Глава 9

Как позже осознала Вера, поездка к Вите и Марине заняла у нее четыре часа, которые пролетели молниеносно. Они долго сидели и разговаривали с Виктором, Вера пересказала ему почти всю их жизнь, начиная с первого класса школы и до того декабря, когда Пожарский улетел в Мексику. Голос Веры охрип, она постоянно пила воду, но говорить не переставала: она была твердо уверена, что чем больше расскажет Вите про его прошлую жизнь, тем плотнее эта информация уложится в его оперативной памяти. Вера хотела, чтобы сейчас Витя крутил в голове только это. Они пятьдесят раз рассмотрели все фотографии, проговорили многие знаковые события, походы, вечеринки, дни рождения. В результате, когда Вера уже собралась уходить, Витя выучил имена всех бывших одноклассников, которые, по крайней мере, были изображены на фотографиях, которые принесла Вера. Она оставила снимки ему и сказала, чтобы Витя смотрел на них и повторял, что они обсудили в связи с этими фотками.

Уже в прихожей, когда Витя помогал Вере надеть пальто, он как-то на пару секунд дольше задержал свои руки на ее плечах, Веру пробил какой-то электрический разряд. Затем он развернул ее к себе лицом.

— Вера, спасибо тебе. Я очень хочу все вспомнить, ты напоминаешь мне о чем-то хорошем и светлом в моей жизни. Вера… — глаза Виктора немного заблестели, — слушай, если не возражаешь, давай съездим в Черноголовку? Марина сказала, что дом не консервировали на зиму, мама успела сделать там хорошее отопление с дежурным режимом. — И Пожарский с надеждой посмотрел на Орлову.

— А что, прекрасная идея, тем более у меня есть машина. Мне очень нравилось у вас там, такое спокойное и намоленное место, храм прекрасный, хорошо, что церковь восстановили. Пороемся в бабушкином сундуке? — Вера улыбнулась и обняла Витю. — Витька, господи, как хорошо, что ты вернулся, я так тебя ждала, дорогой мой. — Она положила голову ему на грудь и уже готова была стоять так до бесконечности.

— Вер, а Мм… — Виктор как-то осекся и стал заикаться. — Миша! Да! А Миша не будет против? Твоего мужа ведь зовут Миша? Я верно вспомнил?

Вера схватила Витьку за уши и притянула его лицо к себе, чмокнув в губы.

— Да, правильно, умничка мой! Только Миша уже давно пошел побоку, он нашел себе более молодую и красивую, так что я теперь свободная женщина, которая все решает сама. К лешему Мишку. — Вера подмигнула Вите.

— Да что ты! Как же он мог? Я бы никогда тебя не отпустил. Хотя… я еще тот фокусник. — Витя опустил голову.

— Хорошо, Витюш, мы договорились. В понедельник с утра я позвоню на кафедру Кириллу Николаевичу, мы договоримся, когда он сможет тебя принять. Все твои сотрудники тебя ждут, как никого другого. Хорошенько вспомни что-то интересное и познавательное, когда ты общался с местными, в Канкуне, я думаю, они будут слушать тебя с открытым ртом. Как ты себя чувствуешь? Не сильно утомился от такого мозгового штурма? — Вера погладила Пожарского по руке.

— Нет, все хорошо, буду готовиться. Марина отдала мне мой ноутбук, посижу и поработаю. И про Черноголовку не забудь, ладно? — Виктор расплылся в улыбке, было видно, что он начинал возвращаться в свое нормальное состояние.

Вера приехала домой, дома было пусто и тихо. Она зашла в комнату к Жене, где временно остановился Дима. Там царил идеальный порядок, следов пребывания брата не наблюдалось. «Что это он выдумал? Решил уехать к себе? Он не такой, Димка бы позвонил, значит, что-то произошло». Вера набрала номер братца. Он долго не отвечал.

— Алло, Дим, ты где? — взволнованно начала Вера, как только брат ответил.

— Вер, я в больнице. Насте сделали операцию, я у нее. — Димка выдохнул. — Слава богу, успели вовремя.

Руки Веры затряслись, она рухнула в кресло.

— Дима, что с ней? Она в сознании? — Веру начал душить кашель.

— Верка, перестань психовать. Все с ней нормально, уже лежит и улыбается. Я за всех уже отпсиховал, хватит. Трубу ей даю. — Дима передал телефон Анастасии.

