Интерлюдия 3

Богатство редко приносит счастье.

Если человек разбогател, то, как правило, ем этого мало. С улучшением уровня жизни, увеличиваются и расходы. И человек, спустя какое-то время уже не считает себя богатым. Он ищет способы заработать ещё больше.

Если же разбогател боярский род, то всё ещё хуже. Увеличиваются потребности не одного единственного человека, а многих и многих. Лучшие кони, лучшие портные, лучшее оружие. Дома, усадьбы, балы. Всё это без конца тянет деньги из родового бюджета. И отказаться от благ уже не получает. Даже если захочешь. Ведь разговоры пойдут, что род таких-то бояр обнищал. Пальцем все будут показывать и злорадствовать. Но обычно никто и не хочет отказываться от чего бы то ни было. Привыкнув есть с золота, практически невозможно по собственному желанию вернуться к серебру или, упаси светлые боги, меди.

Вот и боярин Салтыков Игорь Петрович не хотел.

Да, род Салтыковых был богат. Очень, можно даже сказать — неприлично, богат для боярского рода. Многие смотрели на красивую жизнь представителей этого рода, и завидовали. Деньги, связи, сильная дружина. Всё это было. И со стороны смотрелось мечтой любого боярина.

Только мало кто задумывался, что деньги не берутся из воздуха. Что связи сильны только тогда, когда есть деньги. А дружина, иногда казалось, этими самыми деньгами питается. А ещё есть многие родовичи, которым так же требуется содержание. И не малое! Опять же из-за того, чтобы люди не шептались о нищете. Каждый представитель рода — его лицо. Каждый может бросить тень на всех остальных. А потому нынешнему главе, как, впрочем, и предыдущему, приходилось мириться с огромными расходами своих родичей. И именно по этой причине боярина Салтыкова практически никогда не покидала мысль о том, где взять ещё денег.

Род Салтыковых успел в своё время занять, как тогда казалось, золотую жилу. Поставки продовольствия для легионов! Звучит дорого! Завистники думают, что род с таким заработком буквально купается в деньгах. И только старшие в роду знают, что это не так.

Нет, дело это, безусловно, выгодное. А главное, что контракты от Государя идут постоянно. Но дело в том, что Салтыковы занимались именно поставками. Они не выращивали хлеб, не растили скотину. Они именно поставщики. Хлеб и мясо они покупали и в легионы продавали. Покупали, конечно же, намного дешевле, чем продавали. Доход был очень даже существенный. Если бы не множественные «но».

Во-первых, этим доходом приходилось делиться. Иначе поставщиком мог стать кто-нибудь другой. Более сговорчивый.

А во-вторых, многие Салтыковым завидовали. Да не просто завидовали, а очень хотели бы занять их место. Поэтому приходилось кормить сильную дружину. Круговорот!

И дело даже не в том, чем именно они занимались. Будь их род успешными оружейниками, то так же нашлись бы завистники. И они так же бы думали, что могут справиться с этим не хуже. А ещё все представляли, куда бы дели вырученные деньги.

Такова жизнь. Если у тебя есть что-то, чего нет у других, то это что-то обязательно попытаются отобрать.

Потому ещё отец Игоря Петровича в своё время подумал, и решил, что надо отбирать первыми.

Многие до сих пор думают, что Салтыковы только поставщики продовольствия. Но на самом деле, за последние два десятка лет контракты с легионами перестали быть основным источником дохода. Были ещё перевозки. Были гостиничные дома. Имелись так же и всевозможные лавки. Причём не только в столице.

Но, как известно, аппетит приходит во время еды. Всё время хотелось большего. А как это самое большее получить? Начинать с нуля, вкладывая в новое дело кровные денежки? Нет, это не метод Салтыковых. Куда проще выбрать какой-нибудь не сильно знатный боярский род и объявить ему войну.

Самое интересное, что именно воевать почти никогда не приходится. Редко кто хочет тягаться с сильным и богатым родом. Потому откупаются вирой. Вот только виру обычно выбирают Салтыковы. Ту самую, из-за которой всё и начиналось.

