Глава пятнадцатая

Я сидел в гостиной Софии, в темноте, освещённой только тусклым светом уличных фонарей, проникающим через огромные окна. Она давно ушла спать, а я всё ещё прокручивал в голове звонок от Шрама. Его голос, как ржавый гвоздь, врезался в память, и каждое слово било по нервам. Три дня. Документы. Аня. София. Я чувствовал, как ловушка затягивается, и впервые за долгое время не видел выхода.

Я достал телефон и набрал Малого. Он ответил после второго гудка, его голос был сонным, но настороженным.

— Ром, ты знаешь, сколько времени? — пробурчал он.

— Знаю, — ответил я, глядя на тёмный силуэт города за окном. — Шрам звонил.

На том конце линии повисла тишина, а потом Малой выругался так, что я почти улыбнулся. Почти.

— Что он хочет? — спросил он, уже полностью проснувшись.

— Документы. Из сейфа Софии. Говорит, там что-то, что ему нужно. И если я не принесу, он доберётся до Ани. И до неё.

Малой присвистнул. — Серьёзно влип, брат. Ты хоть знаешь, что в этом сейфе?

— Понятия не имею, — я потёр виски, чувствуя, как головная боль начинает пульсировать. — Но Шрам не из тех, кто блефует. Если он знает про сейф, значит, там что-то важное. И я должен выяснить, что.

— Слушай, Ром, — голос Малого стал серьёзнее. — Ты не можешь просто вломиться в её сейф. Это не только предательство, это самоубийство. Если она узнает, ты потеряешь её доверие. А если там что-то, что может навредить ей или её семье… ты вообще понимаешь, во что ввязываешься?

— Понимаю, — огрызнулся я. — Но у меня нет выбора. Если я не сделаю, что он хочет, он начнёт с Ани. А я не могу этого допустить.

Малой замолчал, и я знал, что он думает о том же, о чём и я. Аня. Моя бывшая. Женщина, которая когда-то была всем моим миром, пока я не разрушил всё, что между нами было. Она ушла, но я всё ещё чувствовал за неё ответственность. Если Шрам доберётся до неё, это будет на моей совести. Но София… Она тоже была под моей защитой. И, чёрт возьми, она начинала значить для меня больше, чем просто работа.

— Ладно, — наконец сказал Малой. — Я попробую что-нибудь разузнать про этот сейф. Может, найду, что там может быть. Но тебе нужно поговорить с Софией. Если она знает, что в сейфе, это может всё упростить. Или усложнить. Но скрывать от неё — плохая идея.

— Я подумаю, — ответил я, хотя знал, что не готов к этому разговору. Как объяснить Софии, что человек из моего прошлого угрожает её жизни? Как сказать, что я, возможно, стану тем, кто её предаст? И как, чёрт возьми, упомянуть Аню, не открывая старые раны, которые до сих пор кровоточили?

Я закончил разговор и откинулся на диване, глядя в потолок. Тишина квартиры давила, как будто стены знали больше, чем я. Где-то там, за этими стенами, был Шрам, Дмитрий, бабушка с её теневыми связями. И все они тянули свои нити, а я был в центре их паутины.

Утро пришло слишком быстро. София вышла из спальни, одетая в шёлковый халат, который, несмотря на его простоту, выглядел на ней так, будто она собиралась на подиум. Её волосы были собраны в небрежный пучок, но даже это не могло скрыть её магнетизма. Она посмотрела на меня, прищурившись.

— Ты вообще спал? — спросила она, направляясь к кофеварке.

— Немного, — соврал я, хотя не сомкнул глаз. — Как ты?

— Как человек, который вчера перебрал с коктейлями, — она усмехнулась, но её глаза были серьёзными. — Что-то не так, Роман. Ты выглядишь, как будто готов кого-то убить.

Я невольно напрягся. Она видела меня насквозь, и это пугало. Я мог скрывать свои мысли от Шрама, от Малого, даже от самого себя. Но от неё? Она была как рентген.

