Глава 24

— Бруно, шевелись! Уже восьмёрки улетели! — высокий жизнерадостный мужчина лет двадцати пяти-двадцати шести сидел на плече давней мечты Бруно Громова — на УГ-9.

Или, как гвардейцы Стальных Черепах называли управляемых големов девятого ранга, на девятке.

Бруно незаметно поморщился, даже не думая прибавлять шаг.

— Да ладно тебе, Ярополк! Опять дурацкие учения. Какого, спрашивается, ксура, приказано отправлять в Пустыню весь взвод?

— Это ты мне скажи, — усмехнулся Ярополк, ловко ввинчиваясь в открытый люк девятки. — Ты же у нас… командир!

Бруно скрипнул зубами, но ничего не сказал.

Во-первых, Яр бы его всё равно не услышал, а во-вторых… гвардейцы смеялись над ним уже вторую неделю, и, что самое обидное, были в своем праве.

Нет, если бы насмешку бросил кто-то другой, Бруно бы не стерпел и показал наглецу его место, но гвардейцы… им было можно.

Каждый из них по праву управлял своим УГом и их ранги, в отличие от Бруно, были настоящими.

Но разве же он виноват, что отец решил немного помочь своему младшему сыну и с младенчества приписал его к Воинам, выхлопотав первый ранг?

Да и благодаря взятому отцом Укреплению тела, Бруно практически не болел в детстве и был первым силачом сначала в классе, а потом и в Военном училище.

И Бруно нисколько не винил отца, даже наоборот. Он, когда у него родится свой сын, поступит точно также. Ведь чего не сделаешь, чтобы заполучить в семью гения.

Даже ценой накопителя.

Собственно, благодаря званию гения, десятый ранг Бруно ни у кого не вызывал сомнений. Ни у кого, кроме Ярика и некоторых Черепах!

Эти ребята были мало того, что старше его как минимум на несколько лет, так ещё и в первом же бою заподозрили неладное.

И хоть для своих восемнадцати лет, его реальный ранг был более, чем крут — целая семёрка! — он всё равно стал целью многочисленных подколок.

Никто не знал наверняка, но только ленивый не прошёлся по его запоздалой реакции, замедленному движению и заторможенным командам.

И больше всех, как водится, старался его старший брат — Ярополк.

Но если гвардейцы хоть и догадывались, но реального ранга Бруно не знали, то Ярик знал всё. И Бруно было очень интересно, почему братец перевелся к Черепахам спустя неделю после него самого.

Из подслушанной в прошлом месяце беседы, Бруно знал, что отец предлагал Ярополку возглавить одно из княжеств.

Вот только не знал, согласился ли брат. И если согласился, то что он, всё-таки, забыл в Стальных Черепахах?

А если отказался… Неужели Яр пошел в гвардейцы только чтобы посмеяться над ним? Чтобы показать, что он лучше?

Но ведь у него самого девятый ранг только в стезе Мага! Да и вообще…

Почувствовав на себе чей-то взгляд, Бруно вздрогнул и быстрей зашагал к десятке. Некоторые мысли лучше не додумывать. И вообще, лучше забыть о них!

Приложив к углублению на спине УГа правую ладонь, Бруно дождался, пока бронепластины отойдут в сторону и, не мешкая, забрался в десятку.

УГ зажужжал, привычно обволок тело, добиваясь наилучшей синхронизации и, признав Бруно, развернул перед ним управляющее табло.

Судя по зеленым точкам, в казарме из всего отряда остался только он, Яр да несколько слуг. Даже Воины с Инженерами уже телепортировались на плато.

— Жду разрешения на отправку! — раздался в голове насмешливый голос Ярополка.

— Отправку разрешаю, — Бруно не удержался и скрипнул зубами от досады.

Ксуров братец подкалывал его при любой возможности!

Девятка тут же исчезла в портальном круге, а за ней в портал шагнул и сам Бруно.

Голова тут же, как это обычно бывает при телепортации, закружилась, а живот свело долгой судорогой.

УГ сам собой сложился пополам и уселся на корточки, а Бруно, как положено по инструкции, выждал несколько секунд и только после этого поднялся на ноги.

Проводив завистливым взглядом Ярополка, который словно и не заметил портальной адаптации, Бруно сконцентрировался на текущей задаче.

— И что у нас здесь, — пробормотал он себе под нос, с интересом вглядываясь в командное табло.

Увы, но бóльшая часть высших функций УГа была ему недоступна. На бумаге он мог быть хоть двенадцатиранговым, но по факту так и оставался Воином седьмого ранга.

