Глава 10.

Ольга.

Такси довезло меня до дома подруги, я позвонила в домофон и услышала взволнованное:

- Лялька, где тебя черти носят?

- Впусти меня, и я тебе всё расскажу.

И точно почти у чертей была. Как жива осталась? Сама себе не верю. Ущипнуть, что ли, себя? Когда меня стали заталкивать в машину возле продуктового магазина, я раз сто попрощалась с жизнью, тем более глядя на зверские лица мордовортов, которые занимались моей транспортировкой. А потом этот неуравновешенный с его железными доводами. Оказывается, чтобы не было проблем, ему надо было просто "дать". Ага, ага, желательно лопатой по зубам. Кусать его за член и, правда, не стоило, но мне в тот момент было так мерзко.  Нет, я не против орального секса, но для этого партнеры должны доверять друг другу. А тут... Я ему не резиновая кукла.

  Я поднялась по лестнице. И на лестничной площадке встретила Катю, которая пританцовывала от нетерпения и с аппетитом жевала пирожок.

  Я поняла, что жутко хочу есть. Гад этот Власов. Даже чаю не предложил.

- У тебя еще есть? - кивнула я на пирожок.

- Да ну тебя! Ты лучше расскажи, почему тебя не убили после покушения на младшенького Власова, - отмахнулась подруга.

Я обиделась. Ей пирожок жалко. Заметив, что я насупилась, Катерина ткнула меня в бок кулачком  и сказала:

- Пойдем, поделюсь с тобой едой. А то так и умру от любопытства.

Съев два пирожка: один с картошкой, второй с повидлом, выпив кружку сладкого чая, я подобрела и рассказала подруге о своих злоключениях.

Внимательно меня выслушав, она сделала вывод:

- Значит, вы решили расстаться друзьями. Если честно, после того, как ты перестала отвечать на звонки, я думала, что найду тебя по частям. А этот твой Власов даже ничего. Любой другой мужик тебя после такого собакам бы скормил. Но ты не переживай, видео я надежно спрятала. Если он рассчитывает отыграться, как только найдет компромат, то тут ему ничего не светит, - и она сразу же переключилась на другую тему, - А агрегат у него очень даже ничего. Я пока ролик монтировала, очень хорошо все рассмотрела. Зря ты так вообще с ним. Зубы бы не разжала вовремя, и оставила бы мир без такого производителя. Ты б лучше лаской с ним. Приголубила бы, удовлетворила. И глядишь, не пылилась бы в своем офисе среди талмудов.

- Катя, может, ты его сама голубить будешь? У тебя лучше получится. Если что, в наручники его и к батарее. И будет он как шелковый. А я с таким, что делать буду? Член он больше мне не доверит. Если вообще рискнет его кому-нибудь еще в глотку заталкивать.

- Эх ты, Лялька! А какой ведь самец бесхозным пропадает! Ладно, давай  с тобой вина выпьем за твое чудесное спасение.

Мы выпили красного вина, поужинали, и я поехала домой спать более-менее спокойная насчет своей дальнейшей судьбы.

Я вернулась к работе. Теперь, когда Власов прекратил заниматься диверсионной деятельностью, люди нет-нет да  и обращались ко мне за помощью. Конечно, прошлой популярности у меня не было, но и полного игнора тоже. Однако, меня это не устраивало.

 Вот, что за жизнь такая?! Этот альфа-самец ввалился в мою жизнь, хотя его особо не звали, потоптался в ней, нанес мне психологическую травму и не сделал ничего, чтобы исправить ситуацию. Да, надо было бы потребовать от него, чтобы он ликвидировал за собой бардак и разрушения, которые принес в мою жизнь, но это пришло мне в голову позже. Сначала я вообще радовалась тому, что меня не убили.

Придется снова все делать самой. Я ломала голову над тем, как исправить положение,  пока до меня не дошли слухи о том, что адвокат Самойлова проиграл апелляцию. Значит, Илья Константинович оказался в безвыходном положении и готов схватиться даже за соломинку. Это было мне на руку. Решение теперь надо было обжаловать в кассации, и это давало шанс на победу и Самойлову, и мне, притом конечно, что Самойлов не станет артачиться. Да, снова придется перейти дорогу Роме, но это будет только справедливым возмездием за то, что он испортил мою репутацию.

Глупо было бы рассчитывать, что Самойлов примется бегать за мной и упрашивать, чтобы я вернулась к нему. Поэтому я решила сходить к нему сама. Но меня не пустили в офис. Меня это только разозлило. И я принялась наблюдать за его офисом. Мне понадобилось пять дней, чтобы выяснить, что на обед он ездит в небольшой ресторанчик недалеко от работы. Я заказала там столик, примерно в то же время, что он там бывает, и на следующий день поджидала его там.

