5
Ожидание встречи с современницами превратило ночь в настоящую пытку. К тому же и сам день ответственен донельзя. Не только из-за присяги. Скорее всего, после неё я выйду в большой мир. И буду в нём не просто служить, но и жить. Страшновато, если честно.
Почему-то меньше всего меня беспокоила сама служба. Да, вливаюсь в новый коллектив, в котором необходимо себя зарекомендовать с наилучшей стороны. Но опыт спортсменки, сменившей несколько команд, имеется.
С утра привела себя в порядок и принарядилась. Ну как принарядилась? Тёмная юбка, белая блуза, светло-синий жакет, а также обязательные шляпка и перчатки. Всё достаточно скромно, лаконично, но со вкусом. Особо порадовало, что нет этих дурацких “наворотов” мешающих нормально двигаться. Точнее, по сравнению с одеждой из будущего их хватает, но стоит смириться с тем, что в спортивном костюме или джинсах мне тут никто разгуливать не даст.
Ровно в девять часов утра передо мной предстал с виду невзрачный мужчина, в котором по всем повадкам угадывался тренированный боец. Вместе с ним мы уселись в карету и куда-то поехали.
- Извините, - поинтересовалась я у своего провожатого. - А Константин Петрович где?
- Он ожидает вас в здании Синода. Именно там, Ирина Петровна, вам предстоит присягнуть на верность.
- Что я ещё должна знать о церемонии?
- Не беспокойтесь, - правильно оценив моё состояние, слегка улыбнулся так и не представившийся спутник. - Ничего страшного, по моему мнению, не происходит. Присягу зачитаете, да потом банкет устроят. Но день, конечно, в вашей жизни великий. И… Извините, но я не уполномочен вести с вами беседы на отвлечённые темы. Как говорится: “Quae sunt Caesaris Caesari et quae sunt Dei Deo”.
- Чего? Это, кажется, не французский.
- Латынь, Ирина Петровна. В переводе означает” Кесарю кесарево, а Богу богово”.
- Да и пусть кесарево, главное, чтобы не сечение, - вздохнула я.
- Извините?
- Не обращайте внимание, таинственный незнакомец. Это всё нервы. Я ведь барышня тонкой душевной организации, вот и ворчу по любому поводу.
- Понимаю вас, Ирина Петровна.
Дальше мы ехали в полнейшей тишине. Сенатская площадь встретила нас мерзопакостной погодой. Конец февраля, но в воздухе уже слегка чувствовалось влажное присутствие весны. Отчего становилось зябко и промозгло даже в достаточно тёплом пальто с большим меховым воротником. Ещё и ветер такой, что с ног сбивает.
Правда, долго на улице находиться не пришлось. Подъехав к парадному входу, карета остановилась. Опершись на галантно поданную руку провожатого, я покинула это с виду романтическое, но на самом деле не очень удобное транспортное средство и практически сразу же переместилась в холл Синода, своими стенами отгородившего меня от неприятного ветродуя.
Пройдя по помпезным и абсолютно пустынным коридорам этого величественного здания, мы оказались в одном из его залов, наконец-то встретив первых живых людей. Ими были женщины примерно от двадцати до тридцати лет. Точнее сложно сказать, так как у всех шляпки по последней моде со свисающей “сеткой”, закрывающей верхнюю часть лица.
Блин! Да это даже не зал, а молельня! Даже не молельня, а встроенная церковь! Роскошество помещений Синода меня немного придавило эмоционально, поэтому не сразу и разобралась. Запоздало перекрестившись, вошла в церковь и встала рядом с хрупкой девушкой, одетой примерно так же, как и я сама. Впрочем, все дамы были в одной тональности, так что понять, кто это такие, не составило большого труда. Ну вот мы и встретились, “гостьи из будущего”!
