Пролог. Татьяна

Предновогодняя суета заполнила все уголки города. Мигающие гирлянды, новогодние песни и прочая атрибутика тут и там, из каждого утюга, а у меня совершенно нет настроения. На улице давно стемнело, а я только добираюсь до дома. Еще и с тяжелыми сумками наперевес. Около подъезда стоит знакомый черный джип. Делаю вид, что не замечаю, и прохожу мимо. Несколько лестничных проемов пешком. Распахиваю дверь своей квартиры, ставлю продукты на пол и устало опускаюсь на пуфик. Из комнаты, неспешно передвигая лапами, выходит огромный рыжий кот и целенаправленно идет ко мне. – Бра-а-агин, – улыбнувшись, тяну я и несколько раз провожу ладонью по пушистой спине. Шелковистая шерсть приятно щекочет руку. Кот трется мордой о мои ноги и недовольно мяукает. – Ну что ты орешь, дурачок? Подумаешь, задержалась чуть-чуть… Сейчас переоденусь и приготовлю что-нибудь поесть, – всегда разговариваю с ним как с человеком. Мне так просто нравится. Первый звоночек к тотальному одиночеству? Плевать. Меня оно не пугает, скорее наоборот, в нем я нахожу преимущества и чувствую себя комфортнее. Выходить замуж, заводить семью и детей совершенно не стремлюсь. Однажды я уже долго собирала жизнь по кусочкам и, наконец справилась с собственными чувствами. Но повторения не хочу. Безусловно, в моей жизни бывают мужчины, но я никого не подпускаю к себе близко – только секс, ничего более. Работа давно стала смыслом жизни. Я успеваю все: днем в школе, вечером занимаюсь благотворительным фондом, а по выходным устраиваю представления для тяжело больных детей. В моем расписании нет ни одной свободной минуты, поэтому времени на личную жизнь катастрофически не хватает. Помогая людям решать их проблемы, я стараюсь абстрагироваться, не принимать близко к сердцу чужие переживания, но это не всегда получается. Возвращаясь в свою маленькую квартирку, я будто попадаю в другую реальность. Мой мир отличается от остального, в нем царит легкий творческий беспорядок, всегда наготове бутылка вина и безбедно существует любимый кот, названный в честь человека, который когда-то мне его подарил. Мой дом – моя крепость, только здесь я могу полностью обнажить свои чувства и ни от кого не прятаться. Брагин снова громко мяукает, напоминая о своем присутствии. – Ну что ж ты такой неугомонный? Иду я уже, иду. Разуваюсь и прохожу в гостиную, кот медленно плетется за мной, внимательно следя за моими действиями. Переодеваюсь под его пристальным взглядом. – Все вы, Брагины, одинаковые, – смеюсь и перемещаюсь на кухню. Кормлю зверя и готовлю легкий ужин для себя. Как же это здорово, что не надо ни о ком думать. Ну почти. Недовольно морщусь, когда в мысли без спроса вклинивается тот самый хозяин джипа. Владимир Молотов. Циничная, зажравшаяся сволочь и мудак. Тот, кто не хочет слышать «нет». Криво усмехаюсь и откупориваю бутылку вина. Наливаю в бокал и подхожу к окну. Все еще стоит, не уезжает. Несколько глотков, и открываю ноутбук. Надо сосредоточиться на работе. Брагин, наевшись, удобно устраивается на коленях и мурлычет, пока я его глажу. Механически проверяю расписание и вношу изменения, отвечаю на входящие письма в электронной почте и рассылаю буклеты для потенциальных спонсоров. А сама не могу думать ни о чем, кроме Владимира. Ну и зачем он приехал? В нашу последнюю встречу я сказала все, что хотела. Словно в подтверждение моим мыслям, по квартире разлетается трель дверного звонка. Усмешка становится ядовитее, а по коже ползут неприятные мурашки. Залпом осушаю бокал и выдыхаю. Подавив первый порыв проигнорировать, поднимаюсь и иду к двери. Не дай бог еще решит, что я его боюсь. Не дождется. Приоткрываю дверь и вижу букет цветов. Мелкие розовые розочки. Красиво, но нет. – Ты? – выразительно хмыкаю, изображая искреннее изумление. – Я войду? – Владимир решительно делает шаг ко мне, но я качаю головой. – Нет. Выхожу на площадку сама и прикрываю дверь. В мою квартиру он не войдет. Владимир вопросительно изгибает бровь. – Ты нежеланный гость в моем доме, – сухо поясняю и складываю руки на груди. – Вот как. – Его губы вытягиваются в тонкую линию, а глаза опасно сверкают. – Как есть, – небрежно веду плечами. – Зачем ты здесь? Такой он самоуверенный и наглый, что скулы сводит. – А если я хочу попросить прощения? – Хотел бы, попросил, – пренебрежительно роняю я. Мне неприятен ни этот человек, ни разговор с ним. – Тань, я был не прав, – неожиданно отчетливо говорит Владимир и протягивает мне букет. – Прости. – Это все? Игнорирую и цветы, и слова. – Ну да. – Он на мгновение теряется, но быстро берет себя в руки. Приятно щелкнуть по носу такого мудака. – Всего хорошего, – разворачиваюсь и пытаюсь сбежать домой. – Подожди. – Владимир хватает меня за запястье. Резко выдергиваю руку, словно обжегшись. – Что еще? – шиплю на него. – Что я могу сделать, чтобы ты меня простила? Он правда не понимает? Что ж я не собираюсь учить его жизни. – Ничего, – поджимаю губы. – Я тебя простила. На этом все. Пусть остальное сделает за меня его совесть. Если она у него, конечно, есть. Сбегаю в квартиру, закрываю дверь перед его носом и приваливаюсь спиной. – Таня, открой. – Тяжелая ладонь врезается с той стороны, и меня окатывает вибрацией. Сжимаю кулаки и дышу ровно. Но не двигаюсь. Я все сказала, и добавить мне нечего. – Открой! Я не уйду, пока мы не поговорим.