Глава 30

Виктор посмотрел на Аманду, он не ожидал такого поворота событий. В отличие от него Вера была абсолютно не удивлена. Она начала первой:

— Аманда, я как женщина женщину очень хорошо вас понимаю. Это совершенно естественное желание, — Вера сделала паузу, — единственный момент, вы не так давно проживаете в России, и с этим могут возникнуть проблемы, так как вы — не резидент страны. Вот если бы вы вышли замуж за россиянина, здесь процесс мог быть ускорен.

Аманда сделала глоток вина.

— Вы знаете, я выросла в многодетной семье. У родителей четыре дочери и два сына. Я родилась ровно посередине, и не самая старшая, и не самая младшая. Три мои сестры вышли замуж за местных, две уехали жить к мужу, две остались в нашем доме, они просто соорудили себе пристройки с отдельными входами. Один брат купил себе дом, женился и живет отдельно, а самый младший еще холост и живет с родителями. Когда он женится, ему обязательно надо будет жить с родителями, как самому младшему ребенку в семье. Самая неприкаянная в нашей семье — это я. Как мне говорят, самая ученая, но непутевая. — Рассказ немного успокоил Аманду. — Я сразу решила, что не хочу выходить замуж за мексиканца и быть домохозяйкой, целыми днями сидеть дома, мыть, готовить и стирать. Мексиканские мужчины довольно деспотичны и властны, у них преобладает такое качество, как мачизм. Это качество характеризует особую мужскую позицию, обусловленную гордостью, тщеславием, чувством превосходства самца над самкой, уверенность в том, что женщина обязана зависеть от мужчины и не может иметь с ним одинаковых прав. Мексиканские мужья не приемлют женщин, настроенных на карьерный рост. Мужчине-мексиканцу нужна жена-домохозяйка, которая бы воспитывала детей и занималась домом. Или в редком случае работающая на полставке. Женщина должна находиться в тени славы мужчины. — Аманда глубоко вздохнула.

Виктор позвал официанта и попросил принести десертное меню.

— Да, я знаю эту фишку про доминирование и мачизм в Мексике. Хотя многих женщин это устраивает, мужчина — добытчик, она дома с детьми. — Пожарский посмотрел на Аманду. — Но не в случае с госпожой Вальдес, которая в совершенстве выучила русский и английский языки. Чем же тебе помочь, прекрасная Аманда?

Аманда с благодарностью посмотрела на Виктора. Мысли о том, что было возможно, стремительно сменяли одна другую. «Господи, какая же я была дура, что ничего не сказала ему про беременность. Он наверняка примчался бы ко мне. А я хотела преподнести новость как сюрприз, вишенку на торте. Самый большой вопрос: зачем? И теперь Виктор потерян для меня навсегда. Видно невооруженным взглядом, что у них с Верой все хорошо. Я помню рассказы про эту Веру, Вик очень расстраивался, что она не дождалась его и вышла замуж. А я все сама испортила, хотя Виктор был уже у меня в руках. Бестолочь и дурочка. Теперь надо строить свою жизнь в России, нет, в Мексику я не вернусь, если только проведать родных, я не смогу жить там, где я сама растоптала свое счастье».

— Спасибо вам большое, дорогие русские друзья, что не оттолкнули меня. У меня, правда, здесь нет пока таких людей, с которыми я могла бы обсудить сокровенное. Мне просто надо было выслушать вменяемых людей. Вера, не обижайтесь на меня, сами понимаете. Не бойтесь, я не причиню вам зла. — Аманда наклонила голову вниз, а потом сложила руки домиком.

Обстановку разрядил Виктор, предложив заказать что-нибудь на сладкое. Женщины отвлеклись и стали листать меню. Они заказали яблочный штрудель с шариком мороженого.

