Глава 47

— Не знаю, — она стыдливо пожала плечами. — Захотелось, ты был так зол.

Ардок присел на корточки, заглянул сирене в глаза:

— И ты нашла способ меня успокоить? — такого ласкового голоса она еще не слышала.

— Что-то подтолкнуло. Я делала что-то не так? — бездонные глаза пытливо смотрели на дракона.

— Для первого раза, все было более чем, кхм, хорошо. Только это не отменяет факта, что маленькая лгунья! — даже эти обвинения сейчас из его уст звучали как комплимент.

— Ардок, я не желала тебе зла, поверь. Да, я совершила необдуманный, глупый поступок. И уже когда вышла, сожалела о содеянном, — она протянула руку и коснулась его щеки. На этот раз он не отстранился.

— О том, что только что произошло, ты тоже сожалеешь?

— Нет. Никогда не думала, что подобное может быть приятным, — щеки Мары покрылись стыдливым румянцем.

— Ты еще ничего не знаешь, маленькая, — в его глазах вновь зарождалось желание. Даже скромного опыта Мары хватило, чтобы безошибочно это почувствовать.

— Только это ничего не значит. Договор в силе! — сирена поспешно выпалила, испугавшись, толи его, а скорее себя. Уж слишком зазывно и сладко ее тело просило продолжения. А подлый внутренний голос нашептывал на ушко: «Ты ведь хочешь? Сделай это, узнай, каково это разделить с ним ложе?!».

— Да, да, Мара, — дракон засмеялся, от души, громко и весело. — Хочешь, покажу, от чего отказываешься? — смех сменился лукавством в зеленых глазах.

— Н…н…неееет! — она испуганно вжалась в кресло.

— Когда же ты перестанешь мне лгать! — он рывком поднял ее на руки, держа на весу, скользя взглядом по оголенному телу. — Сама напрашиваешься на наказание!

— Я и не сомневалась — накажешь. И признаться, я заслужила после своего побега, — сирена опустила глаза.

— И как мне тебя наказать? — голос по-прежнему был слишком ласковый.

— Как других своих рабынь, плетью, этими странными кожаными досточками, еще чем-то похожим. Тебе видней…

— О нет, Мара, ты заслуживаешь особенного наказания. И наказывать я тебя буду очень долго, а прекратить все ты сможешь только известным тебе способом, — его глаза заблестели, кончики языков облизали в предвкушении губы.

— Даже не надейся! — только у нее уже не было стопроцентной уверенности в собственных словах.

Ардок бросил ее на кровать, и резко раздвинул ноги, удерживая ее в таком положении и наслаждаясь смятением сирены.

— Красива, — он внимательно разглядывал ее сокровенное место, иногда переводя взгляд на ее покрасневшее лицо. — А твое тело, Мара, не лжет. Оно открыто показывает, насколько тебе процесс понравился. Дракон отпустил одну ее ногу, провел пальцем по половым складочкам, и очень медленно облизал его. Соки твоего желания, вкусные, красноречивые.

— Это ничего не значит!

— Значит, еще как значит, маленькая лгунья! — Ардок стал целовать ее ногу, начиная от щиколотки, медленно продвигаясь все дальше и дальше. Опаляя кожу своим дыханием, надавливая на невидимые кнопочки, и заставляя ее трепетать.

Мара наблюдала за ним любопытством и пугающим вожделением. Неужели он сделает, то что она думает?! Она может его остановить! Нет, не может, она жаждала хоть немного прикоснуться к его пламени, опалить крылья, и разделить миг блаженства.

***

Тем временем кто-то настойчиво барабанил в ворота замка. Вассал выглянул в маленькое окошечко и отпрянул в испуге. Верхом на коне восседал огромного вида мужчина, длинные белые волосы его с сиреневым отливом были заплетены в причудливую косу по пояс. Глаза горели синим пламенем, он скалился, огромные кулаки методично долбили в ворота.

Он был один, без подкрепления. Но вассалу стало страшно от одного взгляда на громилу. Он напоминал воина-мага, жестоко и беспощадного.

— Что вам надобно? — почти пропищал охранник.

— Я приехал за своей невестой. У меня информация, что ее насильно удерживают в этом замке!

— Вы что-то перепутали… — пролепетал вассал.

— Открывай немедленно!

— Я сейчас доложу хозяевам о вашем визите, — вассал поспешно побежал в замок, по дороге рассуждая, кому лучше доложить. Дракон был слишком зол, когда он его видел с беглянкой на руках. Самое безопасное доложить Калебу. А он уж он пусть разбирается. Главное с себя ответственность снять.