ГЛАВА 23

Утром, обняв подушку, я снова вспомнила ночное свидание в мельчайших подробностях и поймала себя на том, что глупо улыбаюсь. Стоило лишь представить, как Паул прикоснулся губами к моему запястью, поблагодарив за помощь, и меня охватывал ураган эмоций, и я не могла бы с точностью сказать, каких чувств больше в этом вихре. Мне было и страшно и интересно общаться с этим магом. Да ещё и таким непривычным образом, через сны. Его голос и взгляды затрагивали что-то в моей душе, и хотелось узнать о Пауле больше. И в то же время благоразумие предостерегало меня от излишнего любопытства и напоминало об осторожности. Но я была уверена, как никогда, что ни слова лжи не прозвучало вчера из уст Паула.

Когда я всё-таки вышла к завтраку, Ядвига тут же поинтересовалась:

— Роберта, ты какая-то взволнованная. У тебя всё в порядке?

— Да. Просто не терпится скорее отправиться в Чумыр, — постаралась я придать своему голосу беззаботности.

Впрочем, долго ждать не пришлось. Сразу после завтрака мы с дочкой коменданта снова прошли к воротам, где нас уже ждал крытый экипаж.

Аптекарская лавка располагалась прямо в доме аптекаря, господина Жано. Очень удобно, на мой взгляд. Спустился со второго этажа, и ты уже на рабочем месте. Терпкий травяной аромат, царивший в лавке, наглядно показывал увлечение господина Жано. Здесь можно не только приобрести микстуры и порошки от какой-нибудь болячки, но и запастись лекарственными травами.

Ядвига, которая, казалось, знала всех владельцев лавок и салонов Чумыра, представила меня аптекарю, и тот ответил мне вежливой улыбкой и любезным взглядом. А когда я озвучила список нужных мне трав и корешков, взгляд стал заинтересованным.

— Хм, госпожа Клорр, да вы хорошо разбираетесь в лекарственных травах? Давненько у меня ничего подобного не заказывали.

— А ещё мне нужны семена Огневицы.

Аптекарь перегнулся своей сухощавой фигурой через прилавок и проникновенно произнёс:

— Вы меня заинтриговали, госпожа Клорр.

Он бы, наверное, и ещё что-нибудь добавил. Но тут за его спиной появилась госпожа Жано, которая смерила супруга суровым взглядом, и аптекарь напустил на себя вид деловой и занятой.

Кое-что из ингредиентов получилось купить сразу же. На остальное пришлось оформлять заказ, что несколько огорчило меня. Зато семена Огневицы мне выдали совершенно бесплатно, целый кулек. Оказалось, этого добра в каждом доме Чумыра хватает с запасом.

Когда мы возвращались обратно в замок, Ядвига кивнула на кулек с семенами и, смеясь, спросила:

— Ну и что ты будешь делать со всем этим?

— Посажу. Только вот… Минди предупредила, что близится время холодов. Слушай, а если я попрошу у коменданта деревянные ящики, наполненные землей, он поможет? Понимаешь, если сейчас посеять семена Огневицы в ящики и поставить их в теплое место, они взойдут. А когда холода пройдут, можно будет высадить Огневицу на пустырь.

— Думаю, отец не откажет. А ты уверена, что Огневица не засохнет на пустыре?

— Метелка же не засохла. Цвести собирается. Вот и Огневица выживет. А я помогу.

Поговорить с комендантом получилось после обеда. К моей радости, господин Намзини не стал выспрашивать, для чего мне понадобились ящики с землей. Видимо, решил, что проще сразу согласиться, чем вникать в подробности.

— Хорошо, госпожа Клорр. Завтра вам принесут ящики.

— Прекрасно. Господин Намзини, а можно попросить, чтобы землю набрали не с пустыря, а за замковой стеной?

— Можно.

Ну вот, теперь можно было снова отправиться к заветному стеллажу в библиотеке. Ядвига, заметив, с каким интересом я перебираю книги, не удержалась и подсела ко мне на диванчик для читателей.

— Ты ищешь что-то конкретное?

Я помотала головой:

— Нет, но тут собраны книги на самые разные темы. И как показывает история со справочником зелий, никогда не знаешь, где и какую ценную информацию найдешь. И раз уж мне посчастливилось наткнуться на эти книги, я не собираюсь терять такой шанс. Вдруг, отыщется ещё способ избавить тебя от шрамов, если зелью ты не доверяешь?

Ядвига неожиданно грустно улыбнулась и проговорила:

— А может мне и не нужно избавляться от этих шрамов? Может, всё правильно?

Это было что-то странное. Я вгляделась в лицо подруги и заметила блеснувшие слёзы в глазах Ядвиги.

— Так, это что за пессимизм и уныние? С чего вдруг такие мысли?