Когда сегоднянаследник сообщил, что объявил войну какому-то Северскому, боярин Салтыков лишь одобрительно усмехнулся. Растёт сынок. Буквально недавно получил такие полномочия, а уже поспешил ими воспользоваться.

Но одобрение практически сразу сменилось недовольством, стоило лишь выслушать сбивчивый рассказ сына. Ведь войну он объявил не с расчетом на прибыль, а потому что разозлился. А разозлился наследник из-за того, что его всё-таки выперли из академии.

Правда потом боярин всё же решил сменить гнев на милость. Ведь войну сын объявил не какому-то бояричу, а боярину. Главе рода. Только главе этому всего лишь семнадцать лет. Большего наследник не знал. Но Игорь Петрович решил, что запугать какого-то там мальчишку особого труда не составит. И отобрать у него то, что покажется интересным и достаточно прибыльным.

Написав письмо другу, с просьбой выяснить всё об этом Северском, боярин до поры, до времени выкинул данную тему из головы, занимаясь другими делами. И очень удивился, когда вечером друг, вместо ответного письма с информацией, решил навестить его лично.

— Проходи, Алексей. Присаживайся, — доброжелательно поприветствовал гостя Игорь Петрович. — Вина? Мне на днях привезли несколько ящиков Крымского. И я тебе скажу, что оно стоит тех денег, которые купцы содрали за доставку.

— Спасибо, Игорь. С удовольствием, — согласился гость.

Боярин Алексей Перьев был ровесником главы рода Салтыковых. Более того, они вместе учились в академии. Именно там и подружились. Хотя, подружились — это громко сказано. У Игоря Петровича в принципе не было настоящих друзей. Были лишь те знакомые, которые могли принести пользу, и те которые не могли.

Перьев был из первых. Его род был немногочисленным. Никаких боярских детей, никаких земель, никакого прибыльного дела. Зато была хорошая должность в Кремле. Причём, эта должность оказалась чуть ли не наследственной. Потому что и отец боярина, и дед, занимали её же. И Игорю Петровичу в своё время посоветовал сойтись с этим боярином поближе прежний глава рода. И, как выяснилось позднее, оказался прав. Если Салтыкову нужна информация, то всегда можно обратиться к Перьеву. Причём не обязательно лично. Достаточно отправить с посыльным письмо и кошелёк с золотыми рублями. А рубли Алексей, как и все чиновники, любил.

— Действительно, отличное вино, — пригубив из бокала, довольно прищурился гость.

— Я велю собрать тебе с собой парочку бутылок, — поражаясь собственной щедрости, заявил Салтыков. И, не слушая ответные благодарности, спросил: — Возникли какие-то трудности со сбором информации? Нужно больше денег?

— И трудности возникли, и денег надо больше, — сделав ещё глоток, подтвердил Перьев. Затем отставил бокал в сторону и серьёзно посмотрел на друга. — Не так прост оказался этот Северский.

— Не прост, говоришь? — нахмурился хозяин дома. Отчего-то в этот момент ему показалось, что Алексей просто хочет вытянуть с него сумму побольше. И этот факт не радовал. Была стандартная ставка. И увеличивать её в пользу Перьева не хотелось. Этак он чрез год ещё больше попросит. Но и других знакомых чиновников с такими связями у Салтыкова не было. Были либо мелкие сошки, либо те, кто не хотел иметь с его родом никаких дел. И прижать их пока никак не получалось.

— Не прост, — повторил гость. — Начну с того, что в столице его почти никто не знает. Точнее — не знает лично. Зато про его Дело слышал почти каждый.

— И что же за Дело? — удивился Салтыков. Он лично вот точно ничего не слышал ни про какого Северского.

— Про Майонезную слышал?

— Майонез? Это тот соус, про который мне повара все уши прожужжали? Слышал, конечно. И даже пробовал.

— Верно. И Северский является его единственным поставщиком в столице. Я уточнял. Больше пока никто не производит.

— Угу, — задумался Салтыков, сразу же прикидывая, будет ли ему приносить деньги такое дело. И выходило, что вряд ли. Поставщик — это не производитель. Вот если бы род Северского и делал бы этот соус тут, тогда другое дело. А так… Не стоит овчинка выделки. — И за это ты хочешь больше денег?