Хотела было начать знакомиться, но тут вперёд вышел Победоносцев и закатил такую речь, что зубы от неё сводить начало. Вещал с теми же интонациями, как и один из моих первых тренеров, который перед каждым матчем почему-то требовал от нас, молодых дарований, не посрамить честь советского спорта. Причём тут “советский” я до сих пор понять не могу, ведь на дворе уже стоял двадцать первый век, а СССР развалился давно и, кажется, навсегда. Обер-прокурор, конечно, не про спорт говорил, а про служение иного рода, но всё равно серьёзно переигрывал с эмоциями. Хотя тут, наверное, так принято.
Слава всем святым, что Константин Петрович быстро выдохся и наконец-то появилась минутка поговорить с девушками.
- Ира, - первой представилась я рядом стоящей шатенке, пристально всматриваясь в её лицо.
Какая красивая в своей необычности! Хоть иконы с неё пиши!
- Ксения Дмитриевна, - негромко представилась и она.
- Тогда я Петровна. По фамилии Бесова.
- Чуева. Приятно познакомиться, Ирина Петровна.
Примерно в это же самое время заговорили и остальные попаданки. Они наперебой стали называть свои имена и фамилии, одновременно обсуждая местную моду и слегка иронизируя по поводу нашего странного положения. Причём делали это так изящно, с выкрутасами, что я в который раз в этом мире почувствовала себя пресловутым слоном в посудной лавке.
И, естественно, стала от этого нервничать. А когда я нервничаю, то всегда просыпается сильный голод. К сожалению, при перемещении в прошлое эта особенность моего организма никуда не делась.
Неожиданно одна из девушек - брюнетка со жгучими карими глазами, представившаяся Анной Лиходеевой, намекнула про банкет. Быть может, она в курсе дальнейших планов на сегодняшний день?
- Мне показалось или послышалось слово “обед”? - вклинилась в разговор и я, почувствовав, что ничего путного больше сказать не смогу. - Я не успела позавтракать, и… Поэтому j'ai faim comme une louve…
Кажется, по-французски фразу: “Я голодная, как волчица” произнесла правильно. Изначально не собиралась её вставлять, но очень уж не хотелось ударить в грязь лицом, вот и показала хоть какую-то свою образованность.
Думала, что из-за не совсем стандартного роста и особенностей глаз девушки встретят меня с настороженностью. Так почти всегда происходит в незнакомых компаниях. Но на удивление они приняли тепло. Жаль, что перезнакомиться как следует не успели. Началась главная часть действия. Присяга!
Священнослужитель после небольшого молебна стал вызывать нас по одной к себе. Дошла и моя очередь. Положив руку на явно древнюю библию, я стала повторять слова присяги.
- ...клянусь служить верой и правдой, не щадя живота своего, против сил тьмы и врагов Престола…
В душе что-то сжалось, а потом резко отпустило, заставив полностью расслабиться и не только языком, но и душой зачитывать слова, отдавая себя и свою верность во благо служения Родине. И пусть это не моё время, но будущее началось задолго до моего рождения. И безумно хочется отгородить его от всякой нечисти.
- … в чём да поможет мне Господь Бог Всемогущий. В заключение же сей моей клятвы, целую слова и крест Спасителя моего. Аминь! - на одном дыхании закончила я присягу.
Наваждение схлынуло, но внутри осталась уверенность, что клятва моя услышана и принята где-то там, на небесах. И нет уже больше Ирки Куравлёвой, а родилась Ирина Петровна Бесова. Пусть и на земле, но боевая единица великого Небесного Воинства. И девчонки, стоящие за моей спиной, не просто барышни, а такие же светлые воительницы, как и я сама.
После присяги нас всех куда-то повезли. Конечной точкой маршрута оказался прикольненький такой особнячок, в котором были накрыты праздничные столы. И чего только на них не было! От всей прошедшей очень эмоциональной официальной части мой аппетит разыгрался до такой степени, что я только от одних ароматов чуть слюной при входе не захлебнулась.
