Глава 17

Наступил тот день, о котором со мной говорил папа — мы с ним поехали на облюбованный им клуб с тиром, где можно было похвастаться собственным оружием. Стоит ли удивляться, что когда мы садились в папин внедорожник, который он использовал довольно редко из-за того, что всё же по работе требуется машина больше представительского класса, его багажник был забит различными образцами вооружения?

Да, в нашем доме, помимо того, что было два этажа и ещё было место для гостей, если вдруг такие к нам захотят прийти, был ещё пристроен большой гараж, где находились сразу три машины.

Один неброский внедорожник, с которым можно и в лес выбраться, и по болоту проехать без каких-либо проблем, ну а если надо и в горы рвануть — любил папа порой устраивать отдых на природе, и к нему присоединялась мама. Это они чаще стали делать, когда мне исполнилось лет двенадцать, и я мог присматривать за сестрёнкой без опасения, что мы что-то устроим дома, да и к самостоятельности нас обоих приучали с малых лет.

Вторая машина была седаном представительского класса. Всё же папа был юристом в крупной конторе по продаже недвижимости, и ему необходимо было соответствовать своей должности в полной мере. Да и мама порой ездила на этой машине, когда была необходимость в личной встрече с представителями очередного журнала, которые нанимали её как обзорщика-эксперта.

Ну и третья машина была обычным семейным автомобилем, главная задача которого — с комфортом перевозить всех нас четверых и иметь вместительный багажник для того, чтобы поместить достаточно большой груз. На ней раньше возили меня в школу, а теперь возят Самину и её подружек, ну ещё и в магазины ездят, чтобы пополнить запасы.

Впрочем, насчёт последнего был довольно непонятный момент, так как под гаражом у нас было отдельное подвальное хранилище, где запасов еды было лет на пять точно. Для чего подобное делалось и постепенно обновлялось под более свежие поставки — для меня оставалось загадкой, но в дела родителей мы с Саминой по большей части не лезли. Но если бы появилась возможность получить ответы на эти вопросы, то мы, конечно же, не прошли бы мимо.

Так вот. Поехали мы с папой в его стрелковый клуб. Дорога заняла долгие два часа, за время которых пришлось слушать все рок-хиты как папиной молодости, так и современного исполнения. Я тоже любил слушать подобную музыку, правда, пересмотрев часть любимых групп недавно после одного инцидента в додзё (что уж поделать, что вкусы у нас хоть и были схожи, но теперь я слишком явственно слышал плохую игру у парочки молодых исполнителей, которые мне особо нравились, и теперь их просто невозможно было слушать из-за этого знания). Вот только одно дело слушать музыкальных исполнителей, а другое, когда им пытается подпевать отец. Он-то думает, что у него прекрасно получается, но ведь уши у меня вянут. Приходилось терпеть, чтобы не расстраивать папу, но хотя бы меня не заставляли петь вместе с ним и то хорошо.

Наконец-то эта пытка закончилась, когда мы добрались до клуба. Располагался он в пригороде нашего города в отдалении от жилых районов. Стоило ли удивляться, что здание самого клуба оказалось относительно небольшим, а вот территория, им огороженная, была прямо-таки масштабной. Причём тут явно поработали о системе безопасности, и весь стрелковый полигон был перекрыт, может, защитой и похуже качества, чем у «Последнего приюта», но всё же достаточно хорошей, чтобы выдержать и попадания танковых снарядов, не меньше.

Интересный клуб, как ни посмотри, и его владельцы явно не простые люди, а как минимум выходцы из армии, а может, бывшие наёмники, сколотившие состояние на своей работе.

Внутрь вела лишь одна дверь, так что наш путь был предопределён заранее. Надо было только захватить все сумки с оружием, а они оказались довольно тяжёлыми.

Внутри оказалось довольно пустынно. Только какой-то мужчина со шрамом через левый глаз сидел за чем-то вроде прилавка и набивал магазины патронами из стоящего рядом ящика.

— Гиро, — приветственно махнул рукой моему папе этот мужчина. — Решил всё же привести своего мальца с собой?

— Ну надо же когда-то показать сыну, почему я так увлекаюсь огнестрелом, — пожал плечами папа.

— Оно и верно, лучше хорошего ствола может быть только два ствола, — рассмеялся он от своей несмешной шутки. — Тебе как обычно?

