Глава 72

— Ариадна! Куда это ты собралась? — Эрида посмотрела в ее сторону. — Ты ничего не хочешь нам сказать? Вон твой подельник очень красноречив, мы готовы и тебя выслушать! — сила нимфы ошеломляла, всего один взгляд и бестия, прикованная волной страха, уже не могла двинуться с места.

— Эрида, я всего лишь хотела любви! Твой сын взял меня, снял ваше проклятье! Я боролась за свое! — слезы полились из глаз. Только это не был плач раскаяния, скорее сожаление о впустую прожитой долгой жизни.

— Ты так и не поняла, что любовь нельзя завоевать ложью и силой. Это дар, который надо заслужить. И сквозь козни, ты бы никогда не завоевала сердце моего сына, — нимфа сделала шаг в ее сторону. В зале стояла гробовая тишина, присутствующие боялись дышать, чтобы ненароком не привлечь к себе внимание.

— А что тогда это было? Сенард, ты сам сказал, проклятие уйдет, когда я встречу свою любовь! — она уже пищала, тело сотрясала волна паники. — Мое тело реагировало только на Ардока!

— Глупая, — он не злобно улыбнулся. — Я надеялся, что годы наказания наделят тебя мудростью. И похоть не будет идти во главе всего. Он мой сын, моя сила течет в его крови. Подозреваю, вы встретились в момент, когда его желание бурлило, когда силы были не подконтрольны. Он не ведая сам, ослабил проклятье. Ты же была одержима похотью, так и не сумев открыть сердце добру, не способная любить. И похоть сыграла против тебя, ты уверовала, что мой сын и есть источник удовольствий. Самый простой путь. Он при власти, и союз с ним — сплошная выгода для тебя. Ты была слепа к чувствам других, думая лишь о плоти, забыв про душу. Чернота, продолжала поглощать тебя. В то время, как пойди ты по пути добра могла обрести счастье. Любовь — это не только близость, — Сенард смотрел на бестию с сожалением.

— То есть ты хочешь сказать, что я могла спать с другими и получать удовольствие? Тут ты врешь! Я пробовала, и ничего не чувствовала! — она крутила головой, его слова никак не могли дойти до ее сознания.

— И снова ты сводишь все к похоти. Желание пришло бы к тебе тогда, когда бы ты открыла свое сердце и научилась любить. Без телесных контактов. Сначала бы приняла моего сына, как правителя, была бы верна ему. А позже, твоя душа смогла бы принять светлое чувство. И судьба бы даровала тебе твоего человека. Наказанием, я лишил тебя возможности совокупляться просто ради удовольствия. Но я не запрещал тебе любить, а ты оказалась не способна к этому, — Сенард пожал плечами, осознавая, что порой и годы неспособны пробить беспросветную глупость.

— Но я получала удовольствие от Ардока! Еще не зная и не видя его! — бестия топнула ногой. Ее мысли все эти годы были настолько поглощены похотью, поиском утерянного наслаждения, что ничто другое ей просто не приходило в голову.

— Драконья сила, пробуждала твою похоть. Это была лишь брешь в проклятье, а не полное его снятие. Это был твой перекресток судьбы, жизнь подсказывала — нужно что-то менять. И ты сделала неверный выбор.

— Ты упустила свой последний шанс, — Эрида посмотрела на мужа и получив утвердительный кивок, стала приближаться к Ариадне.

— Нет, я теперь все поняла! Вы тогда мне плохо объяснили! Я исправлюсь! Честно! — она попятилась назад.

— Ариадна, твои оправдания смешны, ты сама себя заключила во власть жестокости и подлости. Так пусть же все это проявится на твоем лице! — под взглядом нимфы, бестия начала сморщиваться, куда-то пропадала ее красота, она на глазах превращалась в старуху, по лицу непрерывной сеткой пролегли морщины. Злость сжирающая ее сердце, вышла на поверхность, съедая красоту.

Бестия ощущала, как к ней подбирается немощность, а вместе с ней приходило и осознание, и слишком запоздалое раскаяние. Удивление и страх прокатились по залу. А Ариадна шаркающей старушечьей походкой, приблизилась к Драконам и Эриде, упала на колени и прошептала:

— Простите меня! — и впервые за долгие годы жизни в ее словах была искренность.

— Сын, как ты мог?! — к Калебу, держа за руку мужа, приближалась его мать — Танея. Годы пощадили женщину, ее лицо до сих пор сохранило привлекательность, а тело оставалось таким же стройным, как во время ее пребывания в замке. Она покинула дворец с мужем, прожила счастливую жизнь с любимым человеком, родила троих детей. С Сенардом и Эридой они дружили, воспитывали вместе отпрысков. Но вот судьба испытывала их со всей строгостью. Сначала погиб один сын, теперь предателем оказался второй.

— Мама! Отец! Давайте уйдет отсюда! — увидев родителей, Калеб оживился. — Я хотел только возвеличить наш род!

— Ты врешь! Сенард рассказал мне все! И это в благодарность за то, что драконы всю жизнь опекали нашу семью?! Что ты рос, не зная нужды, и каждая твоя прихоть исполнялась?! — Танея еле сдерживала горькие слезы. Дракон — был ее другом, его сына она любила как родного. И ей было нестерпимо больно осознать, что ее кровиночка вытворила подобное.

— Да, Калеб нелегко мне принимать сложное решение. Наказывать тебя, тем самым причиняя боль, моим горячо любимым друзьям, твоим родителям, — Сенард не мог пощадить крестника, но и не знал, как облегчить страдания людей, которые когда-то помогли его воссоединению с нимфой.