Хорошо хоть десятки, спланированные по образцу пятёрок, разрешали управлять собой всем Воинам, начиная с пятого ранга.

Об этом знали только ближние родственники главы клана, и Бруно, к счастью, входил в их число.

Оценив данные таблицы, Бруно поморщился.

Судя по командному табло, кто-то из аналитиков клана совершил серьезнейшую ошибку, бросив на плато полноценный отряд УГов.

Вялую атаку демонов можно было отбить полудюжиной пятёрок при поддержке одной восьмёрки!

Бруно только было хотел скомандовать возвращение на базу, но тут же передумал.

Во-первых, по регламенту требовалось выждать минимум полчаса. Во-вторых, взятое при получении крайнего ранга умение «Шестое чувство» предупреждало о надвигающихся неприятностях.

«С братом, что ли, посоветоваться?» — подумал Бруно, с тоской глядя вслед Ярополку.

Нет, не стоит, снова начнет отпускать свои шуточки…

— Ждем полчаса и домой! — сказал он наконец.

Увы, но нежелание прослыть трусом перевесило здравый смысл и смутные ощущения надвигающейся беды.

Зато от подключенных к сети УГов тут же донеслась волна одобрения.

Это, кстати, было одной из незадекларированных возможностей десятки — УГ командира усиливал эмпатические способности одарённого, позволяя с ходу считывать эмоции подчиненных.

Приподнятое настроение гвардейцев перебило сосущую под сердцем тревогу, и Бруно поспешил занять себя делом.

— Ну серьезно, — пробормотал он себе под нос, — ну что может произойти за оставшиеся двадцать пять минут?

— Парни, видели новеньких? — он как раз проходил недалеко от стоящих в карауле Воинов и, благодаря высокочувствительной аппаратуре и артефактам УГа, услышал часть беседы обычных вояк.

— Новеньких? — удивился коренастый брюнет со сломанным носом. — Их разве не князь под себя подгребает?

— В этом году наши подсуетились, — доверительно понизил голос высокий лысый Воин со шрамом, идущем через всю голову. — Успели на практику семерых гимназистов завлечь.

— И что? — не понял второй, искоса взглянув на командирскую десятку, проходившую в десяти метрах. — У них же время ещё до Инициации есть?

— Это высокородные могут до Инициации из семьи в семью перейти, а вольники кому присягу дали, тому и служат.

— Так можно же и не давать присягу?

— А как ты тогда практику пройдешь? Там все продумано. Или присяга или добирайся до школы самостоятельно.

— Сурово, — вздохнул брюнет, — вот так и дурят нашего брата.

— Дворяне они такие, — согласился лысый, — своего не упустят.

Бруно поморщился простоте бывших вольников, принятых в клан несколько лет назад, и тут же выбросил эти сплетни из головы.

Не объяснять же обычным воякам нюансы высокой политики?

Ведь если не заманивать Одаренных к себе, то князь быстро войдет в силу, и будет сложнее… договариваться.

Бруно только было погрузился мыслью в нюансы политических отношений, которые ежедневно вдалбливал в него и братьев отец, как неожиданно табло мигнуло почтовым уведомлением.

Чувствуя, как внутри всё холодеет от предчувствия наступающей беды, Бруно раскрыл стилизованный конверт.

Секундой позже, появился ещё один.

Открыв первое сообщение и прочитав скупые строки отцовского сообщения, Бруно сглотнул и почувствовал, как мир плывёт перед его взором.

Неужели отец… Но разве ж так можно?! Ведь он…

— Соберись тряпка, — прошептал Бруно, не замечая катящихся по щекам слёз. — Соберись!

Беспомощно оглядевшись по сторонам, Бруно внезапно понял, зачем отец отправил в эту дыру целый взвод УГов и впридачу три роты воинов.

Все эти люди сейчас ходили по плато, чем-то занимались, перекидывались шуточками или хмуро пялились в Пустыню. И никто не догадывался, что жить большинству из них осталось всего несколько часов.

— Девятка! — хрипло каркнул Бруно, выполняя первый пункт присланной отцом инструкции, — ко мне!

От УГов донеслась волна удивления и, немного погодя, насмешки — ну-ну, зеленый командир решил показать кто здесь главный…

И Ярополк разделял мнение гвардейцев.

Не спеша подойдя к сходящему с ума от волнения Бруно, брат прямо в УГе выполнил церемониальный поклон, чем вызвал смешки гвардейцев.

