Глава 25

Закрыв дверь, дракон прошел в конец коридора, прислонился спиной к холодной каменной колонне. Можно ликовать, даже в бесчувственной холодной льдинке он пробудил похоть. Долгожданная, манящая, соблазнительная победа была близка, он чувствовал ее запах на своих руках. Ардок приложил свои пальцы к носу, еще совсем недавно прикасавшиеся к девственным сокам нимфы, запах будоражил. Даже ее желание пахло особенно, выворачивая наизнанку, лишая покоя.

Он должен радоваться сегодняшней победе, но болезненная пульсация в паху мешала насладиться моментом. Как он выдержал, как удержал своего зверя в клетке, и не сорвался? Несколько раз, пока обвязывал, он был близок к тому, чтобы нанизать соблазнительное тело на свой орган и навсегда избавиться от раздирающей боли.

Что сдержало? Данное слово? Или репутация правителя? Не хотелось упасть в грязь лицом перед подданными? Или еще хуже перед ней? Преступницей, подлой, лживой ведьме, зачаровавшей его плоть!

Он должен выдержать все, довести игру до финальной точки, и после получить свое и навсегда поработить чудовище. Только вздувшийся возбужденный член, требовал немедленно вернуться в покои сирены, прижаться к обнаженному телу и утолить одержимый голод.

Ардок пробовал отвлечься, но мысли, то и дело возвращались к телу, словно специально созданному для него, рукой неизвестного злодея, чтобы поработить и навсегда забрать рассудок. Не должен он сын демона похоти, идти на зов своей плоти. Нет! Не допустимо! Ардок будет выше этого. И сирена только поможет закалить волю, а когда он получит свое, станет очередным ненужным и забытым трофеем для него.

Пока дракон пытался успокоить себя, он и не заметил, как очутился у ее двери. Погладил металлическую ручку, прислонился лбом к дереву, вдыхал ее аромат, такой близкий, только открой, только войди внутрь и она перед тобой, и в одночасье далекий. Не готова еще Мара, не пустит она его сейчас, не разведет свои стройные ножки по доброй воле. А переступить порог означает — показать слабость и раздразнить себя еще больше.

Нужно занять себя чем-то, а позже, возможно, и устроить себе ночь разрядки. Взять сразу тройку рабынь, и пусть ублажают. Ардок решительно отошел от двери, и направился в зал, где все еще продолжалась игра под руководством Калеба.

Дав знак продолжать, он подошел к Ариадне, и увел ее за руку. Необходимо разобраться, что с этой рабыней не так.

— Господин, ты вернулся за мной! — бестия просияла.

— Я решил самолично проводить тебя к лекарю, — ее одержимый взгляд начинал злить. Дракону хватило двух ночей проведенных с новой рабыней накануне. Теперь же он утратил интерес, и чем больше она навязывалась, тем сильнее возрастало желание держать ее на расстоянии.

— С тобой куда угодно! — бестия снова текла, что ж за напасть такая. Ардоку захотелось заткнуть нос, чтобы не слышать раздражающего запаха ее похоти.

Распахнув кабинет лекаря, он пропустил рабыню внутрь.

— Нэш, ты тут?

— Да, Ардок, что случил… — мужчина в белом халате вышел из-за белой перегородки, слова застряли в горле, глаза расширились. — Ариадна!

— Привет, старик! Я думала, твои кости уже гниют в земле, а ты оказывается, еще прислуживаешь! Держишься. Что ж похвально, — расправив плечи бестия, хотела казаться уверенней, чем было на самом деле.

— Не могу сказать, что рад тебя видеть, — лекарь поджал губы, — после всего горя, что ты принесла прошлому правителю. Не думал, что ты еще когда-то осмелишься появиться в замке!

— По старым долгам уже заплачено. Теперь я чиста и служу новому господину, — Ариадна прижалась обнаженным телом к руке дракона.

— Ардок! Можешь объяснить, что происходит?

— Она мне все рассказала. Я дал ей шанс. Только с Ариадной происходят странные вещи, нужно чтобы ты ее осмотрел, — он выложил полную версию событий, касающихся новой жительницы замка.

— Хм, ну прошу на осмотр, — Нэш почесал подбородок, — Только тут и так все ясно.