Приятельница вздохнула и ответила:

— Я тайком от отца пару лет назад списалась с бабушкой. Маминой мамой. Понимаешь, по крайне мере в пяти поколениях проявилась эта дурная наследственность. Сама бабушка не оборачивается в зверя, но моя прабабка умела это делать. С ней это случилось через месяц после свадьбы. С моей мамой случилось впервые, когда она вошла в пору цветения. У меня до сих пор нет никаких проявлений наследственности. Но вдруг я, как и прабабка, начну оборачиваться после свадьбы? И что тогда? Моя мама в облике зверя совершенно не осознавала себя, так бабушка написала. А если я повторю мамину судьбу и покалечу своих близких? Да даже если я, как бабушка, не стану оборачиваться, я передам эту проклятую наследственность своей дочери. Может, шрамы это некий знак, предостережение, что пора положить этому конец? И мне стоит забыть о своих мечтах, о большой и дружной семье и посвятить себя чему-нибудь другому? Вдруг, этот замок единственное место в королевстве, где от меня есть хоть какой-то толк? Должность смотрителя библиотеки вполне приличная и уважаемая.

— А при чем тут шрамы? Как это связано с наследственностью?

— А шрамы отпугивают потенциальных женихов. И даже если мне кто-то приглянется, мужчина, скорее всего, пройдет стороной, да ещё и осенит себя защитным знаком. Может, все оставить, как есть?

— Знаешь, Ядвига, в твоих словах есть логика. Но с другой стороны… Вот смотри, с моей магией не все благополучно. Господин Эриус считает, что я могу даже представлять опасность. И что же, мне теперь запереться в четырех стенах и людям на глаза не показываться? Нет. Я всё равно надеюсь стать полноценным магом, изучаю магические книги, вдруг в какой-нибудь из них я что-то полезное найду. Вот и ты не должна себя обрекать на одиночество! Мы избавимся от этих шрамов. А дальше видно будет. Настоящий мужчина не испугается странной наследственности. Ты бы знала, какой мерзкий характер бывает у самых обычных женщин, но и те замуж выходят, — тут я вспомнила Лилию Уинксон.

Слезы из глаз Ядвиги всё-таки полились. Она громко всхлипнула и обняла меня:

— Спасибо, Роберта.

Я неожиданно сама захлюпала носом. Так мы и сидели, обнявшись, синхронно шмыгая носом, пока из стеллажа не высунулась голова графа Форвейн. Призрак посмотрел на нашу ревущую компанию и хмыкнул:

— Дурынды.

* * *

Этой ночью свидания с Паулом не случилось. И утром я неожиданно для себя почувствовала разочарование. Хотя, с чего я решила, что Паул будет теперь являться ко мне во снах каждую ночь? У него же какие-то планы по возвращению своего честного имени. Да и вообще, он прошлой ночью четко дал понять, что ему от меня нужно — сеанс магического воздействия. И судя по тому, что не явился за добавкой, всё у него в порядке. И всё-таки червячок обиды грыз изнутри. Но я постаралась отмахнуться от грустных мыслей. У меня у самой дел невпроворот. Огневицу посадить, хотя бы. Метелку на пустыре проведать. И я ещё так и не решила, что с жутью делать. Нажаловаться на неё в департамент или махнуть рукой и пусть себе расползается? А ещё в библиотеке меня дожидается целый стеллаж с книгами по магии.

После завтрака привычную тишину и уют женской половины нарушило появление двух крепких мужчин в одежде мастеровых. Мужчины несли ящики с землёй и при этом громко топали сапогами, распространяли запах табака и пота. А в довершении громогласно поинтересовались, кто тут ящики просил. Минди от увиденного, услышанного и унюханного чуть чувств не лишилась.

Работа нашлась всем. Пока Кора и Ядвига спорили, где лучше поставить ящики, мы с Минди колдовали над семенами. Точнее, колдовала я, под чутким присмотром экономки. Отсыпать нужное количество семян из кулечка. Положить их в блюдечко с водой, щедро сдобрить магией и наблюдать, как семена прямо на глазах разбухают и из них осторожно вылезают на свет бледно-зеленые росточки. Ну вот, теперь можно и в землю сажать.

А когда с посадкой было закончено, Минди снова огорошила:

— Роберта, вас ждет господин Эриус.

Ах да, мы же с ним договаривались о магическом осмотре. Только я думала, оно состоится завтра. А с другой стороны, какая разница: сегодня или завтра. Если уж Теобальд хочет вынести мне приговор, то пусть не откладывает.

На пустыре я поздоровалась с метелкой и ласково погладила её по стволу. Выглядело моё чудо дерево замечательно. Полураспустившиеся бутоны радовали глаз яркими лепестками алого цвета. Красота!

Эриус встретил меня деловитым кивком и сразу указал на кушетку.

— Я думаю, будет лучше, если вы приляжете, Роберта. Иногда в процессе осмотра случаются головокружения.

Я присела на кушетку и принялась расшнуровывать свои ботинки.

— А это безболезненно?

Эриус кивнул:

— Вполне. Магия целителя довольно легко переносится всеми магами, за редким исключением. И вообще удивительно, что целитель в институте не озаботился вашим полным обследованием.

