Глава 53 Соблазнение ч.2 18+
Прежде чем я успела осознать, он оказался рядом. Его мозолистые ладони легли поверх моих рук, накрывая их, непреклонно разводя в стороны, не давая опустить платье.
— Продолжай, — выдохнул он, и в этом слове было столько сдерживаемой страсти.
Торин действовал быстро и решительно: подхватил мои ступни, ставя их на край дивана и разводя колени максимально широко. Я оказалась полностью раскрыта напротив него, в самом центре гостиной. Сам же он вернулся в кресло, подался вперёд и упёрся локтями в колени. Его взгляд, тяжёлый и немигающий, буквально впился в мою намокшую, пульсирующую плоть.
— Опусти свою руку, — приказал он, и его голос вибрировал от сдерживаемого напряжения. — И продолжи то, на чём остановились. Я хочу видеть всё.
Я замерла, чувствуя, как стыд всё ещё обжигал щёки румянцем, но под его жадным, почти осязаемым взором моё тело предательски заныло от новой волны желания.
— Ты хочешь, чтобы я… — начала я, еле слышно, не в силах закончить фразу.
— У меня слишком долго не было женщины, — перебил он, смотря мне прямо в глаза с какой-то пугающей, первобытной честностью. — С того самого момента, как Мирей появился в моей жизни. И если я дотронусь до тебя сейчас, Арианна… если я позволю себе хотя бы один вдох твоей кожи, всё закончится позорно быстро. А я хочу запомнить каждую секунду того, как ты раскрываешься. Поэтому, пожалуйста… опусти руку. Потрогай себя для меня.
Его признание подействовало на меня сильнее любого афродизиака. Я медленно, не отводя взгляда от его полыхающих глаз, опустила руку вниз. Влажный, едва слышный всхлип плоти в тишине комнаты заставил Торина судорожно сглотнуть. Его широкие ладони вцепились в подлокотники кресла с такой силой, что дерево жалобно застонало.
— Да… именно так, — прохрипел он, подаваясь ещё ближе, так что его лицо оказалось почти на уровне моих раздвинутых колен.
Я медленно, кругами, начала водить по чувствительной точке, размазывая сок желания — это было невыносимо интимно, быть выставленной напоказ под таким взглядом.
— Ещё, — выдохнул он, и я увидела, как на его лбу выступила испарина. — Дай мне услышать, как сильно ты меня хочешь.
Я ввела два пальца в себя, имитируя недавний ритм Ристана, и мой громкий стон отразился от стен. Торин смотрел, не мигая, его зрачки почти затопили радужку, и я поняла, что эта пытка ожиданием доставляет ему не меньшее удовольствие, чем мне.
В какой-то момент его дыхание стало совсем рваным, рука метнулась к ремню — одним резким движением он расстегнул пряжку и приспустил штаны, не вставая с кресла. Его налитое мужское естество вырвалось на свободу. Я на секунду замерла, пораженная его размерами и мощью. Торин обхватил себя ладонью и начал двигаться в такт моим пальцам, кулак скользил жёстко, ритмично.
— Не останавливайся, Ари… — прорычал он, и его голос теперь напоминал скрежет камня о камень. — Смотри, что ты со мной делаешь.
Это зрелище — мягкий, обычно такой сдержанный Торин, который сейчас, не таясь, доставлял себе удовольствие, глядя на мою наготу, — окончательно выбило почву у меня из-под ног. Я ускорила темп, мои бёдра начали мелко дрожать, а стоны перешли в прерывистые всхлипы.
— Ещё один, Ари… Пожалуйста, — прохрипел Торин, и его голос сорвался на низкий, вибрирующий стон. — Добавь третий. Я хочу видеть, как ты растягиваешь себя для меня.
Его рука двигалась по его плоти всё быстрее, а взгляд стал почти безумным, затуманенным нахлынувшей страстью. Он буквально пожирал глазами то, как я, подчиняясь, ввела третий палец. Влажный всхлип заставил его тело конвульсивно дернуться в кресле.
— Скоро я буду также заполнять тебя, — выдохнул он, пот скатывался по вискам.
Торин не сводил взгляда с моих разведенных ног, его рука работала в бешеном ритме, и я видела, как он подается всем телом вперед, едва удерживаясь, чтобы не сорваться с места.