— Не спеши, — усмехнулся Перьев. — Это только начало. Есть у него и другие дела. Я же правильно понимаю, тебя именно они интересуют?

— Правильно, правильно, — недовольно подтвердил Салтыков. А сам задумался над тем, что не мешало бы старого друга как-нибудь прижать. Слишком уж он нагл стал.

— Войну уже объявил? — всё так же, с усмешкой, поинтересовался Алексей.

— Сын объявил, — ничем не выдав нарастающей злости, подтвердил Игорь Петрович.

— Сын? — искренне удивился гость. — И ты позволил?

— Он наследник, — подал плечами Салтыков. — Если я сейчас начну отменять его решения, то как он будет править родом потом? Да и про Северского этого никто никогда не слышал. Не может он быть сильным.

— Не у тех ты людей спрашивал, — покровительственно хмыкнул гость.

— Так что там у него за дело⁈ — не сдержавшись, резковато спросил хозяин дома.

— Лавка, торгующая артефактами. В основном целительскими. Но, судя по слухам, очень хорошего качества.

— Это уже интереснее, — чуть успокоился Салтыков. — Но всё же я не пойму, за что ты хочешь больше денег.

— Сейчас поймёшь. Помимо лавки, у него была ещё, — Перьев на секунду задумался, а затем вытащил из кармана блокнот, нашёл нужную страницу и прочитал: — Фотографическая мастерская. Вот. Кто только такие названия придумывает? Язык сломаешь.

— Подожди! — эмоционально воскликнул Игорь Петрович. — Про это я слышал. Там, говорят, портреты потрясающие пишут. Меня жёны уже замучили просьбами, чтобы я их туда сводил.

— Уже не сводишь, — покачал головой гость. — Ни лавки с артефактами, ни мастерской этой больше нет. Недавно их ограбили. Художника, который там был, убили. А артефакт, с помощью которого он рисовал — украли!

— Та-ак, — предвкушающее протянул Салтыков. — И ты узнал, где его найти?

— Нигде. Про разрушенное здание стражи слышал? Так вот это тот артефакт и взорвался. Защита на нём стояла.

— Подожди, подожди, — вскинулся хозяин дома. — Потом же ещё князя Стародубского убили. И, говорят, что эти два события связаны.

— Верно, связаны, — подтвердил Перьев. — Только узнать что-то кроме слухов оказалось очень сложно. Выяснилось, что дело этого Северского у дознавателей. Пришлось заплатить. Тех денег, что ты прислал, хватило впритык. И то, мне позволили лишь ознакомиться с бумагами. Выносить или снять копии не разрешили.

Про то, что дело было не полное, боярин Перьев решил не говорить. Иначе жадность Салтыкова могла победить здравый смысл.

— Да что это за Северский такой⁈ — нахмурился Игорь Петрович. — Рассказывай, не томи.

— Северский, — протянул гость, собираясь с мыслями. — В деле написано, что он выходец из Дёминых…

— Тех самых?

— Да, тех самых. Но мальчишка не просто вышел из этого рода. Он ещё и увёл часть людей. Довольно большую часть. Всю Младшую Ветвь рода!

— Младшая ветвь… Насколько я помню — это телохранители?

— Именно, — подтвердил Перьев. — Но бойцы рода — это не самый ценный актив, который захапал себе Северский. Он взял под свою руку довольно большую общину артефакторов из Поднебесной. Остатки уничтоженного клана. За ними даже отсюда, из столицы, присматривали. Всё ждали, что Дёмины решат. А получилось вот так вот.

— Это интересная информация, Алексей, — задумчиво произнёс Салтыков. — Считай, что за деньги я больше не злюсь. А что там с Артёмом Стародубским произошло? Это как-то с Северским связано?

— Напрямую. В личном деле мальчишки написано, что это он убил Артёма.

— И после этого спокойно учится в академии⁈ — поразился боярин.

— А ему не впервой родичей правителей убивать, — довольно развёл руками Перьев. У Салтыкова даже появилось подозрение, что старый друг искреннее наслаждается данной ситуацией. — Не так давно он родича княгини Ульчинской убил. Причём в её же городе.

— И что? — хмуро спросил хозяин дома.