 Он расположился в другой от меня части ресторана  и сразу меня не заметил. Подождав, когда ему принесут заказ, я поднялась со стула и направилась к нему.

- Какая встреча, Илья Константинович! Приятного аппетита! Не отвлекаю? Позволите?

Самойлов заметно помрачнел и сквозь зубы ответил:

- Садитесь.

Подождав, когда я устроюсь на стуле, мужчина решил высказаться:

- Вам никто не говорил, Ольга Аркадьевна, что Вы напоминаете питбуля? Как вцепитесь, так от Вас очень трудно вырваться?

- Дорогой Илья Константинович, про питбуля мне не говорили, а вот с волчицей сравнивали. Но Вам не нужно от меня вырываться. Вам нужно со мной дружить. Ведь Ваш талантливый адвокат, который, надо полагать, не носит миниюбки, не смог выиграть дело в апелляции? Не смог. И Вам теперь уже почти нечего терять. Разве что партнеров. А дальше неустойки и прочие неприятные вещи. Давайте я попробую Вас от этого всего избавить?

- Как в первый раз?

- Справедливое замечание. Но Вам же отлично известно, каким образом Филин смог выиграть суд. В Москве игра будет идти на чужом поле, и у Вас появится шанс.

- И что же Вы хотите за этот шанс?

- Мои условия не изменились. Извините, заняться благотворительностью не могу себе позволить. Я, как и Вы, сильно пострадала от действий нашего общего знакомого. И мне бы хотелось поправить свое положение.

- Деньги только после того, как Вы выиграете.

- Разумно. Но имейте в виду, если Вы решите меня обмануть, я смогу переиграть ситуацию опять в пользу Власова.

- Ладно, Ольга Аркадьевна. Если бы не убытки, которые я понесу в ближайшем будущем, и то, что за это дело больше никто не хочет браться, я бы с Вами не связался опять.

- Значит, мне повезло.

- Поглядим, сколько протянется Ваше везение в этот раз.

- Достаточно.

Я сказала все, что хотела, поэтому попрощалась и ушла.

Возможно, это было опрометчиво, и мне не стоило нарываться, тем более что Власов действительно успокоился, но ничего другого, чтобы вернуть себе репутацию, я придумать не смогла. Собрав все необходимые документы, я поехала в Москву. Разумеется, жалобу можно было подать и на месте. Можно было бы обойтись без всякой поездки, но я решила сделать все от  меня зависящее, чтобы решение суда первой инстанции отменили.

Приехав в столицу нашей Родины, я обнаружила, что там дико холодно, несмотря на то, что на дворе стоял август. Причем аборигены щеголяли в платьях и рубашках с короткими рукавами, а я, натянув тонкий пуловер и ветровку, никак не  могла согреться. Как они живут тут вообще?

Я остановилась в гостинице, предоставив в кассационную инстанцию все необходимые документы еще в своем городе. Здесь мне нужно было другое.

Набрав заветный номер, я поприветствовала собеседника:

- Доброе утро, Серафим Алексеевич.

Этот человек узнал меня по голосу.

- Оленька, и тебе доброе. И не видно тебя, и не слышно.

- Да Вы же знаете, я предпочитаю свой тихий, спокойный город. Москва слишком шумная.

- Мать приехала навестить?

Вот эту тему я бы не хотела обсуждать, но и рассказывать, как на самом деле обстоят дела с родительницей, никакого желания не было.

- Да, мы давно не виделись. И с Вами я не виделась уже долго.

- Я на неделе занят, девочка. Но в субботу жду тебя к обеду. Замуж не вышла?

- Хорошо, буду обязательно, и все-все расскажу.

Мы закончили разговор. Придется ждать до субботы, но оно того стоило. Ничего, погуляю по Москве. Здесь масса интересного.

Я устала с дороги  и легла отдыхать, а потом сама не заметила, как уснула.

Разбудил меня телефонный звонок. Этот голос я предпочла бы не слышать ближайшую тысячу лет точно.

- Ольга? Ты в Москве, а узнаю я об этом почему-то не от тебя.

Зачем звонит? Какое ей вообще дело, в Москве я или на Марсе?

Каждая встреча с матерью для меня как испытание. Да и мать ли она мне? В моем сознании мама это не человек, который тебя родил на свет, а тот, который любил тебя с того момента, когда первый раз взял тебя на руки. Любил тебя не за что-то, а потому что ты просто есть. И как мои фантазии применимы к женщине, бросившей своего восьмилетнего ребенка, чтобы выйти замуж за обеспеченного человека? Папа тоже хорошо зарабатывал, но позволить себе дом на Рублевке, яхту и виллу в Майами не мог.

