Глава 12

Чувствуя как внутри стремительно разрастается голодная, сосущая пустота, я обреченно закрываю глаза. Из уголков тут же скатываются непослушные, предательские слезинки. Скользят вниз обжигающе горячими дорожками.

Словно вживую, я вижу перед собой его лицо, озаренное нежной счастливой улыбкой, каким оно было перед тем, как я уснула. Ощущаю теплое дыхание в своих волосах и слышу тихое "Спи, киира…"

А затем снова виду искаженное невыносимой болью лицо, искореженное тело.

Недолгим было счастье…

Внутри всё болезненно сжимается, но с головой погрузиться в отчаяние мне не даёт странный, хлесткий звук и последовавший за ним возмущенный, болезненный вскрик.

Безучастно открываю глаза и вижу как мелкий синий засранец потирает затылок, с возмущением смотря на развернувшегося к нему всем корпусом, напряженного как струна Марэка, от которого в буквальном смысле слова волнами во все стороны расходится чистейшая ярость.

— За что?!? Что я такого сделал?!

— Пасть закрой! — рявкает с рычанием взбешённый варг. — И впредь думай, что языком своим поганым мелешь!

— Дак я же правду…!

— Что здесь происходит у вас опять? — слышится из коридора запыхавшийся голос кэпа, а затем в каюте появляется и он сам. Замирает на пороге, заметив находящуюся в сознании меня. Расцветает в улыбке, но она тут же стекает с его лица, когда он замечает мой безучастный вид и слезы на лице. Переводит вопросительный взгляд сначала на Глэвиуса, потом на Марэка. Отец беспомощно открывает рот, косится на меня и снова закрывает. Зато у Марэка проблем с речью нет.

— Уйми эту бешеную мелочь! Иначе я сам его успокою. А лучше упокою. За язык поганый…

Кэп кидает быстрый взгляд на морально убитую меня, на разъяренного варга, неосознанно прикрывающего меня своим телом от синекожего, затем на своего подчинённого. Видимо складывает два и два. И… отвешивает последнему звучного леща!

Мгновение в помещении стоит оглушительная тишина, а затем под жалобные причитания инопланетянина, снова потирающего многострадальный затылок… я неожиданно даже для себя самой взрываюсь громким смехом.

На фоне личного горя и той разрастающейся пустоты, что сейчас буквально пожирала меня изнутри, всё это показалось таким нелепым и несуразным, таким смешным, что я просто не выдержала. Смеялась во весь голос, громко, от души, до стекающих из глаз слез. Смеялась, смотрела на испуганные и растерянные лица всех без исключения присутствующих, которых в каюте резко прибавилось, и смеялась ещё сильнее. Смеялась и не могла остановиться.

Не знаю как долго это продолжалось бы, учитывая, что у меня самой остановиться не получалось, а истерика отнимала последние жалкие крохи сил, если бы не…

Кровать резко прогнулась рядом, сильные руки вдруг вздернули меня за плечи вверх и на мой приоткрытый рот обрушились горячие и влажные мужские губы!

— Ммммм….!

Я захлебнулась собственным смехом и, непроизвольно закрыв глаза, растерянно замерла под наплывом непрошеных ощущений. Твердость крепкого тела, об которое меня буквально распластало, приятное будоражащее тепло чужого дыхания, жар упругих и неожиданно нежных губ, гулкие удары сердца напротив. И аромат желания сильного самца в воздухе, который я непонятно каким образом учуяла и на которое мое тело отреагировало самым предательским образом!

Что за…?!?

Собрав в кулак всю силу воли, а заодно и остатки сил, я отпрянула назад, готовая бороться если меня не отпустят.