— И ничего. Княгиня его взяла под стражу. Но ему на помощь явились довольно внушительные силы.

— И княгиня вот так утёрлась?

— Там вообще интересно получилось…

— Лёша-а, — с угрозой протянул Салтыков. Ему всё меньше и меньше нравилась эта ситуация.

— Про Балховских слышал? — не стал дразнить его гость. — Они как раз в этот день решили Ульчинское княжество пощипать. Вроде как за отца отомстить. В итоге княгиня с Северским как-то договорились и нет больше у Балховских легионов. Там пять или шесть Богатырей дружно ударили. Битвы как таковой и не случилось.

— Ладно, с Ульчинской я понял. Но неужели ему и Стародубского простили? Там же родичей толпа целая.

— Не простили, ты прав. Именно родичи решили устроить Суд князей. Государь дал добро. Кстати, Ульчинская была в числе судей.

— И что? — заинтересовался Салтыков.

— И ничего. Мальчишка сказал, что никого не убивал. Менталист подтвердил. Наследник велел всем думать, что ничего не было.

— Ничего не понимаю, — растерялся Игорь Петрович. — Это что же, Северский — очередной Пёс Государев? Специально его на Артёма натравили?

— Вряд ли, — покачал головой Перьев. — У Стародубского с Северским был какой-то конфликт. По его итогам князь виру выплатил. Но вира была такая, что Артёму, похоже, её жалко стало.

— Говори! — чуть ли не приказал Салтыков. Он понял, что именно сейчас запахло большими деньгами.

— Земли северные, что Стародубский за жену приданным получил.

— Те самые? — азартно потёр руки Игорь Петрович.

— Те самые, — подтвердил гость. — Возможное будущее княжество. Если конечно, Северский их удержать сможет и под руку Государя приведёт. Или не Северский, а новый хозяин.

— И судя по тому, как закончился Суд Князей, наследник на стороне мальчишки?

— Наследник всегда на своей собственной стороне, — вдруг строго поправил хозяина дома Перьев. И уже мягче добавил: — Но похоже на то.

— Угу, понятно, — задумался Салтыков. — А что у Северского с дружиной? Узнавал?

— В столице сейчас где-то с полсотни воинов. Из бывших Дёминых. Так же ведётся набор новых. И есть один Богатырь.

— Тёмные Боги! — выругался Игорь Петрович. — Откуда у него Богатырь-то⁈

— Как раз от тех китайцев.

— Ладно, — немного подумав, махнул рукой Салтыков. — Богатыри тоже смертны. А всего у него сколько бойцов?

— Ещё несколько сотен в княжестве. Точно не скажу — нет в деле такой информации. Но учитывай, что его бойцы — это те же Дёмины.

— Учту, конечно. Кстати, а Дёмины-то наверное не очень рады были, что мальчишка у них людей увёл?

— Зришь в корень, — улыбнулся Перьев. — Даже больше тебе скажу — в деле написано, что основными подозреваемыми в уничтожении артефакторной лавки и мастерской этой, числятся как раз Дёмины. И ещё они вроде как у Северского какую-то девку украли.

— Так, так, так… — задумался Салтыков. — Значит, с Дёмиными можно договориться. Им, допустим, китайцев и бывших родовичей. А мне земли северные.

— Пробуй, — развёл руками гость. — Потому что без сильного союзника я бы тебе с Северским воевать не советовал.

— Это и так понятно, — кивнул боярин. — Ещё есть что сказать?

— Есть. И тебе эта информация понравится. Сегодня днём в столицу приехал Иван Васильевич Дёмин. Глава Средней Ветви рода. Да не один приехал, а с дружиной сильной.

— А вот это уже стоит дополнительной награды, Алексей! — буквально расцвёл Салтыков. — Мне ведь даже не обязательно с Дёмиными договариваться! Достаточно мальчишку запугать ими, а затем предложить помощь и защиту. За долю малую! Надо съездить в академию…

— Северского там сейчас нет, — поправил Салтыкова гость, довольный дополнительной прибылью.

— А где же он?

— В тюрьме.

— Подожди! Ты же сказал, что его оправдали!

— Оправдали. В тюрьме он совсем по другой причине…