А я ведь ждала ее, надеялась и верила, что она меня любит, пока в двенадцать не услышала их разговор с отцом. Отец просил ее забрать меня на месяц, потому что я очень соскучилась, а она ему ответила, что Ваня (её муж) не хочет в своем доме чужих детей. 

- Да, Мария, что ты хотела?

Она настаивает, чтобы я обращалась к ней по имени. Да мне и самой так больше нравится.

- Ольга, ты чем-то недовольна? Мы с тобой давно не виделись. Я хочу, чтобы ты пришла завтра на ужин. Только оденься поприличней.

Я собираюсь сказать, что не приду, и уже открываю рот, как в телефоне раздается:

- Пока.

Абонент отключается.

Вот так выглядят теплые родственные отношения. Перезванивать ей, не перезваниваю. На это несколько причин. Во-первых, если она звонит, значит ей что-то нужно. Просто так не стала бы. Во-вторых, если ей что-то понадобилось, то отказ она лучше воспринимает, когда ты находишься перед ней и не ведешься на манипуляции. В других случаях она воспринимает твой отказ как вариант "я подумаю", но почему-то всегда в свою пользу. В-третьих, она совершенно не умеет уважать чужие границы. Если сейчас не пойти и не разрушить ее далеко идущие планы, она заявится на мою территорию, откуда ее бывает непросто выпроводить. Сказочная женщина. Сейчас я уже и не жалею, что она ушла.

Оставшееся время до завтрашнего ужина я гуляю по Москве, отправляюсь на ВДНХ в "Москвариум", потом в Ботанический сад. У меня не так много времени, но я успеваю полюбоваться красивыми местами. Особенно меня притягивают акулы. Странная ассоциация. Но и растения в Ботаническом саду тоже действуют успокаивающе.

Питаюсь в кафе, не забываю поесть перед ужином. Кто его знает, чем закончатся эти "гости"? Из одежды поприличней на мне джинсы, футболка, ветровка и кроссовки.

К восьми вечера такси привозит меня в закрытый поселок к особняку, который не вызывает ни восхищения, ни зависти, только какое-то гнетущее чувство. Я ведь не перестала быть "чужим ребенком", так что я здесь делаю?

Меня встречает охрана, провожает до гостиной, где я застаю Марию.  Она безупречна, да и вместо пятидесяти лет ей больше сорока не дашь.

Её лицо недовольно хмурится:

- Что за вид, Ольга? Я же просила...

- Извини, мама, я в Москве налегке, без вечерних туалетов.

Мамой я зову её лишь тогда, когда хочу сильней взбесить. Кажется, мне это удалось.

- Ты могла бы сказать. У тебя было достаточно времени, что купить одежду и привести себя в порядок.

Время у меня, конечно, было, а вот финансовых возможностей - нет. Но об этом я ей говорить не буду.

- Я приехала по делам, а не бегать по магазинам. Если с моим внешним видом какие-то проблемы, я могу вызвать такси и уехать в гостиницу.

Ей такое развитие событий не нравится.

- Пойдем со мной в гардеробную, подберем тебе что-нибудь.

- Нет, мама, - на этот раз это слово звучит резче, царапая горло, - переодеваться я не буду.

Чтобы я надела на себя что-то из ее вещей? Боже упаси!

Её красивое лицо начинает напоминать маску. Мария отлично меня знает, поэтому не настаивает.

- Хорошо, иди так, - цедит она и добавляет, - Пойдем в столовую. Нас уже ждут.

Я иду за ней. Обстановка вокруг вполне соответствует статусу её мужа. Роскошь, пахнущая деньгами. Но нужно отдать должное, роскошь со вкусом. Я и в такой обстановке чувствую себя вполне комфортно. В конце концов, стол из красного дерева все равно тот же стол.

В столовой меня ждет сюрприз, помимо Ивана Сергеевича на ужин приглашен еще один мужчина сильно пенсионного возраста. Гордея, наследника и гордости семейства Тихоновых, нет. Но это и к лучшему. 

- Приветствую, Иван Сергеевич, - и, обращаясь к неизвестному, говорю, - Добрый вечер.

Элементарные правила вежливости никто не отменял.

Маска на лице Марии сменяется голивудской улыбкой:

- Это моя дочь, Ольга. А это хороший друг семьи - Тимофей Архипович Прокудин.

Дедушка Тима тоже расплывается в улыбке, но взгляд его фокусируется в районе моей груди. Мне всё это не нравится.