— Привет, систер, все нормально, я живая, отставить обмороки и нервотрепку. — Настя перевела дыхание. — Димуль, принеси мне водички, пожалуйста, из кулера, который в коридоре стоит. — И секунды через четыре, вероятно когда Дима вышел, Настя начала говорить каким-то зловещим шепотом: — Систер, блин, он был такого белого цвета, я думала, что ему надо будет вызывать скорую. Он прискакал сюда, поднял на уши все отделение, я не знаю, показывал ли он свои «корочки», но теперь я тут типа VIP. Я даже не думала, что Димка так за меня беспокоится. Спасибо, родной.

Трубку взял Дмитрий.

— Ну что, убедилась, что все в порядке? Спортсменка наша. Так занималась в тренажерном зале, что у нее там что-то чуть не лопнуло. Уф-ф-ф! — Дима снова сильно выдохнул.

— Очень хорошо, что ты оказался рядом. — Вера тоже начала успокаиваться. — Ты потом к себе? Я смотрю, ты все забрал, оставив после себя по-армейски идеальный порядок.

— Да, Верунь, я поеду наводить порядок в своей квартире, потом улажу вопрос с Настькиной арендой. Грядут перемены, видишь, некоторые шоковые события все ускорили. В общем, как только ее выпишут, пересечемся, к родителям надо будет прокатиться. Мы тут это… — Дмитрий стал как-то заикаться и глотать слова. — Короче, мы заявление онлайн подали, 18 марта свадьба, это чтобы не откладывать в долгий ящик. Согласна?

— Димочка, главное, чтоб твоя невеста была согласна, а мне хорошо, когда вам хорошо будет. Во дают. Ладно, разбирайтесь с делами, Настюшу обнимай, звони. Целую! — Вера положила телефон на подлокотник кресла. Что-то для одного дня слишком много событий. Захотелось полежать в ванне и принять горизонтальное положение.

Понежившись в какой-то наиприятнейшей и ароматной пенке, Вера почувствовала себя обновленной. В пушистом махровом халате она едва добралась до постели и нажала кнопку пульта телевизора, чтобы уже через три минуты провалиться в сон. День получился очень насыщенным и эмоциональным. Главное, что Витя стал понемногу вспоминать, а еще главнее, что Настю прооперировали вовремя и Димка теперь от нее не отойдет ни на шаг. Все, что ни делается, делается к лучшему. Это — факт!

Второй сон Веры Павловны Орловой

Вере приснился сон. Сначала она плыла на катере по морю с какой-то нечеловеческой скоростью, аж захватывало дух, было азартно и радостно, пахло морем, летали чайки, соленые капли попадали в рот и глаза, она жмурилась и продолжала движение вперед.

Затем она уже стояла на вершине какой-то горы или скалы, еще немного — и она спрыгнет вниз. Но — о чудо! — спрыгнув, она полетела не вниз, а вверх, испытывая те же неописуемые эмоции, когда только что плыла по воде. В теле была такая легкость, хотелось взмывать все выше и выше и никогда не возвращаться обратно вниз.

В третьей части сна замелькали кадры из фильма Мела Гибсона «Апокалипсис». Тема майя теперь совсем не покидала Веру, даже во сне. Жестокие войны с соседними племенами, человеческие жертвоприношения, загадочные мистические ритуалы. Одна яркая картинка сменяла другую, люди охотились на дичь, потом так же жестоко убивали друг друга. Вдруг она видит, что кого-то собираются принести в жертву.

Обычно для совершения ритуала вокруг тела каждой жертвы наматывался длинный шнур, и в момент, когда дым переставал подниматься с алтаря, всех бросали в бездну. Толпа, которая собиралась из каждой части страны, чтобы увидеть жертвоприношение, сразу же отходила от края ямы и продолжала молиться без остановки некоторое время. Затем тела извлекались и погребались в соседней штольне.

Вера присмотрелась: жертвой была выбрана молодая девушка, которая была очень похожа на ее дочку Женьку. Вера стала отчаянно бить ногами, так что от натуги у нее даже свело икру на левой ноге. От пронзительной боли она проснулась в холодном поту и закричала, издав какой-то животный рык. Орлова посмотрела на часы, было 2.00. Экшен так экшен. «Пора пить успокоительное, хотя б на ночь, чтобы не одолевали кошмары. Ладно, Женьке позвоню утром. Все-таки это плод моей больной фантазии. Все хорошо, ничего плохого произойти сегодня не может. Быстро спать!» Вера уткнулась лицом в подушку и мгновенно уснула.