Но Марэк удерживать не стал. Отпустил. Лишь на мгновение перед этим крепче сжал пальцы на моих плечах. Словно отпускать совсем не хотел. Словно сам с собой боролся…

И он действительно боролся. Я это понимала как никто другой. Лучше него самого…

И себя понимала. Свою реакцию на этот поцелуй. Реакцию своего тела, своей сущности. Понимала, но от этого менее погано не становилось. Я ощущала себя сейчас самой последней тварью, предательницей. Наслаждаться объятиями и прикосновениями другого мужчины, его близостью когда простыни всё еще хранят его запах… Запах Айфара…

На рефлексах взмахнула рукой, оставляя на золотистой светлой коже мужского лица яркий отпечаток своих пальцев.

Как получилось полноценно и очень даже крепко ударить когда сама как выжатая половая тряпка, ума не приложу. Видимо ярость придала мне сил. Ярость на саму себя. Ну и на него.

— Зачем?! — хрипло шепчу я, прожигая его взглядом.

Он даже не попытался уклониться от удара. Как не пытался и закрыться. И к горящей алым отпечатком щеке даже не потянулся. Смотрел на меня, пытаясь выровнять дыхание. Просто смотрел. А затем вздохнул и небрежно пожал плечами, отводя наконец глаза. Хотел небрежно, а получилось нервно. Не так он спокоен, как хочет казаться. Поцелуй этот и его не оставил равнодушным. Зацепил, взбудоражил, испугал. Заставил усомниться в том, во что он верил. В той, которой верил…

— Пусть лучше так… — тут он наконец коснулся отметины на лице, — …чем ударить по лицу вас…

Я прекрасно поняла к чему он вел. Видимо во всех галактиках лекарство от женских истерик одно — хорошая оплеуха. Но, справедливости ради, стоит признать, что метод Марэка тоже сработал. Правда совсем не так, как он рассчитывал. Он надеялся ошеломить меня, вызвать ярость на себя. А на деле…

— Спасибо.

Одно слово, сказанное моим спокойным и тихим голосом и он вскидывает на меня удивлённо глаза. Ждал криков негодования? Их не будет. И я сделаю вид, что поверила. Пусть все думают, что Варг целовал меня чтобы таким необычным и весьма экстравагантным способом привести в чувство. Но мы оба знаем правду. Только вот признать ее из нас двоих могу пока только я.

— Помоги мне пожалуйста приподняться? — обращаюсь я к растерянно замершему у моей постели отцу. Он тут же встряхивается и подтягивает мое почти безвольное тело вверх, удобно устраивая спиной на подушке.

Я благодарю его улыбкой и, сглотнув, перевожу взгляд к кухонной зоне. Толпа послушно расступается передо мной.

Покрытый ошмётками какой-то мутной слизи пол и… насквозь пропитанные той же самой слизью знакомые тренировочные штаны. Они были на Айфаре этой… той… ночью…

— Рассказывайте. — Пара мгновений растерянных переглядываний. — Всё как есть рассказывайте. Желательно с самого начала.

Начал, что интересно, именно Марэк. Для меня это, наверное, и к лучшему. Он щадить меня и увиливать не станет. Точно скажет как есть. Ту самую правду, что пусть и болезненна, но мне сейчас так жизненно необходима. И я не ошиблась в нём.

— Той ночью мы все проснулись от огромного выброса чистейшей энергии… — Усмешка и злость, мелькнувшая на мгновение в ярких глазах варга. — Понять причину труда не составило. Энергия была с особым привкусом. А отдача после заставила всех мужиков в округе материться сквозь зубы в попытке сбросить напряжение…

— Марэк! — возмущённо восклицает отец, но я успокаиваю его взглядом и киваю варгу, требуя продолжать. Того не требуется уговаривать.

— Если кратко, спали сладким сном в ту ночь только девчонка с мелким мурфом. Даже братца вашего названного зацепило.

Удивительно, но перед остальными в этот момент мне было совершенно не стыдно. А вот с Майкласом неудобно получилось.

— А к утру мы забили тревогу… — добавил отец и вопросительно посмотрел на кэпа. Видимо с просьбой продолжить. Тот откашлялся.

