Глава 5. Владимир

Стою у окна в своем офисе, пью кофе и смотрю на заснеженный город. Новый год подбирается все ближе, только это совсем не радует. Нет ни настроения, ни желания что-то отмечать. Вообще ничего не хочется. Неделя тишины. Татьяна молчит. Недооценил я эту женщину. Сам уже срезался несколько раз, а она кремень. Все мои звонки и сообщения остаются без ответа. Вот же зараза. Ни о чем не могу думать, кроме нее. Улыбка помимо воли появляется на губах. Прячу ее в чашке и допиваю кофе. – Владимир Борисович, вы меня слушаете? – Мелодичный голос секретаря звучит словно сквозь вату. Конечно, я не слушаю. – Что? – ловлю ее взгляд в отражении окна. – Повтори. – Ваш адвокат звонил, просил о встрече. Срочно. – Давай найдем для него окошко, – усмехаюсь и разворачиваюсь. – Конечно. – Юлия торопливо опускает глаза. – Сегодня будет удобно? Молоденькая совсем и боится меня, словно я жру ей подобных. Но нет, меня не прельщают трепетные и невинные. Хватит с меня чистоты. После Марины у меня на нее аллергия. – Нет. У меня еще дела, – уклончиво отвечаю. – Давай завтра. – Хорошо. Она уходит, а я собираюсь уезжать. Не могу так больше. Извелся весь. Никогда не думал, что меня так заденет тупой игнор, но отмахнуться не получается. Совесть, будь она неладна, сожрала уже до мозга костей. Откуда взялась? Я думал, нет ее у меня. А теперь вот познакомился. По дороге к дому Татьяны покупаю букет цветов. Нежно-розовые мелкие розы. Чистые и невинные, как раз чтобы извиняться. Докатился. Хочется побиться головой об стену. Я и извиняться? Сам себе поражаюсь. Но, блять, спать не могу. В груди свербит. Всю душу вымотала! Хорошо, что заранее выяснил адрес. Останавливаюсь недалеко от подъезда. Смотрю на ее окна – темнота. Значит, не вернулась еще. Ничего, подожду. Откидываюсь на спинку и закуриваю. Бесит все люто. Стискиваю зубы и смотрю прямо перед собой. Что ж такая задница-то? Краем глаза замечаю, что в окнах загорелся свет. Как так-то? Я не видел, чтобы Таня проходила. Хотя и не смотрел особо. Ладно, перед смертью не надышишься. Забираю цветы и выхожу из машины. Плана нет, но отступать я не намерен. Жму на кнопку. Птичья трель звучит внутри квартиры, но что-то открывать мне не торопятся. Нажимаю еще раз, но настойчивее. Слышатся шаги. Наконец-то! Дверь приоткрывается. Татьяна. Такая домашняя и мягкая, но в глазах ни капли теплоты. – Ты? – выразительно хмыкает она, изображая искреннее изумление. – Я войду? – решительно шагаю вперед, но Таня качает головой. – Нет. Сама выходит на площадку и прикрывает дверь. Вопросительно изгибаю бровь. – Ты нежеланный гость в моем доме, – сухо поясняет и складывает руки на груди. – Вот как, – недовольно поджимаю губы и прищуриваюсь. Раздраконить меня решила? Да я и так пиздец какой заряженный. – Как есть. – Она небрежно ведет плечами. – Зачем ты здесь? Вот мы и подобрались к конструктиву. Осталось закрыть вопрос и разойтись мирно. – А если я хочу попросить прощения? – усмехаюсь. – Хотел бы, попросил. – Тон пренебрежительный, а в глазах арктический холод. Все справедливо. Я накосячил, мне и исправлять. – Тань, я был не прав, – говорю искренне и протягиваю букет. – Прости. – Это все? Никакой реакции, словно я пустое место. – Ну да, – теряюсь на мгновение. – Всего хорошего. – Татьяна разворачивается и пытается сбежать. – Подожди, – успеваю схватить за запястье. Таня шарахается от меня и резко выдергивает руку. – Что еще? – шипит злой кошкой. – Что я могу сделать, чтобы ты меня простила? Бесит эта ситуация. Для чего торги? Просто скажи, что тебе нужно, и все. Я не в том возрасте и положении, чтобы бегать за юбкой. – Ничего. – Татьяна поджимает губы. – Я тебя простила. На этом все. Не успеваю среагировать, как она заходит в квартиру и захлопывает дверь перед моим носом. Да блядь! Меня снова вспенивает. Да че я, мальчик для битья, что ли? – Таня, открой, – со злостью врезаюсь ладонью в дверь. – Открой! Я не уйду, пока мы не поговорим. Ведьма! И не отпускает ведь. Тяжело дышу и не шевелюсь, прислушиваясь к происходящему в квартире. Тишина. Не открывает. Бесит меня только сильнее. Не понимаю, чего она от меня хочет. Что мне сделать? Я же не могу отмотать назад и исправить. Да и не хочу ничего исправлять. Это был охрененный секс, меня до сих пор не отпустило. – Таня! – рычу и грохаю кулаком. – Ну хорошо. Давай повеселим весь подъезд? – замечаю бабку, выглядывающую из соседней квартиры. – Здрасте. А у меня жена перепила и домой не пускает. – Что ты несешь? – ругается Татьяна, но все же открывает дверь. Так бы сразу. – Хватит. Пусти меня, – распахиваю сильнее. – Просто поговорим. Вздыхает и пропускает меня в квартиру. Точнее, только в прихожую. – Чего ты хочешь? – хмурится и испепеляет меня взглядом. Да я сам не знаю. – Я извинился. Признал, что вел себя как мудак. Чего тебе еще надо? – рычу на нее. Эмоции кипят внутри и ищут выход. Но я контролирую их и не позволю себе лишнего. – Вов, да это тебе надо, а не мне, – хмыкает Татьяна и расплывается в язвительной ухмылке. – У меня все в порядке. Я тебя простила и забыла, как страшный сон. А ты до сих пор никак не угомонишься. Неприятно. Полосует безжалостно, и каждое слово попадает в цель. Не получится с ней, как со всеми. Не такая она. Из другого теста. И у меня нет инструкции. – Хреново мне, – выдыхаю обреченно, признавая поражение. Ну все уже. Весь я перед тобой. – Совесть замучила? – усмехается Таня, а меня едва не выворачивает мясом наружу. – Это смешно? – Приятно. Я рада, что она у тебя все-таки есть. Заслуженно все. Татьяна имеет право глумиться, а я могу лишь терпеть. Иначе опять наступит игнор. А его я не могу выносить. – Что мне сделать? – исподлобья смотрю на нее и жду приговора. Такая она теплая и домашняя. Но не моя. А хочется присвоить. Внезапно приходит осознание, что я готов на все, лишь бы получить еще один шанс. – Сделать? – Таня снисходительно закатывает глаза. – Ну хорошо. Завтра я пришлю тебе адрес. Приезжай по нему… Уже лучше. Хоть не послала, и на том спасибо. – Что там? – Сам все увидишь. А сейчас уходи. – Хорошо, я приеду. Оставляю на комоде цветы и ухожу. Не все потеряно. Я вывезу.