Мы с Марией садимся на свои места, перед нами ставят тарелки с горячим. Выглядит все аппетитно, но я просто ковыряюсь в тарелке и стараюсь понять в какой "цирк с конями" я попала на этот раз. Пока разговор идет на отвлеченные темы, я хоть и напрягаюсь, но не сильно. Как вдруг Тимофей Архипович решает пойти в наступление:

- Ольга, а чем Вы занимаетесь?

- А мама разве не говорила? - мне нравится реакция Марии на звучание одного простого слова, и пусть это пока всё, что мне доступно, но почему не уколоть её?

Затем всё же решаю удовлетворить любопытство собеседника:

- Я адвокат.

- Преуспевающий? - следует вопрос.

Да что ж это такое, ему, что декларацию о доходах предоставить?

- По меркам Москвы, наверное, не очень.

- Такая красивая девушка. И умная. Не задумывались о том, чтобы перебраться в столицу? - его масляный взгляд ощупывает меня.

- Нет. Мне не нравится суета.

- Да, но для Вашей карьеры это было бы лучше. Этот город больших возможностей. Я бы мог Вам помочь на первых порах, - его блеклые от возраста глаза снова останавливаются на моей груди.

И тут до меня доходит. Это мне спонсора нашли. Вот это поворот. 

Деду Тимошке на старости лет захотелось свежего мяса. Но он не угадал. И пусть на нем красуется  "Ermenegildo Zegna", но ему лет семьдесят, а я к таким женихам не готова. Со мной молодой горячий жеребец не справился, куда уж  "старому коню".

Как бы выпутаться из этих семейных посиделок?

- Нет, благодарю, я к таким переменам не готова, - и мне приходит в голову дикая идея, - И жених против будет.

Деда Тима заметно огорчается:

- Жених?

- Да.

- Какой еще жених? - вступает в разговор Тихонов.

Этого так просто не проведешь, очень умный и хваткий тип.

Но раз я начала, то отступать поздно. Прости меня, Рома.

- Да, - утвердительно киваю головой, - Может слышали, Роман Александрович Власов?

Иван Сергеевич впивается в меня взглядом. Не верит он мне, не верит.

- Кое-что слышал. Только, не слишком ли он молод для тебя?

Как меня продавить-то пытаются!

- Самое то. У нас с ним такая любовь, - и меня словно черт дергает, - Я вам его сейчас покажу.

Катя развлекалась с видео, как могла и сделала несколько безобидных коллажей. Там мы с Власовым действительно выглядим очень гармонично. И скинула мне на телефон, как напоминание о том, что я зря такого самца продинамила. Я вытащила из кармана телефон, открыла один из снимков и предъявлила его как доказательство нашей неземной любви всем присутствующим. На этом фото я стою вполоборота, а Роман сжирает меня таким плотоядным взглядом, что в наших отношениях невозможно усомниться.

Присутствующие скривились. Им это не по нраву.

Дед Тима предпринимает последнюю попытку:

- А чем Вы завтра занимаетесь?

- Завтра я занята, - даже не вру, у меня завтра обед с Золотарёвым.

- А послезавтра?

- Увы, я возвращаюсь домой. Жених заждался. Молодой, темпераментный.

Тимофей Архипович не любит сдаваться. Может, ему ролик показать, что бывает с теми, кто мне решается досаждать. Спорю, у него в штанах все скукожится.

Еще одно упоминание о том, что я несвободна, перевел ужин в другое русло. Меня оставили в покое.

После его окончания, я собралась уезжать. Мария провожает Прокудина.

Но меня останавил Иван Сергеевич:

- Не торопись, Ольга. Пойдем в кабинет. Поговорить надо.

Кабинет под стать своему хозяину. Такой же основательный и мощный. Тихонов указал на место, где мне расположиться, сам остался стоять.

- У тебя точно всё серьезно с этим твоим Власовым?

Ответила вопросом на вопрос:

- К чему эти расспросы?

- Не буду ходить вокруг да около, но ты очень понравилась Тимофею Архиповичу. Он даже готов жениться.

- Надо же, какая щедрость! Меня одну смущает, что ему пора белые тапочки выбирать, а не жену?

- Опять хамишь? - голос посуровел, - Медицина сейчас на высоте, не бойся, сразу не помрет. Пока детей тебе не заделает.

Чаша моего терпения переполнена.

Я поднялась, тем более что пришло оповещение о подъехавшей машине.

- Иван Сергеевич, у меня всё хорошо. И необходимости ложиться под старика  нет. Тем более рожать от него детей. Давайте закончим этот разговор. Он мне неприятен. Всего доброго!

Не дожидаясь какого-либо ответа, я ушла из кабинета, а затем уехала в гостиницу. К счастью, Мария со мной поговорить не попыталась А то бы это был уже перебор.