— У нас посты караульные по всему периметру долины стояли. Скарр в паре с кем-то из моих ребят. Так было удобнее, мы почти сразу подобным образом двойки укомплектовали. Так вот… Во время выброса скарров всех до одного накрыло. Всех зацепило, но их как-то по другому. Словно пьяные они были. Шатались, глаза шальные, реакции замедленные. Но мы их с постов решили до утра не снимать. А утром уж их главный бы сам решил. Они как бы нам и не подчинялись, у них своя иерархия и свой порядок. Довольно жёсткий, к слову. Старший если поставил, пока приказ не отменит стоять будут до последнего вздоха. Без еды, воды, под дождем из лазерных лучей. Но до утра они не дотянули…

Я вздрогнула.

— Что с ними?!

— Эммм, — замялся кэп, но потом, решившись, выдохнул. — Да то же, что и с ним…

Я проследила за взглядом кэпа до кухонной зоны и того, что теперь осталось от моего мужчины.

Значит и они…

Закрыла глаза, прислушиваясь к себе. Нет, открыться нашей с ним связи пока даже не пыталась. Ещё одного подобного шквала боли я сейчас просто не выдержу. Пыталась просто почувствовать, понять. И, кажется, у меня это получилось…

— Как это произошло? Сам процесс… — я с надеждой смотрю на кэпа. Может он видел. Может сможет подсказать хоть что-то. Мне нужна информация! Я не могу понять, что именно произошло. Мне мешает незнание этого мира, незнание расы скарров и их особенностей, а также банальная нехватка информации.

— Да что произошло! — снова встревает в разговор не в меру болтливый синий, но на этот раз я его болтливости рада. — Стояли мы, значица, с одним из этих на посту. Моя смена как раз в ту ночь была. Холод, зараза, ночью стоял, чуть хвост себе не отморозил. Чтобы хоть как-то отвлечься этого разговорить пытался. Хотя легче змея морского разговорить в период спаривания, чем этих истуканов. Так и стояли. Я — матерясь и стуча зубами, а он вглядываясь вдаль. А потом вдруг замер как каменное изваяние. Стоит и не шевелится! Взгляд в одной точке замер, но будто не видит ничего. Словно в себя смотрит. Я его и звал и даже толкать пытался на свой страх и риск. Никакой реакции! Твердый стал и горячий нереально просто! Я думал обожгусь об него. А потом… Уж лучше б он так истуканом и стоял! Его так ломать и корежить начало, что меня чуть прямо там ужином не вывернуло. Его тело так изгибалось, под недопустимыми какими-то углами, что аж хруст стоял. Мерзкий такой. И я… это… — тут инопланетянин нервно потер шею и его синие до этого щеки окрасились в нежно-фиолетовый. Кажется, это был румянец смущения. — В общем, меня всё же вырвало. Но мне ни капли не стыдно! Чего та! На моем месте любого бы вывернуло! Это же жуть просто была!

— Гарл! — раздался грозный окрик кэпа. — По существу излагай!

Вышеупомянутый Гарл от по-настоящему сурового взгляда кэпа сжался и сбивчиво продолжил:

— Пару минут его так ломало. И главное, что жутко, в полной тишине. Ни звука не издал мужик. Выдержка стальная, как и яйца, видимо… — После строенного разъяренного рыка уже с трёх сторон от кэпа, Глэвиуса и Марэка, мелкий совсем зачастил. — Как ломать перестало он на земле в позе эмбриона оказался. А потом… Я в первый раз в жизни такое видел! Вокруг его тела стала собираться какая-то непонятная слизь. Она словно сквозь поры на поверхность просачивалась и тело снаружи оплетала!

— Формируя что-то наподобие кокона? — вставляю напряжённо я.