Надеюсь, никто не услышал урчание моего живота. Из-за него я даже в театры ходить стесняюсь. Переволнуешься , распереживаешься от происходящего на сцене, а потом в тишине зала разносится: “ Ур-р-р… Бу-р-р-р…” . Со стыда сгореть готова! Кажется, что все понимают, кто это тут жрать не к месту просит, и укоризненно косятся в мою сторону. Знаю, что это фобия, но перебороть её никак не могу.
Но сразу поесть не удалось: Победоносцев опять решил поупражняться в ораторстве. Я честно слушала его словесный поток несколько минут, а потом плюнула и принялась за еду. Как говорится: “Васька слушает да ест”. Ирина Бесова поступает так же.
Потихонечку и остальные девчонки стали отдавать должное таланту поваров, постепенно переходя от блюд к напиткам. Хотя Полина Туманова - хрупкая девушка с голубыми глазами и роскошной косой, сразу же приступила к дегустации игристых вин, особо не заморачиваясь с закуской.
Впрочем, как и Лиходеева. Только Анна предпочла более крепкие напитки. Я пару раз замечала, как она втихаря в бокал для шампанского наливала водочку, а потом манерно её пила, словно лёгкий газированный напиток.
Победоносцев, поняв, что его речи никому не нужны, быстро заткнулся после довольно-таки язвительного замечания самой аристократичной из нас Ксении Чуевой. И тут же все оживились, уже не стесняясь принявшись за вина и закуски. Я сразу поняла, что вечер не будет томным. И пусть я достаточно спокойно отношусь к спиртному, но в хорошей компании не грех и усугубить. Тем более, в кругу своих “одновременниц”.
К концу застолья и сам Победоносцев, и представители охранки, умело исполнявшие роль официантов, были в лёгком офигевании… Пардон! Слегка обескуражены. И было отчего! Женский праздник - это страшная и неуправляемая сила! Во всяком случае, в двадцать первом веке.
Дамские шляпки набекрень! Смех после шуточек не всегда приличного содержания. Попытки петь классическую “Ой, мороз, мороз!”, причём практически все наши знали лишь начальные слова песни. Кажется, только Таня Ведовская, поначалу глядевшая на всех мрачно и таинственно, но потом, после того как ей Лиходеева ловко подмешала в вино водочки, резко подобревшая, осилила песню до конца. И при этом постоянно звучали какие-то острые цитаты классиков, делались оригинальные выводы о нашем попаданстве и месте в новом мире. Юмор, ирония и сарказм с залихватским разгуляевом сплелись в один клубок!
Короче, наклюкались все. И ни себя, ни девчонок винить в этом не могу. Необходимо было сбросить нервное напряжение последних шести месяцев. Но даже такому яростному веселью когда-нибудь приходит конец. Настало время прощаться.
- Девочки-ведьмочки! Не теряемся! - слегка заплетающимся языком проговорила я, обнимая своих новых подруг. - Я вас всех запомнила! Даже по отчествам!
Ксюха Дмитриевна Чуева! Волшебные прикосновения, помогающие узнать прошлое!
Танюха Фёдоровна Ведовская! Никто не видит проявления смерти лучше тебя! Excusez-moi! Лучше вас!
Полиночка Антонов… Нет! Андреевна Туманова! Идеальный слух для ловли энергетических паразитов!
Анюта Львовна Лиходеева! Укротительница бесов! Алле-ап!
Девчоки! Кто мы с вами?
- Команда! - с удовольствием прокричали все мои “разогретые” подруги.
- Мечты… - глубокомысленно добавила Лиходеева, стараясь не отдалиться от поддерживающей её белоснежной колонны банкетного зала.
Всё тот же не представившийся провожатый, довёл меня до кареты. Мы ехали по ночному Петербургу. Наверное, по нему, так как редко встречающиеся фонари практически не давали освещения и представления, где мы находимся. На душе было тепло и радостно. Да. Завтра будет новый день и новые проблемы, стирающие сегодняшнюю эйфорию и хулиганское, абсолютно неприемлемое для этого общества настроение. А мы все станем манерными и очень правильными барышнями. Но… Это будет завтра.