Глава 29. Том

«Кое-что», упомянутое Финном, умещалось в одной руке. Это была устаревшая карта памяти, какие давно уже никто не использовал: слишком неудобно, ненадежно и совершенно непохоже на обычные каналы передачи информации. Том подумал, что с таким же успехом можно было отправить бумажное письмо. Впрочем, это очевидно было частью плана — запутать тех, кто не знает, что именно нужно искать.

Финн заверил, что Анну на входе не сканируют, только ее сумку, и Том был вынужден поверить на слово. Карта казалась тяжелее, чем была на самом деле, словно он держал нечто куда важнее простого куска пластика. Когда они прорабатывали детали операции, Чарли заявила, что ему не обязательно знать подробности, но на прощание добавила: «Ты поймешь ее. Будь увереннее. Девчонка не обычная, сам увидишь».

Размышления Тома прервали шаги. Он ждал Анну возле кофейного автомата, стоявшего на небольшой площадке в парке перед зданием «Поддержания». Мышцы после недавнего приступа еще ныли, и он поправил рукав, скрывая шрамы.

В парке сегодня оказалось довольно людно. Из здания корпорации выходили сотрудники, чтобы во время перерыва получить немного свежего воздуха. Бродили и рабочие со стройки. Том рассудил, что еще одна фигура у автомата не вызовет слишком больших подозрений, а Чарли подтвердила это. Там они уже встречались.

Вскоре появилась и Анна: тоненькая девочка-подросток лет пятнадцати, с идеально прямой спиной, будто приученная контролировать каждое свое движение. Бледная кожа и светлые, почти серебристые глаза на мгновение вызвали у него странное чувство понимания. Том слишком хорошо помнил, каково это — быть хаарс среди людей, особенно когда впервые понимаешь, что отличаешься.

Она шла, сопровождаемая охранником, и смотрела строго перед собой, избегая взглядов прохожих. Длинные светлые волосы были стянуты в строгий гладкий хвост, лицо неподвижное и слишком серьезное для ее возраста. Девочка остановилась рядом с Томом у кофейного автомата, делая вид, что внимательно изучает список напитков. Охранник остался позади на дороге, явно скучая и лениво почесывая грудь через форменную рубашку.

— Кофе? — негромко спросил Том, улыбнувшись девчонке.

Анна лишь слегка кивнула, взглянув на него. Через мгновение ее глаза начали светлеть, пока полностью не потеряли цвет, превратившись в абсолютно белые. Том внутренне напрягся, не зная, чего ожидать. Такого он еще не встречал. И тут его сознание заполнили четкие образы:

Стол, на нем лист бумаги с крупной надписью «Анна».

Том понял подсказку и негромко произнес вслух, глядя в сторону автомата:

— Ты Анна, верно? Я Том, меня прислала Чарли.

Анна снова легко кивнула, делая вид, что выбирает напиток. В его сознании возник новый образ: обеспокоенное лицо Чарли, затем женская рука, протянутая вперед открытой ладонью вверх.

— Да, она передала кое-что для тебя. Сказала, это очень важно, — подтвердил Том и, якобы поправляя рукав, незаметно сунул карту памяти Анне.

Анна схватила карту, подняла руки и принялась потуже затягивать хвост, Том со скучающим видом покрутил головой, делая вид, что давно утомился ждать свой заказ, и заметил, как охранник внимательно наблюдает за ними.

Перед глазами вновь возникла яркая картинка: молодая девушка, очень похожая на Чарли, улыбающаяся Анне, заботливо поправляющая ей волосы. Наклейка на груди с ее именем.

— Лиз? Не Чарли? — уточнил Том.

Анна моргнула, подтверждая. Затем в его сознание проникло новое видение: Лиз стоит в стерильной комнате лаборатории, говорит что-то — судя по выражению лица, утешающее. Она держит Анну за руку. Девочка сидит на краю больничной койки, по ее лицу катятся слезы, но рядом с Лиз ей явно становится легче.

— Я понял. Она была твоим другом.

Анна опустила глаза, скрывая эмоции, и чуть склонила голову.

Образы сменились резче: снова Лиз, только теперь она напугана, ее куда-то ведут, а Анна смотрит ей вслед через прозрачную дверь лаборатории, не имея возможности помочь.

— Что с ней случилось, ты не знаешь?

Анна качнула головой, на этот раз еле заметно, но затем перед глазами Тома появилась надпись на листе бумаги: «Я помогу».

— Я передам Чарли, — пообещал он. — Мы найдем способ помочь тебе.

Анна повернулась, собираясь отойти, но случайно зацепилась рукавом за угол кофейного аппарата и вскрикнула, теряя равновесие. Том машинально подхватил ее за плечо, чтобы не дать упасть. В этот краткий миг его ладонь ощутила на ее спине цепочку мелких выпуклостей, будто уходящих под кожу вдоль позвоночника.

Том отдернул руку. Анна встревоженно взглянула на него обычными глазами, снова ставшими серебристыми.

— Ты в порядке? — спросил он.

Она кивнула и отвернулась, избегая взгляда.

— Я понял, — прошептал он вслух, стараясь скрыть охвативший его ужас. — Я передам Чарли. Мы что-нибудь придумаем.

Анна улыбнулась, сделала вид, что поправляет платье, такое старомодное, будто его достали из бункера богатеев прошлого века, и развернулась к зданию, куда уже направлялся сопровождающий ее охранник. Том остался стоять у автомата.

Он смотрел вслед уходящей девочке и четко осознавал, что теперь его дело касалось не только мести или личных проблем. Анна была частью чего-то намного более серьезного и страшного, чем он мог представить, и это меняло все.

«В какое же дерьмо я ввязался?» — мрачно подумал Том, глядя, как ее тонкая фигурка скрывается за дверями здания.

Человек бесцеремонно выдирает чип из его руки и уходит считывать данные. По плечу горячей дорожкой течет кровь, Том думает только о том, как отчаянно хочется ее почесать. Связанные руки не дают.

Крыса, так Том прозвал нового лаборанта, стоит у стола и насвистывает что-то мерзко-занудное. Охранник заходит с раздражением, не скрывая неприязни к лаборанту.

— Опять ничего, да? — ухмыляется он, демонстрируя кривые зубы.

— Не твоего ума дело, — огрызается Крыса.

Охранник отключает фиксаторы, грубо поднимает Тома за шиворот, заставляя идти к двери. Проходя мимо стола, Том замечает окровавленный чип, совсем не похожий на те, что стоят в коммуникаторах. Люди называют «чипами» все, чего не понимают.

Удар прикладом подгоняет вперед. Сознание мутнеет, Том едва регистрирует происходящее.

— Зачем с ними возимся? — ворчит охранник. — Толку ноль.

— Бракованный. Сказали — больше не нужен.

«Убьют», — понимает Том без сожалений. Равнодушие вдруг сменяется ярким желанием мести.

«Ошейник» с новой силой впивается в спину, напоминая о себе. Его ножки вокруг позвонков такие тонкие, что их невозможно ощутить, но Том чувствует каждую. В голове царит пустота. На действие у него доля секунды, пока охранник проходит в комнату, больше времени ему не дадут. Короткая сладкая месть.

Он вскидывает связанные руки вверх и бросается на человека, прижимая того к косяку, изо всех сил толкает его голову прямо на острый угол.

Разряд от ошейника прошибает каждую клетку насквозь, и Том словно со стороны видит, как оседает на пол его собственное тело.

Над головой надрывается сирена.