— Не останавливайся… Я хочу кончить вместе с тобой, глядя на то, как ты изнываешь по мне.
Резкий, гортанный рык Торина слился с моим финальным вскриком, когда нас затопило ослепительной вспышкой наслаждения. Он откинулся в кресле, тяжело дыша, и я видела, как его тело содрогается в мощной разрядке, пачкая ткань рубашки.
Я обмякла на диване, зрение застилала золотая пелена, колени продолжали дрожать. Не успела прийти в себя, сделать полный вдох, как тишину разорвал треск ткани — Торин одним рывком сорвал с себя испорченную рубашку, пуговицы градом рассыпались по ковру. Следом полетели брюки, и в следующее мгновение он, полностью нагой, упал передо мной на колени. Ладони властно раздвинули мои бёдра ещё шире, и он, не говоря ни слова, припал губами к центру моего пылающего лона.
— Торин… — мой выдох перешел в стон, когда я почувствовала жар его языка.
Он действовал с жадностью, словно дорвался до живительного источника. Язык, уверенно проходил по всей длине моих набухших складок, слизывая влагу и заставляя меня снова и снова выгибаться дугой. Каждый вдох обжигал чувствительную кожу, а когда его губы плотно обхватили мой клитор, я вскрикнула, зарываясь пальцами в его волосы.
Он не просто ласкал — он пил меня, заставляя бёдра мелко дрожать. Его ладони впились в мои ягодицы, придвигая меня на край дивана, чтобы иметь ещё более глубокий доступ. Когда он почувствовал, что я снова на пределе, то резко отстранился, оставляя меня пылающей и опустошенной.
Медленно поднявшись с колен и возвышаясь надо мной, он полностью снял платье, мягко откинул на спину, закинув мои ноги себе на плечи.
Когда я почувствовала его тяжелое мужское начало у самого входа, я невольно затаила дыхание. Торин вошел медленно, дюйм за дюймом, давая привыкнуть к его объёмам — он был заметно массивнее и толще, чем Ристан или Сайгрис. Я ощущала себя маленьким сосудом, в который вливают раскаленный металл. Казалось, он достает до самого моего сердца. Торин замер на мгновение, давая мне полностью принять его длину. Руки, впившиеся до белизны костяшек, легли на мягкую обивку дивана по обе стороны от моей головы.
— О боги… Торин… — мой голос сорвался на хриплый шёпот, когда я почувствовала это невероятное, почти болезненное ощущение переполненности.
Затем он начал движение. Каждый его толчок был неторопливым и глубоким, он вжимался в меня всем весом своего тела, заставляя меня чувствовать каждое мимолетное трение. Эта «медленная пытка» была невыносимо прекрасной: он не давал мне сорваться в крик сразу, намеренно растягивая удовольствие, заставляя меня изнывать от этой тягучей, всепоглощающей близости.
Этот ленивый, тягучий темп вытягивал из меня последние крохи самообладания. Торин двигался с пугающей уверенностью мастера, который никуда не спешит, наслаждаясь тем, как моё тело податливо растягивается под его напором. Каждый толчок был весомым, заполняющим до краев, заставляя меня мелко дрожать от этой мощи.
— Повернись, Ари… — выдохнул он мне в губы.
Он мягко, но решительно перевернул меня, заставляя встать на колени. Мои ладони покорно легли на мягкий ворс подлокотника дивана, пальцы судорожно впились в ткань, когда я почувствовала, как он снова пристраивается сзади. Торин вошёл одним плавным, бесконечно глубоким движением, заставив меня вскрикнуть и уткнуться лицом в изгиб локтя.
Этот угол сделал его присутствие ещё более ощутимым, почти запредельным. Он не спешил переходить к быстрому ритму, сохраняя ту же «ленивую» последовательность. Его руки легли мне на талию, удерживая и направляя, а сам он приник к моей спине, покрывая её поцелуями, перемежая их обжигающим шёпотом:
— Моя принцесса… такая тёплая, такая настоящая. Невероятная… — его губы коснулись чувствительной точки за ухом, и я почувствовала, как по позвоночнику пробежал разряд тока.
Не прерывая своего глубокого и размеренного ритма, он скользнул рукой вниз. Его пальцы сначала коснулись набухшего клитора, вызывая короткую вспышку острого наслаждения, собирая соки, а затем, едва ощутимо, переместились выше, очерчивая контур другой, еще не тронутой «дырочки».