— Да, необходимо обстрелять последние новинки, а то всё руки до них не доходили, — потряс своими сумками папа.

— Хорошо, тогда… — мужчина потянулся куда-то под стойку и достал оттуда карту-ключ. — Второй подземный уровень, синяя дорожка будет закреплена за тобой на два часа. По продлению и оплате сам знаешь как обращаться, — махнул он рукой, указав на лестницу, ведущую вниз.

Пришлось последовать за предвкушающе посвистывающим какой-то мотивчик папой.

— А лифта у них нет? — наконец-то спустившись на два этажа вниз, спросил я.

— Есть, — кивнул папа, — но он предназначен только для служебного пользования, ну или если клиент не может спуститься сам. Сюда ходит много ветеранов, — пояснил он последний момент.

К ветеранам у нас в стране, несмотря на их происхождение, всегда было уважительное отношение. Сама империя уже больше ста лет не участвовала ни в каких глобальных войнах, но вот мелких конфликтов относительно всего мира конфликтов всегда хватало, и там всегда участвовали военные или наёмники.

Пусть цели участия не всегда были такими уж благородными, но эти люди рисковали своими жизнями, и если не были замешаны в кровавых делах, и не было доказательств их террористической деятельности, то империя щедро платила им пособия, на которые они могли не только комфортно жить, но и позволить себе поддерживать форму, даже несмотря на ранения.

В обмен на всё это они соглашались в случае чего возвращаться к службе и если и не участвовать в военных конфликтах, то хотя бы делиться опытом с молодёжью. Ну и, конечно, больше всего в этом плане ценились операторы боевых машин и командиры тактических групп — им ведь необязательно выходить в поле, чтобы выполнять свои обязанности, а опыта у них больше, чем у рядовых солдат.

Часть «дорожек» как их назвал тот мужчина наверху, была занята, что было обозначено соответствующими пометками сверху над дверями. Соваться к человеку с заряженным оружием, когда он может неадекватно отреагировать на входящего к нему — ну, можно придумать смерть и поинтереснее. Всё же есть люди, которые сначала стреляют, а только потом выясняют, что это было.

Наша дорожка находилась практически в самом конце коридора, так что я имел все возможности удостовериться, что звукоизоляция в этом месте на высшем уровне. От пары комнат ногами чувствовались ритмичные прерывистые вибрации, но не более того.

Папа приложил выданную ему карту-ключ. Под едва слышный писк запоры у дверей оказались разблокированы, и мы наконец-то смогли зайти внутрь. Внутри оказалась часть стрелкового полигона, на котором было сразу выделено несколько зон для стрельбы, так что дорожку могли занимать и несколько человек.

Вот только сами мишени могли ездить только вверх-вниз и взад-вперёд — не было тут такого накрученного функционала, как в «Последнем приюте», но впрочем, тут этого и не требовалось. Для стрельбы, приближенной к реальным условиям, наверняка здесь есть отдельные участки, а нам хватит и подобного выделенного полигона.

— Ну-с, приступим, — радостно потёр руки мой отец и начал доставать из брошенных у входа сумок оружие.

Рядом находился шкаф с системой подачи необходимых патронов. Достаточно было на вмонтированной в него панели задать калибр и его особенности, как снизу в лотке выдавалась коробка с соответствующими патронами. Прикладывай только карточку для оплаты и получишь всё, что необходимо — отчасти удобно, но можно таким образом и увлечься, и надо будет последить за папой. А то он действительно натура увлекающаяся и может спустить в таком месте и месячную зарплату. Хотя раньше же без меня сюда ездил, и вроде никаких проблем не наблюдалось, но это не означало, что можно ослабить бдительность.

Дальше началась скучная работа по заполнению всех магазинов патронами. К каждому стволу у отца было несколько магазинов, так что после опустошения одного не надо будет снова повторять начальную процедуру, что хоть немного сокращало время нашего пребывания здесь.

После того как этот этап был закончен, мне начали зачитывать длинный инструктаж того и как надо делать, и больше всего — как делать не надо. В додзё у мастеров с этим было проще — мне просто мастер Тейя сказала стрелять в мишень и выдала пистолет, а дальше сам. Вот где понимаешь технику безопасности на собственном опыте, благо я её из-за таких увлечений родителей знал назубок ещё задолго до попадания в «Последний приют».