— Да мой командир! — на общей связи произнес Ярополк, видимо, желая не просто унизить обнаглевшего братца, а втоптать его в землю. — Явился по вашему зову!

— Читай, — Бруно создал приватный канал и выслал брату второе письмо.

Несколько секунд Ярополк молчал, после чего протянул.

— Накопитель?

Бруно молча кивнул, поскольку боялся, что если начнет говорить, то его голос дрогнет.

— Дела… — протянул брат и как-то по-взрослому вздохнул.

Бруно ещё раз кивнул и посмотрел на Пустыню, которая отчего-то начала расплываться.

Может быть, дело было в поднимающемся с земли песчаной дымке, отчего картинка начинала дрожать, а может и в подступивших к горлу слезах.

Впрочем, Бруно предпочел винить во этом дымку.

— Отдавай приказ, брат, — глухо бросил Ярополк и положил массивный манипулятор УГа Бруно на плечо. — И это… прости меня. За всё.

— Не за что тебя прощать, — Бруно всё-таки справился с голосом и ответил брату как полагается, а не так как хотелось. — За Род, брат.

— За Семью! — отозвался Яр и развернул УГ в сторону виднеющихся гор.

«За рудники» — хотел было добавить Бруно, но сдержался.

Вместо этого он переключился на общий канал и дрогнувшим голосом объявил:

— Директива один-один! Приказываю вторым номерам перейти под командование Яр… Девятому!

— Вы уверены… сэр? — несколько глумливо уточнил здоровяк Боро, управляющий восьмёркой, — Может вы ошиблись?

— Выполнять! — гаркнул Бруно и, впервые в жизни воспользовавшись функционалом десятки, подкрепил свои слова эмоциональным всплеском.

Его голос дал петуха, и вообще, со стороны он выглядел жалко, но эмоциональный кнут сработал выше всяких похвал.

Гвардейцы моментом замолчали и, каждый второй бросился следом за Ярополком.

Остальные же начали растеряно подтягиваться ближе к командиру.

— Слушай мою команду, — мрачно произнес Бруно. — Немедленно приступить к фортификации второго ранга. С минуты на минуты, на нас повалят все демоны Пустыни. С нами остаются инженеры, поэтому трясите с них всё, что полагается в таких случаях. Обязательно подготовьте схроны с боекомплектом. С собой иметь минимум пятикратный запас!

— Командир… Бруно, — подал голос самый старший из Черепах, Борислав Громов, который приходился Бруно троюродным дядей по материнской линии. — Ты уверен?

— Уверен, — кивнул Бруно и, активировал зашитый в письмо портальный маяк.

Резко запахло озоном, а в УГе, в специальном отсеке, спроектированным для таких случаев, появилась реликвия клана Громовых:

Накопитель магической энергии.

Да ещё и без защитного футляра…

На памяти Бруно, этот кристалл использовали всего дважды.

Первый раз — чтобы привлечь внимание Магов Запада. Второй раз — чтобы перекрыть его сиянием переброску дружин на границы с восточниками.

Правда, в прошлые разы кристалл охраняли не в пример лучше.

«Интересно, — подумал Бруно, — На что такое ценное отец решил разменять Накопитель?»

Самый молодой командир Стальных Черепах в истории клана не верил, что кому-то из присутствующих на равнине удастся выжить.

Поскольку на демонов Пустыни Накопитель действовал, как нектар на пчёл.

Вот и сейчас, марево Пустыни вновь задрожало. Только теперь уже не от слёз Бруно, а от облака песка, которое поднимали стекающиеся к заставе демоны.

— К бою! — бросил Бруно, активируя максимально доступный уровень взаимодействия УГов. — Пятёрки, занять оборону у ворот! Дорох, ты на своей семёрке прикрывай мастерскую и не жалей ГПэшки! Сирлих! Вон на той стене сохранилась сторожевая башня. Ты знаешь, что делать!

— Прикрытие? — хмуро поинтересовался гвардеец, управляющий шестёркой.

— Орди и Лакмус, — решил Бруно. — Там узкий подступ, двух пятёрок должно хватить. Если что Дорох подстрахует! Борислав…

— Я встану у ворот, — отозвался командир восьмёрки. — Прикрою Мастерскую. Да и вообще…

Борислав не стал договаривать, но все поняли и так.

— Подмоги не ждём, — Бруно посмотрел на дядьку Борислава, но говорить ничего не стал. — Рассчитываем только на себя.