Я невольно напряглась, бёдра инстинктивно сжались, а дыхание перехватило от пугающей новизны этого жеста.
— Тш-ш-ш… расслабься, — его голос у самого уха был похож на рокот. — Ты ведь сама этого хотела, я чувствую, как ты дрожишь…, доверься мне.
Я заставила себя сделать глубокий выдох, обмякая в его руках и вжимаясь ладонями в подлокотник. Почувствовав мою покорность, Торин медленно, с нажимом, скользнул подушечкой пальца внутрь тугого кольца. Ощущение было запредельным: двойное наполнение, растягивающее меня изнутри, создавало невероятный резонанс ощущений.
— Умница, — прошептал он, и его толчки стали чуть настойчивее, глубже.
Его палец двигался в такт его бёдрам, заставляя меня терять связь с реальностью. Это сочетание нежного шёпота, силы его тела и этой новой, дразнящей ласки вызвало внутри настоящий взрыв.
Я чувствовала, как мышцы внутри начинают судорожно сжиматься, пытаясь удержать его, как зрение застилает золотая пыль. Стон, переходящий в хриплый вскрик, вырвался из моего горла, когда оргазм накрыл меня сокрушительной, лишающей воли волной. Я содрогалась в его руках, чувствуя, как каждая клеточка тела плавится от этого бесконечного наслаждения.
Когда дрожь утихла, Торин сел на диван, откинувшись на спинку, и одним плавным движением перетянул меня к себе, усаживая сверху на свои бедра.
Он подался вперед, накрывая мои губы своими в упоительном, глубоком поцелуе. Я прильнула к нему всем телом, растворяясь в этом моменте абсолютного доверия. Его язык медленно исследовал мой рот, словно закрепляя союз, который только что свершился, между нами.
— Хочу закончить, глядя в твои глаза, — прохрипел Торин, чуть приподняв меня за талию, и с силой насадил на свой член.
Я начала медленно двигаться сама, положив руки на его плечи и заглядывая в самую глубь его полыхающих глаз. Он стал дразняще пощипывать мои соски, то сжимая их, то оттягивая, вызывая во мне новые искры электричества. Он недолго терпел эту медленную пытку. Его руки переместились на мои ягодицы, и он стал помогать мне, с каждым разом подбрасывая меня вверх и принимая обратно с оглушительной мощью.
Ритм стал неистовым, диким. Я видела, как ходят желваки на его скулах, как пот катится по его лбу, и чувствовала, что мы оба стоим на самом краю обрыва.
Последний мощный толчок — и мы одновременно рухнули в бездну. Торин издал победный, гортанный рык, его тело выгнулось струной, и я почувствовала, как горячая волна его семени наполняет меня, ставя финальную точку в этом безумном акте единения. Я прильнула к его плечу, кусая губы, чтобы не закричать.
Полностью обессиленные, мы лежали на широком диване, утопая в его мягкости. Торин, несмотря на собственную усталость, умудрился откуда-то достать одеяло и заботливо укрыл нас обоих.
— Это ведь была спланированная атака? — негромко спросил он, и в его голосе проскользнула лукавая нотка, хотя взгляд оставался серьезным. — Вы с Ристаном... всё это задумали заранее?
— А ты разве был против? В своё оправдание скажу: в детали меня тоже не посвятили, — приподнявшись на локтях, нежно погладила его щеку. — Знаешь, а ты, оказывается, можешь быть на удивление властным.
Его щеки тут же окрасились густым румянцем — удивительно, как этот мужчина, только что бравший меня с силой шторма, мог так смущаться от простых слов.
— Эм... ну... — он замялся, отводя взгляд на затухающие угли в камине. — Долгое воздержание даёт свои погрешности. Я… могу быть сдержаннее и мягче, если тебе вдруг не понравилось. Я не хотел тебя напугать своей... грубостью и напористостью.
Я прижала палец к его губам, пресекая оправдания.
— Торин, послушай. Тебе совершенно не нужно подстраиваться под мои желания или играть роль, которая тебе не близка. Я люблю тебя именно таким, какой ты есть: и нежным мастером, и этим первобытным мужчиной, который не знает пощады. Сегодня всё было идеально.
— Безумно люблю тебя Арианна, ты моя судьба, — прошептал он, зарываясь лицом в мои волосы.