Эпилог

Дарина Мама уже год живёт с Линелем. Он предложил ей переехать в свою небольшую квартиру, но она отказалась. У моря жить гораздо комфортнее, чем в небоскрёбе. Они сначала ютились в нашем старом доме. Через полгода в конце улицы выставили на продажу большой особняк, и Линель купил его для семьи. От старого жилья избавляться не стали. Дети подрастут – им понадобится. У мамочки родились двое здоровых малышей: мальчик и девочка. Я видела, как Линель был счастлив, когда впервые увидел их. Я тоже счастлива. У мамы всё хорошо. – Дара, ты опять задумалась, – сказал Анжи. Мы с супругом играли в шахматы, коротая вечер выходного дня у камина. Часто проводили зимнее время тут. – Я вспомнила маму и деток. Чувствую, что во мне пробуждается жажда иметь своих малышей. Мама была права: у любой женщины наступает такой момент. Подождём до лета и снова поедем на чудесный остров. Я хочу зачать нашего малыша именно там, а пока продолжу пить противозачаточные таблетки, – сказала я. – Дара, во время беременности ты можешь посещать институт, а после родов мы наймём няню, чтобы ты смогла учиться и не брать отпуск. У твоей мамы своих малышей двое. Она не сможет возиться ещё и с нашим, – сказал Анжи. – Зачем няню? Я ещё не настолько древний, чтобы не позаботиться о малыше. Мы уже всё решили. Если у вас будут детишки, три няньки наготове. Я, Дики и Эли. Кто, кроме нас, будет холить и лелеять наследников графа Ноланда? – сказал дядюшка, сидевший на диване. Анжи захохотал в ответ. – Слышишь, Дара? Наши слуги уже всё за нас решили. На самом деле я очень благодарен, дядюшка. Лучше вас никто не позаботится. И я вам доверяю. – Ну вот, всё решилось как можно лучше, – улыбнулась я. Дядюшка смотрел новости. Мы играли в шахматы. С некоторых пор старик часто проводил вечера с нами. Иногда присоединялись Дики и Эли. В такие дни мы играли в лото на мелкие монеты, оставшиеся со старых времён. Удивительно, но в нашем доме царила атмосфера тепла ко всем, кто тут живёт, независимо от статуса. Мы с Анжи ходили в гости на званые вечера к богатым людям. Там всё было не так. Нет того добродушия и доверия между слугами и господами. Все вели себя подчëркнуто отстранëнно и холодно. У нас дядюшка мог заболеть – и Анжи сам ухаживал за ним. Дики случайно поранил руку, а Эли ездила на рынок в это время. Я перевязывала рану садовника, и Анжи мне помогал. Я даже не представляю, что когда-то мой супруг был агрессивным и мог наорать без причины. Скорее всего, из-за этого менялись горничные, но самые стойкие слуги остались. За это они получили в награду не только хорошего господина, но и друга. За год многое изменилось, наша с Анжи любовь только крепла, особенно после того, как он исполнил клятву и посадил в мою честь яблоню нового сорта. Ещё я узнала, что фруктов и ягод очень много. Эли делала заготовки на зиму. Что-то забрали мама и Линель. Остальное Анжи носил на работу и оставлял в комнате отдыха для всех сотрудников. Он так делал каждый год, чтобы ничего не пропало. Я сама помогала ему собирать корзинку, которую супруг каждый день возил на работу. Люблю его бесконечно и до самой смерти не устану восхищаться его добротой и благородством. Анжи Год с Дарой – умиротворяющий и насыщенный безграничной любовью. Я не перестану любоваться ею. Когда-то я говорил, что как только Дара родит, я заберу дитя, а с ней расстанусь. Потом я влюбился, и уже не представляю себе жизни без неё. В отличие от других бедных людей, по счастливому случаю вышедших замуж за богатых, Дарина не сделалась снобом. Она всё та же милая и добрая девушка. Старается осчастливить всех своей помощью. Нужно помочь собрать урожай в саду? Она – первая. Эли не успевает с обедом для гостей? Она тут как тут. Сейчас Дара сказала, что вскоре мы можем завести детей. На улице январь и до лета осталось подождать не так много времени. Я улыбнулся, вспоминая, как мы провели этим летом две недели на острове. Учил её плавать, печь рыбу на костре. Мы занимались сексом на пляже, так как были на острове одни. Дара хочет повторить, а я бы ездил туда каждый год. По возможности так и будет, мы станем уединяться от всех, чтобы насладиться друг другом. – Запланируем наш отпуск на август, – заявила Дарина. – Почему так поздно? – удивился я. – А у нас со следующего года практика начинается. Поэтому будет только месяц каникул. Тебе шах и мат, Анжи, – хохотнула Дара. – Как это у тебя получается? Я редко побеждаю, – фыркнул я. – Я же выиграла международную олимпиаду по математике. Шахматы для меня – детская игра. – Тогда с тобой играть неинтересно. Ты, наверное, поддаëшься мне иногда, чтобы не так обидно было, – недовольно сказал я. – Не сердись, милый. Давай вместо шахмат купим карты и будем играть в них. Дара подошла ко мне и чмокнула в кончик носа. – На самом деле у меня есть карты, когда-то играли с отцом Анжи. Я бы к вам присоединился и научил. Знаю много игр, – неожиданно произнёс дядюшка. – А это идея. Я не знал, что папа играл в карты, – я удивлённо посмотрел на Николсона. – Хах, ещё бы. Я, Дики и господин играли тайком от госпожи. Она считала карты злом. Возможно потому, что её отец в своё время чуть состояние в карты не проиграл. Мы же играли на интерес. Например, кто проиграл, идёт помогать Эли чистить картошку. Представляешь, Анжи, в каком шоке была твоя мама, когда её супругу ни с того ни с сего жутко захотел помочь кухарке, – смеясь ответил дядюшка. Все дружно захохотали. Ситуация действительно выглядела комической. Дядюшка хлопнул себя по коленям, сказал, что пора спать, и ушёл. Я взял Дару за руку, потащил в нашу комнату. Уезжал по делам на четыре дня, вернулся сегодня. За это время я так соскучился по любимой, что еле дождался ночи. Мы зашли в спальню и тут же принялись раздевать друг друга. – Ты специально мурыжила меня до вечера? – спросил я. – Да, сначала томительное ожидание, а потом секс кажется слаще. Дара толкнула меня на кровать. Я растянулся на спине, расставив руки в стороны. Она тут же забралась на меня и поцеловала. Моё сердце забилось от восторга. Оно никогда не перестанет радоваться, когда мы женой вместе. Навсегда вместе.