В любой другой момент ему бы польстило решение Борислава остаться рядом, чтобы прикрыть его — Бруно, но сейчас молодому командиру было не до этого.

— Идут, — сглотнул он и перевел УГ в режим максимальной боевой готовности.

Этот режим плохо влиял на долговечность УГов, но всё, чего хотел Бруно — выжить в намечающейся мясорубке.

Бросив прощальный взгляд на отходящие к горам войска, арбалетчиков и воинов брат забрал с собой, Бруно посмотрел на приближающуюся волну демонов.

Шестое чувство взвыло тревожной сиреной, а по всему плату пробежали трещины и ударили песчаные фонтаны.

— Цель на десять часов, — послышался хладнокровный голос Борислава.

Послышался леденящий кровь свист боевой магии Сирлиха, и морда выскочившего из-под земли песчаного червя взорвалась кровавыми ошметками.

Обезглавленное тело ещё падало на плато, как земля задрожала ещё в двух местах.

— Цели на два и на девять часов! — тут же отозвался Борислав, работая одновременно и наводчиком, и артиллеристом. — Вместе!

Жар, свист, тонны поднимаемого в воздух песка, и липкий страх, ледяным ручейком стекающий по спине.

Бруно куда-то бежал, кого-то бил своими булавами. Закрывал собой контуженную пятёрку, кажется, это был Орди. Сбивал пауков с Лакмуса.

Первым погиб Борислав.

Когда закончились снаряды, он использовал личное умение «Гроздья гнева» и, оттянув на себя целое море пауков, активировал протокол самоуничтожения.

Его последнее «Да и вообще…» оказалось роковым. Он не случайно не стал уходить в глубокий тыл, оставшись на передовой.

Наверняка всё спланировал заранее…

Затем, почти сразу, пауки сожрали Дороха. Ни ГПэшки, ни мощное оружие ближнего боя, ни скорость, не помогли стряхнуть с себя сотни ксуровых пауков.

Дольше всех держался Сирлих.

От количества боевой магии во рту стоял солоноватый привкус железа и щипало ладони.

Маг перестал заливать всё вокруг огнём только тогда, когда две монструозные мортиры, выехавшие из поднявшейся Песчаной бури, расстреляли сторожевую башню до основания.

Портальным прыжком Сирлих не воспользовался, вместо этого уничтожив прощальным Огненным тараном одну из мортир, и повредив вторую.

Последним погиб Лакмус.

Ксуровы пауки всё же добрались до какого-то узла, и гвардеец потерял контроль над левой частью доспеха.

Стоило ему оказаться на земле, как его тут же накрыло полотном пауков, и Бруно не успел его поднять.

Когда-то давно, в самом начале боя, Бруно ещё испытывал эмоции — страх, азарт, отчаяние…

Но сейчас, оставшись один на один с Песчаной бурей и её демонами, потерявший свой взвод командир превратился в бездушного голема. С одной-единственной целью — выжить.

Будь у него побольше времени, он бы задался вопросом — отчего Пустынные демоны так похожи на УГи и на… другие проекты, создающиеся в клановых цехах.

Но ему было не до этого.

Он бил, уворачивался и снова бил. Бежал, прятался, устраивал засады. Отступал назад и наоборот забирался далеко в Пустыню.

Его спасали две вещи.

Накопитель, силу которого он безостановочно тянул, и… сами демоны.

По крайней мере, он был на краю гибели раз сто, но каждый раз очередной демон отводил свой удар в сторону.

Смерть водила хоровод вокруг него и каждый раз, вместо жизни, забирала лишь один волосок.

Сколько продолжался этот бесконечный кошмар Бруно не помнил. Зато хорошо запомнил, как всё закончилось.

Где-то сзади раздался звон цепей, а на управляющем табло начали появляться зеленые точки.

Затем вокруг УГа Бруно, который походил больше на консервную банку, чем на боевого голема десятого ранга, вспыхнула матовая сфера.

Она мгновенно выключила все звуки и даже свет. И, впервые за весь бой, Бруно не почувствовал дыхания костлявой.

Он урывками помнил, как чьи-то сильные руки достали его из искромсанного УГа и как другие руки вытащили следом тусклый Накопитель.

Запомнил, как Накопитель полетел в песок со словами: «Пустышка…».

Запомнил мелькнувший перед ним мундир Ярополка, на груди которого, почему-то, вместо фамильного герба Громовых, красовалась окруженная шестеренками кирка.

И последнее, что запомнил Бруно, перед тем, как окончательно потерять сознание, был удивлённый голос отца:

— Надо же, выжил…