— Прекрасный штрудель! — Вера зажмурилась от удовольствия. — Вообще-то у нас в России с институтом семьи, обычаями и привычками местных мужчин и женщин тоже не все слава богу. Вы, Аманда, со временем и сами это поймете. Далеко ходить вообще не надо. Вот смотрите, покажу на примере нашей семьи. — Вера положила в рот чайную ложечку мороженого и подмигнула мужу. — Я вышла замуж за Михаила, у нас родилась дочка, все, казалось бы, было замечательно и безоблачно, но в какой-то момент Михаилу показалось, что я уже недостаточно хороша для него, и он нашел себе более молодую и красивую женщину, Михаил ушел от меня, дочке Жене было шестнадцать лет. С новой женой Михаил прожил три года, у них родился сын, а где-то несколько месяцев назад молодая жена моего бывшего уехала то ли в Корею, то ли в Китай «налаживать» новый бизнес. Что она там налаживает, никому не известно, но уже четыре месяца от нее нет вестей. Вот вы, Аманда, хотите оформить опеку над чужим ребенком, а здесь родная мать бросает своего родного сыночка полутора лет и мчится навстречу удаче и бешеным деньгам. — Вера грустно улыбнулась. — Я так понимаю, что Миша сделал всевозможные выводы, «посыпал голову пеплом», покаялся и повинился, но в сухом остатке мы имеем отца-одиночку и малыша с потрясающе покладистым характером, как сказала моя соседка Нина, которая любезно согласилась посидеть с ребенком неделю, пока Миша уехал в командировку. — Вера Павловна посмотрела на Виктора. Пожарский просто ликовал.

— Верка, ты — мозг. Как все разложила по полочкам! — Виктор взял руку Веры в свою и крепко сжал. — Ты поняла, Аманда, что тебе пока более-менее может быть доступен такой вариант? Я понимаю, что, даже если ты подала на вид на жительство и гражданство, тебе это будет доступно не ранее чем через пять лет. Но с Мишкой можем познакомить! — Виктор подмигнул мексиканке.

Аманда сидела и улыбалась, всю информацию ей предстояло еще переварить, но рациональное зерно в этих словах определенно было.

Проводив Аманду до метро, Пожарские решили прогуляться и по пути, когда гулять уже надоест, вскочить в «трешку» и доехать до своего «Академика Янгеля».

— Ну, как тебе Аманда? — спросил Виктор Веру. — Мне кажется, у нее все должно получиться, она настроена решительно.

Вера улыбнулась:

— Интересно, что именно?

— Мне кажется, если мы познакомим ее с Мишкой, он не устоит, и Лешке жгучая брюнетка должна понравиться, как ты считаешь? — Витя подмигнул жене.

— Посмотрим, я уже ни в чем не уверена в этой жизни. А ты так и не вспомнил свою брюнеточку? — Вера локтем толкнула Пожарского под ребро.

— Клянусь, в приложении к себе абсолютно ничего не вспомнил. Аманда, конечно, очень красивая, но лучше тебя для меня никого не существует на этом свете. Понятно? Ну, и все!

За разговорами они дошли до Свято-Данилова монастыря, там их и догнала «трешка». Хотелось уже поехать домой, насладиться обществом друг друга, тем более у них был медовый месяц. А еще больше хотелось скорее собраться и ехать в Макарово.

Незаметно пролетело лето, оно было теплым и комфортным. Вера с Женей под чутким руководством Виктора и при непосредственной помощи Димы умудрились вырастить два ведра помидоров и перцев, с огурцами ситуация вообще была шикарной: засолили десять банок на зиму. А пять кустов картошки выдали почти пять ведер прекрасной отборной «синеглазки», которую ели в конце лета и весь сентябрь.

К концу сентября Жека уже выглядела как Колобок. Срок родов был установлен примерно на первую декаду ноября, но все могло произойти и немного раньше.

— Ма-а-а-м! А когда вы летите? Билеты взяли уже? — Женя уже свыклась с мыслью, что мама с Виктором уедут до конца календарного года, и это надо принять и не выражать своих эмоций, несмотря на всевозможные гормональные всплески.

— Доченька, мы вылетаем 29 октября. Если что, тебе поможет тетя Нина и мама Димы, Наталья Сергеевна. Мы планируем вернуться до Нового года. Так что все не так страшно и туманно. — Вера подошла к дочери и погладила ее по округлившемуся животу.

— Понятно, да не волнуйся, справимся. Главное, Виктора береги, а то он тоже однажды обещал вернуться до Нового года. Но в твоих надежных руках он обязан вернуться. — Жека зевнула. — Кстати, будущая свекровь вполне зачетная.

— Вы регистрировать-то свои отношения вообще собираетесь? Или это сейчас не так важно? — Вера решила уточнить у дочери детали.

— Вообще собираемся, но после, потому что с таким пузом я не собираюсь покупать себе платье, а свадьбу я планирую красивую, чтобы осталась память и фотографии. — И Жека наморщила нос.

Рано утром 29 октября Вера и Виктор Пожарские взмыли в воздух на самолете по маршруту Москва — Мехико. Когда они приземлились в аэропорту столицы Мексики, у Веры в телефоне уже красовалась эсэмэска о том, что Женю увезли в родильный дом.