О, наш институтский целитель, при моём появлении каждый раз за сердце хватался. Моё обследование он бы просто не пережил.

Я удобно расположилась на кушетке. Эриус присел рядом. Я снова почувствовала неловкость. Да что же такое-то! Закрыла глаза, чтобы Теобальд своим идеальным видом не будоражил мои комплексы.

Его пальцы коснулись моих висков. Внутренним взором я увидела, как поток магии Эриуса сливается с моим. Это действительно произошло безболезненно. По телу пробежали теплые волны, что я расценила как хороший знак. Если бы моя магия была тёмной, то она бы вступила в противоборство со светлой магией целителя.

Я расслабилась, чуть ли не задремала, пока Эриус исследовал полноту моих магических потоков, их целостность и активность. Но вдруг почувствовала небольшое жжение в районе солнечного сплетения. Распахнула глаза и наткнулась на предупреждающий взгляд целителя. Значит, нужно терпеть и не хныкать. Жжение усиливалось и причиняло ощутимый дискомфорт. Одна рука целителя переместилась на мой живот и, надавив на болезненную точку, уняла боль. И только после этого завершился осмотр.

Я не решалась задать интересующий меня вопрос. Выглядел Эриус озадаченно, и я не могла понять хорошо это или плохо. Я переместилась с кушетки в кресло для посетителей и ждала, когда Эриус соизволит поделиться со мной результатами осмотра.

— Роберта, а какой магией владели ваши родственники? — целитель, наконец, решил нарушить молчание.

— Если бы я знала. Магия у нас наследуется только по маминой линии. Но ни мама, ни бабушка магами не были. Бабушка, конечно, рассказывала о магах в нашей семье, но какой именно магией они владели, не говорила.

— А полные имена этих магов родственников вы знаете? Все маги регистрируются в департаменте. И если отправить запрос, то можно узнать какая именно магия преобладает в вашей семье.

— Полные имена? Нет, не знаю. Хотя… Одно знаю. Бабушкина сестра и она точно была магом! Матильда Энн!

Взгляд Эриуса стал недоверчиво-удивлённым:

— Как?! Матильда Энн? Вы уверены, Роберта?

— Конечно, уверена! Именно Матильда Энн оставила мне в наследство свою квартиру в Ритау. А что вас так удивляет, Теобальд?

— Матильда Энн. Именно так звали возлюбленную моего деда. Та самая девушка с нестандартной магией, которая исчезла в неизвестном направлении.

Теперь настала моя очередь удивляться. Нечего себе совпадение.

— Как давно умерла Матильда? — Эриус откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди.

— Чуть больше трех месяцев назад.

— Хм. Она пережила моего деда всего на месяц. Словно чувствовала. И как она жила все эти годы? Где скрывалась?

— Я ничего не знаю о ней. О её существовании я узнала после смерти Матильды, когда пришло письмо от её нотариуса. И кстати, на мой вопрос, какой магией владела моя родственница, он не ответил. Сказал, что хранит секреты своих клиентов и после их смерти. Значит, он знал, что у Матильды нестандартная сила. Но почему в нашей семье два мага подряд с нестандартной силой? И что там с результатами обследования?

Теобальд оперся локтями на стол и коснулся подбородком сложенных в замок пальцев.

— Ваша сила, Роберта, состоит из двух потоков. Первый — эта та магия, которой вы снимаете боль или выращиваете метлы на пустыре. Этот поток магии в полном порядке. А вот второй… То, что я изначально принял за стихийную магию огня, на самом деле таковой не является. Это боевая магия, Роберта. И этот второй поток заблокирован первым. Потому что в вас соединились две взаимоисключающие силы. Тёмная боевая магия и светлая магия жизни. К вашему счастью, Роберта, магия жизни у вас оказалась сильнее. Именно она не дает боевой магии проявить себя, иначе вас попросту бы разорвало на кусочки. У вас невероятно сильная магия жизни. Но проблема в том, что она тратится на блокировку второго потока. Именно поэтому у вас так легко наступает магическое истощение. И вам нельзя испытывать сильные потрясения, иначе боевая магия может пробить блок и выплеснуться мощным рывком.

Я сидела оглушенная. И никак не могла осознать услышанное. Боевая магия?! У меня?! Да я до недавнего времени никак не могла себя защитить! Но владение магией жизни казалось ещё большей выдумкой. Маг жизни! Да эти маги наперечет во всем королевстве. Они обучаются в Королевской Магической Академии и ценятся сильнее всех остальных магов! Что-то Эриус напутал. Ну откуда у меня… У меня, у Роберты Клорр, которая в институте не смогла освоить ни одну специализацию!

— Эриус, вы уверены? Вы не могли ошибиться?

— Других вариантов нет. Но, разумеется, я бы посоветовал пройти магическое обследование у лучших магистров королевства. В любом случае, Роберта, пока часть магии жизни тратится на блокировку потока боевой магии, вы остаетесь владельцем нестандартной силы. Способов изменить то, что в вас заложила природа, нет.