. К чему он неравнодушен? Что может довести его до истерики?

Я говорила все это с горящими глазами и диким возбуждением от будущей пакости, чем заставила работников переглянуться и не один раз.

— Да бросьте, ребята. Этот сукин сын уволил меня ни за что. Всем известно, что напортачила Лиза, — и я указала обеими руками на секретаршу.

По удивленным взглядам большинства, я поняла, что никто не знал этого.

— Я не стала говорить. В этом не было смысла, — девушка пожала плечами, будто это мелочь, но в глаза не смотрела.

— Смысл есть. Если Морган компетентна и действительно была уволена ни за что, у меня есть что ей рассказать, — адвокат кровожадно усмехнулась. Ее примеру последовали все. Кто-то даже начал потирать ручки, а Костя глупо хихикал в уголке.

— Внимательно вас слушаю.