— Да! — вскидывается почти радостно Гарл, возбуждённо сверкая синими глазищами. — Вы тоже видели, да?! Вы же видели?! Мне никто не верит! Говорят, что я настойки нахлебался! Но я не пил! Стащил одну бутылку, признаю, продать хотел как выберемся отсюда. Вы не думайте, меня кэп за нее уже наказал сполна. Забрал, вернул и наказал чтобы другим неповадно было. Но не пил я ни капли!!!

— Успокойся. Я тебе верю…

На меня удивлённо смотрят все без исключения. Я на Гарла цепко и жадно.

— Как выглядел этот кокон? Ведь совсем не такой как тот, что… как мой… Так?

— Да! Совсем не такой! Ваш овальный и состоит из того же материала, что и ваш кораблик. А тот… Он больше на яйцо насекомого был похож! Я же его потрогать решился даже! — возбуждённо вскрикнул синий. — На ощупь это кожа была. Теплая, упругая, полупрозрачная. Словно состоящая из мелких округлых сегментов. Я никогда такого раньше не встречал. Даже не слышал о подобном! — тут мелкий замер и как-то затравленно по сторонам посмотрел. — А сквозь эту кожу проглядывало искаженное лицо скарра. У меня гребень на голове непроизвольно распушился от ужаса. Никогда ничего более жуткого не видел…

Все в комнате напряжённо молчали. А я думала.

— Что было с этим коконом-яйцом дальше?

Самый важный вопрос. Этот момент я пропустила потому что потеряла сознание. Пропустила то, что случилось с Айфаром. И теперь остаётся лишь гадать и строить гипотезы, одна безумнее другой.

— Да что дальше… Оно, яйцо это, вдруг возьми и схлопнись! Бам! — он резко и с силой хлопнул в ладоши, заставив меня непроизвольно вздрогнуть, за что тут же получил очередной подзатыльник, уже от стоящего за его спиной Габриэля, и снова заголосил. — Да хватит меня бить уже! Я такими темпами скоро дураком стану, как этот ваш Майклас, и буду местным певчим пичугам дули крутить!

— Можно подумать ты сейчас сильно умный! — немедленно парировал Габриэль.

— Да ты…!

— Что значит схлопнулось? — не терпящим возражений тоном уточнила я.

— Ну… Было сейчас, а в следующее мгновение уже нет! Лишь брызги вонючей слизи во все стороны! Еле отмылся потом, очень уж она приставучая и едкая. Да, ещё! Одежда скарровская вся на песке осталась лежать. Тоже в слизи изгвазданная. И…

Тут он закусил губу и замолчал, отводя глаза. Я закончила за него.

— ...и оружие. Его ты вернёшь сразу же как выйдешь отсюда. Достанешь из тайника, в который заныкал, и вернёшь. Отдашь на хранение Глэвиусу. У него же должно храниться и оружие остальных бойцов, включая Айфара. Вы ведь нашли оружие остальных?

Посмотрела вопросительно на отца.

Он пару мгновений разглядывал меня странным взглядом, а потом кивнул.

— Хорошо. Заберёшь у этого мелкого воришки недостающее и сложишь вместе. Сохранишь до тех пор пока они не вернутся. Когда это произойдет им понадобится оружие. Особенно те три редких игрушки с корабля дарков, их трофеи.

Ответом мне стала звенящая тишина.

— Дочка… — в голосе отца самая настоящая боль.

Тааак! Думаю пора всё же рассказать и свою версию. Пока меня за потерявшую разум от горя принимать не стали.