И всё же я понимал, зачем необходимо подобное не только слушать, но и тщательно следовать. Подобные вещи не появляются просто так, а чаще всего формируются из опыта и опыта печального.

— Всё понял? — строго посмотрел на меня папа.

— Да, — с готовностью ответил я.

— Ну, тогда можно и пострелять, — довольно улыбнулся он, надевая поверх своих очков специальные защитные, как и наушники на уши.

Да, тут хотя бы это было предусмотрено, как и должно быть в подобных тирах. Хоть уши потом болеть не будут от выстрелов.

А вот дальше начались определённые странности — не производил мой папа вид хорошего стрелка. Да, он увлекается подобным довольно плотно, но одно дело увлекаться, а другое — попадать из автомата на пределе его прицельной стрельбы в десятку. Такое надо, на мой взгляд, не просто уметь, но и иметь богатый опыт, чтобы даже без пристрелки нового оружия сначала попасть очень близко к десятке, а потом и вовсе всадить несколько троек подряд в одну точку.

Хорошо ещё, что он стрелял первым, показывая мастер-класс, правда, увидев результат, и как я на него среагировал, несколько смутился.

— Повезло, — пожал он плечами, меняя цель для стрельбы. — А теперь покажи, как ты сможешь поразить цель из этого же автомата.

Я ведь, кажется, не говорил родителям, что в додзё меня обучали в том числе обращению с оружием. Причём оружием разным, для работы на разных дистанциях. Выбора у меня всё равно не было — мастер Маками заберёт меня откуда угодно и доставит на полигон, если ей будет необходимо, чтобы я пострелял во что-то из её личных запасов.

Вот только пока я обо всём этом думал, руки уже провели сами всю необходимую проверку оружия, вставили новый магазин, и тело само приготовилось к стрельбе. Причём проделано всё это было плавно и со знанием дела, чего точно не ждёшь от подростка, который ранее только собирал и разбирал это оружие.

Стараясь не отвлекаться на посторонние мысли, я просто стал стрелять, стараясь не попадать в цель и всё же из-за того, что стрельба у меня теперь прочно ассоциировалась с одной наставницей, совсем в «молоко» стрелять не получалось. В итоге, когда моя мишень приехала поближе, результат пусть и не был идеальным, но всё же умудриться попадать исключительно в определённом радиусе от центра мишени — тоже надо уметь. Как-то само собой получилось, что все мои выстрелы попадали в семёрки и шестёрки, не касаясь остальных областей мишени.

Я посмотрел странным взглядом на папу, он ответил мне таким же зеркально, и мы продолжили стрелять.

В этот раз мишени были выполнены в виде человеческих силуэтов. И стоит ли говорить, что папа вновь нещадно палился, попадая исключительно в голову и сердце без промаха.

Я в свою очередь доводил цель до не летального исхода, попадая в места, которые заставят противника остановиться, но если вовремя оказать медицинскую помощь, то госпитализация не займёт много времени.

Всё же мастера меня учили больше останавливать противника, а не убивать его. Это можно всегда успеть сделать, а вот провернуть всё так, чтобы аккуратно вывести его из строя — куда сложнее. Правда, с такими наставниками без разницы, какие приёмы применять — всё равно их ничем не пронять.

Спустя час мы постреляли из всего, что папа взял с собой. И каждый из нас понимал, что другой всё понял, что он понял, что другой понял…

— Маме только ни слова! — строго посмотрел на меня папа.

— То же самое и относительно тебя! — зеркально отразил я его лицо.

— Договорились, — облегчённо выдохнул он.

— И увеличение карманных расходов, — добавил я.

— А не слишком?! — возмутился папа, но я-то видел, что в его глазах больше отражается смех, чем огорчение.

— Ну, мне проще объяснить мои навыки. А тебе рассказывать, сколько ты провёл часов в подобных местах, чтобы достичь таких результатов… — развёл я руками, заодно предоставляя ему один из вариантов того, на что можно будет перевести тему, если что.

Да, это отчасти опасно, но всё же может быть частично правдой. Только придётся объясняться, сколько денег из семейного бюджета на такие «развлечения» было потрачено, но всё же папа уже взрослый мальчик и тем более юрист, думаю, выкрутится.

— Договорились, — тяжело вздохнул папа, забирая сумки, — но оружие чистим вместе!

— Хорошо, — согласился я с ним.

Всё равно это было неизбежно.