— Просто думаю о деле, — уклончиво ответил я, вставая и подходя к окну. — Много всего навалилось.

— Например? — она повернулась, держа чашку кофе в руках, и её взгляд стал острым, как лезвие. — Ты обещал, что мы теперь команда. Так что выкладывай.

Я сжал кулаки, борясь с желанием рассказать ей всё. Про Шрама, про документы, про Аню — мою бывшую, которую я подвёл, но всё ещё пытался защитить. Но вместо этого я сказал:

— Дмитрий. Малой нашёл кое-что. Он в девяностых был по уши в криминале. И его люди, возможно, связаны с теми, кто на тебя охотится. Но это не всё. Твоя бабушка… Она тоже не так проста. У неё свои связи, свои игры. Ты знала об этом?

Её лицо изменилось. Улыбка исчезла, и я увидел, как её пальцы сжали чашку чуть сильнее. Она молчала несколько секунд, а потом поставила кофе на стол и скрестила руки.

— Бабушка всегда была… сложной, — сказала она медленно. — Она никогда не любила Дмитрия, но он её сын. Она защищает его, даже если не одобряет. Но чтобы она была замешана в чём-то таком… Нет, я бы знала.

— Ты уверена? — я шагнул ближе, глядя ей в глаза. — Потому что Малой нашёл следы её встреч с людьми, которые работают на теневой стороне. И если она знает больше, чем говорит, это может быть ключом ко всему.

София отвернулась, её взгляд скользнул к окну. Я видел, как её плечи напряглись, как будто она пыталась удержать что-то внутри. Наконец, она повернулась ко мне.

— У бабушки есть сейф, — сказала она тихо. — В её кабинете. Она никогда не говорила, что там, но я знаю, что он важен. Она всегда проверяла, заперт ли он, даже когда думала, что я не смотрю. Если там что-то, связанное с Дмитрием… или с кем-то ещё… это может быть ответом.

Я замер, чувствуя, как кровь стынет в жилах. Сейф. Тот самый, о котором говорил Шрам. София не знала, что я уже в курсе, и это делало всё ещё хуже. Я должен был решить: рассказать ей правду или продолжать играть в молчанку, пока не найду способ защитить и её, и Аню.

— Ты знаешь код? — спросил я, стараясь держать голос нейтральным.

Она покачала головой. — Нет. Она никогда мне не доверяла настолько. Но… — она замялась, её взгляд стал настороженным. — Почему ты спрашиваешь? Что ты скрываешь, Роман?

Я сжал челюсть, чувствуя, как её вопрос бьёт прямо в цель. Она была слишком умна, чтобы не заметить моей реакции. Но я не мог рассказать ей всё. Не сейчас. Не когда Шрам дышал мне в затылок, а Аня была под ударом.

— Ничего, — сказал я, отводя взгляд. — Просто пытаюсь понять, как нам двигаться дальше. Если в этом сейфе есть что-то, что может объяснить, почему на тебя охотятся, нам нужно это узнать.

Она смотрела на меня ещё несколько секунд, и я чувствовал, как её взгляд прожигает дыру в моей броне. Наконец, она кивнула, но я знал, что она мне не поверила.

— Хорошо, — сказала она холодно. — Но если ты врёшь, Роман, я узнаю. И тогда тебе не понравится, что будет дальше.

Она взяла свою чашку и ушла в спальню, оставив меня одного с тяжестью её слов и угроз Шрама. Я должен был найти способ открыть этот сейф, не разрушая всё, что между нами начинало зарождаться. Но с каждой секундой я всё больше понимал, что это почти невозможно. Аня была моим прошлым, София — настоящим, а Шрам — тенью, которая могла уничтожить и то, и другое.

Я достал телефон и написал Малому: «Узнай всё про сейф Елизаветы Петровны. И проверь, где сейчас Аня. Она в опасности?». Отправив сообщение, я посмотрел на закрытую дверь спальни Софии. Она была права — мы команда. Но я не был уверен, смогу ли я остаться в этой команде, если Шрам сделает свой ход.