— Они живы. Он уж точно. Айфар жив. Когда я проснулась утром, то увидела то же самое, что и Гарл. То самое сигментарное яйцо и… — сглотнула, вспоминая ту поистине жуткую картину, — …и искаженное от боли лицо Айфара внутри. Его изогнутое под немыслимыми углами тело. Правда потом я отключилась от слабости и потрясения, поэтому остальное пропустила. Но это был он внутри. Я испытала боль, жуткую боль. Его боль. Очнувшись, решила, что нет его больше. Из-за этого и возвращаться, думаю, не хотела… — судорожно стискиваю свои прохладные пальцы в замок чтобы окружающие не заметили в них дрожь. — Но кое-что не вяжется в единую картину. Если они всё же погибли… Если он погиб… Я ведь до сих пор испытываю ее, боль Айфара. Стоит мне лишь открыться. Каждый раз как пытаюсь настроиться на нашу с ним связь, почувствовать его. Каждый раз меня его болью как волной накрывает. Разве это происходило бы будь он мертв, как вы все наверняка считаете? Ведь действительно думаете, что они погибли? Списываете всё на странности планеты? Грешите на какое-то её, не исследованное вами пока, воздействие? Это не так. Планета тут не причем. Думаю, это что-то расовое быть может. Что-то, связанное лишь со скаррами. Какой-то процесс… Возможно чем-то спровоцированный, не знаю…

Я вздохнула, с трудом потирая ноющие виски. Кажется боль пробиралась даже сквозь неумело выстроенные преграды. Менталист из меня ещё тот…

Поднимаю глаза и вижу растерянные переглядывания мужчин. Пусть теперь думают, я дала им обширную пищу для размышлений. Только вот за сумасшедшую меня принимать уже никто не будет. Мне, чтобы воплотить задуманное, нужен будет простор для маневра, а не комфортная клетка из четырех стен собственной каюты и запертой снаружи двери.

— Я одного не пойму… Почему весь процесс сумел увидеть лишь Гарл если на постах в паре со скаррами стояли и другие люди кэпа? Куда в это время смотрели остальные? — вопрошаю я задумчиво, скользя взглядом по окружающим.

— Никуда… — мрачно роняет кэп. — В отключке они все валялись. Какое-то воздействие. Людей зацепило, а этого выкидыша водного мира даже рикошетом не чиркнуло!

Водного мира? А не оттуда ли водные девы?!

— Я разве виноват, что у представителей моей расы невосприимчивость к ментальному воздействию пришлых?! — в голосе синего нешуточная обида. И я неожиданно для себя самой за него заступаюсь.

— Оставьте его в покое. Он рассказал правду. За кражу оружия моих людей (а скарры это теперь мои люди, это я знаю точно!) ты с ним, кэп, разберешься сам, чтобы больше такого впредь не повторялось. А другие обвинения тут лишние. Как твои люди сейчас?

— Да нормально уже, дочка… — бормочет кэп. — Некоторых ещё подташнивает, но ничего опасного. Жить будут.

— Хорошо. В остальном всё в порядке? Что-то ещё произошло пока я… отсутствовала?

— Нет. Но…

— Лэйра! Я тут кое-что ещё вспомнил! — неожиданно подпрыгивает на месте Гарл. — Тот скарр, что со мной дежурил… Перед тем как яйцо схлопнулось, татуировка эта их паучья у него на лице словно вспыхнула. Ярко так! Засияла будто изнутри. В темноте это хорошо заметно было, но лишь мгновения. А потом бах!

— Спасибо, Гарл. Ты очень помог… — задумчиво бормочу я. Татуировка засияла? Это можно считать каким-то важным знаком? Началом какого-то процесса?

Инопланетянин в ответ на мою похвалу смешно надулся от важности, что тут же испортил тычок в спину от кэпа, который толкнул его к выходу.

— Иди давай! Оружие возвращать будем, что ты у лэйры украл. И на этот раз ты так легко не отделаешься. Все вахты до отлёта отсюда теперь твои как минимум. Хоть десяток лет дежурить будешь. А ещё…

Что ещё я не услышала потому что голос кэпа перекрыл возмущенный вопль Гарла, а затем они закрыли за собой дверь. Следом споро потянулись и остальные. Пока в каюте не остались лишь я, отец и Марэк…