Глава 68

Ардок слабел день ото дня. Ежедневно к нему наведывался Калеб, вкалывал отравляющее снадобье. Предатель смотрел, как дракон тает на глазах, с чувством триумфа и радости. Сострадание не было ведомо человеку, у которого сердце давно превратилось в камень. Он интересовался, не передумал ли он. Получав отрицательный ответ, отравлял пространство дьявольским хохотом и удалялся.

А надежда пленника с каждым днем гасла. Ежесекундно он чувствовал, как в нем умирает дракон — неотъемлемая часть его сущности. Казалось впереди лишь мрак, нет выхода, он замурован, в ожидании своего конца. Обессиленный Ардок, обвис на цепях. Путы не позволяли ему ни сесть, ни лечь, что еще больше истощало силы.

— Любимый, смотрю, ты совсем тут зачах! Видишь, до чего упрямство доводит! — он даже не услышал, как открылась дверь, и нелегкая принесла Ариадну.

— Исчезни… — всего одно слова далось с большим усилием, горло перосохло, губы потрескались в кровь.

— Уже еле дышишь, а все грубишь, ай, яй, яй, нехорошо, — она противно зацокала языком.

— Тварь… — звук больше походил на ослабленный рык.

— А я ведь пришла не просто так, не смотря, ни на что, я сдержала обещание! Может это тебе убедит, сколько всего я могу для тебя сделать! — дракон поднял голову, не в силах задать вопрос. — Да, да, любимый, все верно, мы сейчас выйдем отсюда погулять, и ты увидишь свою морскую подстилку! Все для тебя, — бестия сверкнула глазами, она не сомневалась, еще немного и дракон падет к ее ногам. Она ему просто не оставит иного выбора.

Она подошла к нему и начала тереться о слабеющее тело, сжимая казалось бы совсем безжизненный орган. Осознав — тщетность намерений. Она повернулась к двери и крикнула:

— Парни, я вас жду! — в камеру вошли четыре вассала, которых когда-то он спас от рабства, дал кров над головой, хорошее жалованье и еду. Теперь они присягнули на верность врагу. Мужчины отстегнули путы от стены, и тут же сковали руки дракона за спиной. Ноги тоже остались в цепях, но так чтобы он мог передвигаться мелкими шагами. Пуст и обессиленный, но господин все еще вселял в них страх.

— Отлично! Еще одна маленькая деталь, и мы можем идти, — Ариадна нацепила на шею Ардока металлический обруч со свисавшей цепью. Конец цепи она держала в руке, и потянув за него, ласково промурлыкала, — Пошли на свидание, Любимый.

Дракон морщился от боли, из последних сил перебирал ногами, единственное, что его заставляли идти — возможность увидеть Мару. Пусть даже так, но хотя бы последний раз в жизни он посмотрит в ее бездонные глаза.

Они шли по коридорам, из-за угла выплыл довольный Калеб в окружении свиты предателей. Он громко кричал:

— Посмотрите на сверженного господина! И такое будет с каждым, кто не присягнет мне. Именно во мне сила!

Ардок шел под многочисленным любопытными взглядами. И далеко не у всех проскальзывало сочувствие. Многие бывшие подданные злорадно ухмылялись, низменные души умеющие возвеличивать себя только за счет чьих-то мучений.

Ариадна держалась рядом, если дракон останавливался и практически падал, он дергала за цепь и поддерживала его под руку. Они шли к его покоям, там где он сорвал бутон невинности сирены. Туда где, еще совсем недавно мечтал о счастье. В то что, он Мара могла лечь под тритона, он не верил ни капли. Пусть злопыхатели смеются и злорадствуют — это не имело значения. Ардок до последнего останется верен себе и своим принципам.

Два вассала шли спереди, один из них открыл дверь и вошел внутрь. Дракон даже ускорил шаг, вошел в свою комнату и увидел на своем ложе довольного тритона. Он был накрыт одеялом, только голова торчала, но движения его тела, были красноречивей всяких слов — Димитрий совокуплялся.

Ардок перевел взгляд чуть ниже и глаза полоснули рыжие локоны, волосы Мары он узнал бы из сотен тысяч. Он издал звук отчаяния, и опустился на пол. Силы полностью его покинули и сознание померкло.

Дракон не помнил, как его вытянули из комнаты. Как донесли до места заточения. Но очнулся он в камере, кто-то поливал его холодной водой.

— А вот и любимый проснулся, — над ним склонилось довольное лицо Ариадны. — Видишь, я сдержала обещание. Она первая прыгнула к нему, и теперь ты со спокойной совестью, можешь принять мое предложение!