Глава 27

Ночью в замке было тихо. Никто не заметил отсутствия господина. И только в отдаленном крыле, за плотно закрытыми дверьми раздавались дикие крики.

— Я будущий врач, ученик Нэша, а не ваш личный раб. Отпустите меня немедленно! — Браули стоял на коленях, голый с закованными в колодки ногами и связанными сзади руками. Над ним кружил Калеб, время от времени больно щипая самые чувствительные участки тела. Будущий врач вскрикивал, и гневно смотрел на своего мучителя. — Я ничего подобного делать не буду!

— Будешь, еще как будешь! — мучитель достал баночку с каким-то снадобьем и стал обильно смазывать висячую плоть жертвы.

— Ай, печет! Перестаньте! — от мази орган начал оживать, увеличиваться в размерах.

Калеб только усмехнулся, доставая из черного ящика, странный металлический предмет, напоминавший член, со штырем посередине и с замками по бокам. Оскалившись, он приблизился и вставил штырь в уретру, и защелкнул замки. Браули взвыл, посмотрев на свой орган в капкане, и корчась от новых неприятных ощущений.

— Я все расскажу господину! Он этого так не оставит!

— Что расскажешь? Что мы с тобой развлекались? — Калеб нагнул парня лицом вниз, проводя рукой по его ягодицам.

— Все! И то, что вы просили меня сделать! Немедленно прекр… — угрозы оборвались на полуслове, когда мучитель ворвался между ягодиц. Двигался с остервенением, давая волю бушевавшим внутри демонам.

— Нет, ты не выйдешь отсюда, пока не дашь клятву верности! Пока не пообещаешь, исполнить все в точности как я сказал! — закрыв глаза от удовольствия, он наслаждался молодой тугой плотью будущего врача. Отверстие Браули было невинно, и мучитель раскрывал его для себя. Сатанея, впивался ногтями в спину, и чем больше сжималось отверстие, чем больше кричала жертва, тем сильнее нарастала его похоть. — Давно, я так не развлекался. Рабы слишком покорны. Ты другое дело!

Он выходил, и вновь врывался на полную длину, хотелось проткнуть тугую плоть, испить его нектар молодости и неопытности. Браули извивался, член горел огнем, ягодицы разрывались и слезы текли из глаз.

Когда будущий врач попал в замок, то мечтал о горячих рабынях, не прочь был познать и красивое мужское тело. Но и представить не мог такого исхода. Калеб со стоном кончил. Ему было мало хотелось еще продолжения.

— Сейчас я передохну, и продолжим, — процедил он, поднимая голову жертвы за волосы. — Это только разогрев, у нас с тобой бурная ночь впереди!

— Н…н…нееет! Я больше не вынесу! Отпустите меня, пожалуйста!

— Слишком рано, ты еще не созрел. Побежишь ябедничать, сорвешь мне планы. А нам ведь так хорошо с тобой! Твой зад буквально создан для меня! — Калеб действительно завелся, помимо своих целей, он хотел испить тело молодого двадцати трехлетнего паренька по полной. Сегодня ночью он не будет себе ни в чем отказывать.

Мучитель вставил распорку в рот Браули, и насладился им таким способом, вынуждая задыхаться, хрипеть и заливаться слезами. Что еще больше раззадорило его жажду, плоть, и не думала успокаиваться. Мужская сила только прибывала, полностью затмевая рассудок.

Когда распорка была снята, отплевывая сперму, корчась от отвращения и боли в паху, молодой врач прошептал:

— Я согласен! На все! Только хватит, отпустите!

— Вот видишь, а ты говорил, не хочу, не буду! — мучитель плотоядно засмеялся. — Я знал — мы договоримся.

— Все развяжите!

— Эээ, не так быстро, сладкий. Для начала усвой одно, ты выполняешь все, в точности как я сказал. Молчишь и никому не говоришь о нашей встрече. Иначе, хм… что ж иначе, — Калеб провел пальцем по плоти заключенной в капкан, — Иначе твой орган никогда не встанет. Ты не сможешь кончить, пока не выполнишь мою просьбу. А если проболтаешься, то я навсегда лишу тебя мужской силы. У моего колдуна отличный запас снадобий, для таких несговорчивых парней! — освободив член от заточения, Калеб принялся вновь его чем-то смазывать, грубо мять и выкручивать. — Все понял?!

Браули только обреченно закивал головой, кусая до крови губы от нестерпимой боли.

— Отлично! Тогда слушай мои инструкции. До конца ночи еще хватит времени, чтобы окончательно закрепить результат.

Истязания продолжались еще несколько часов. Калеб реализовывал все свои похотливые желания не щадя жертву. И только на рассвете, разрешил одеться и покинуть его покои. На прощание, заставив еще раз повторить свой план.

Браули с трудом добрался до своей комнаты, упал на кровать и тут же забылся в тяжелом беспамятном сне. Слезы отчаяния застыли жгучей кислотой на щеках.