Глава 7

Инанна честно пыталась собраться быстро, но выходило плохо. Мак стоял в коридоре и, сдерживая улыбку, наблюдал за ее мельтешением.

Сначала она пыталась уложить все в небольшую спортивную сумку, но там место закончилось и пришлось добавить пакет. Потом еще один, и еще. Мак несколько раз предлагал ей помощь, но она отказывалась. Его вселенское терпение пошатнулось тогда, когда сирена приволокла чемодан и принялась перекладывать вещи в него.

Спустя минут десять ей удалось кое-как его закрыть.

— Я пока спущу этот в машину, а ты заполняй следующий, - пошутил Мак.

— Да-да, иди.

Мужчина застыл, а Инанна побежала за следующим чемоданом.

— Да ты шутишь, - покачал он скорбно головой и потащил чемодан вниз.

Когда он вернулся, новая партия вещей еще не была собрана.

— Зачем тебе все это? – ужаснулся он.

На диване своей очереди ждали несколько обувных коробок. Мак подошел и открыл каждую, даже не удивившись, когда обнаружил там обувь не по сезону.

— Инанна, сейчас лето, - напомнил он. – Зачем тебе сапоги?

— А вдруг будет прохладно?

— Но зачем тебе несколько пар?!

— Чтобы не ходить каждый день в одних и тех же! Помолчи, Луарес, раз ничего в этом не понимаешь!

— Ты просто стараешься меня довести, верно?

— Вовсе нет, - надулась она. – Я просто люблю хорошо выглядеть, что в этом такого?

— Ты шикарно выглядишь даже будучи голой, так зачем столько тряпок?!

Девушка вскинула брови, а Мак отвернулся, поняв, что сморозил. Она усмехнулась.

— Откуда тебе знать, как я выгляжу без одежды?

— Давай не будем развивать эту тему, - попросил он. – Ладно, черт возьми. Собирай, что тебе нужно и поехали уже.

Сердце Инанны было готово выпрыгнуть из груди от счастья, но она никак не показала этого и поспешила собрать все оставшееся. А потом и опомнилась. Мак абсолютно прав. Не нужно им касаться подобных тем и тем более развивать их. Девушке стало немного обидно от осознания, что он контролирует себя намного лучше в отличие от нее.

Сборы были закончены в полном молчании. Позже Мак уложил в багажник еще один чемодан, сумку и два пакета. Наконец, они отправились к нему домой.

По дороге у него сильно разболелась голова. Время было уже позднее, на работе был сплошной завал из-за отсутствия Фрейзера, а тут еще проблемы с любимой женщиной. Именно ее он поставил для себя на первое место, и, хотя с ней порой было сложно, он ничуть не жалел. Однако понимал, что с этой ночи его положение усугубится еще больше. Теперь ему предстояло жить с ней в одной квартире и стараться держать руки при себе.

— Все нормально?

Он мельком взглянул на нее и тут же почувствовал себя лучше. Это было чертовски странно. Одно ее присутствие способно было помочь сгладить боль и напряжение от переживаний.

— Голова немного побаливает. Ничего серьезного.

— У меня есть таблетки.

Она поковырялась несколько минут в сумке и вытащила темный пузырек… и бутылку с водой.

— У тебя там все на свете есть? – усмехнулся Мак, запивая таблетку.

— К сожалению, нет. Но есть много всего полезного. Даже у самого заядлого драчуна ты никогда не найдешь в заднем кармане пачку с лейкопластырями или антисептиком. А вот большинство девушек носят такие вещи ежедневно.

— И зачем, интересно.

— Для мужчин, конечно же. Все, что вас так раздражает в нас, было придумано как раз для вас.

— Неужели? Уверен, я и раньше как-то обходился без всего того барахла, которое сейчас нагромождает мой багажник.

— Да хватит уже переживать из-за этого. Наверняка потому у тебя голова и разболелась. Я каждый день окружена этим барахлом и ничего, живу же как-то.

— Не представляю, как… Но, боюсь, что скоро на себе это узнаю, - содрогнулся он.

— Ты когда-нибудь жил с женщиной?

Он невольно крепче сжал руль, не ожидая такого вопроса. А стоило бы. Он ведь с самого начала знал, что вляпался с этой девушкой. При каждой встрече с ней его будто било чем-то по голове. Казалось, наконец он полностью ее изучил и понял, как с ней нужно обращаться, а потом… бац! и снова она ставила его в тупик.

— Жил. Но это было довольно давно.

Инанна почувствовала себя неловко. В его интонации улавливалось что-то глубокое. Но пока сложно было понять, была ли это боль или просто ностальгия по прошлому.

— Я могу спросить тебя о той женщине? – спросила она осторожно.

Мак слегка улыбнулся. Он мог поспорить на любые деньги, что Инанна чрезвычайно редко позволяла себе быть тактичной. И он признал, что ему очень нравится то, что об этом мало кто знает. Хоть он и ставил сам себе рамки, все равно не мог просто взять и отдалиться от нее.

— Ты можешь спросить все, что захочешь, - ответил он, хотя не собирался этого говорить. Еще немного и она начнет вить из него веревки.

— Я не хочу задеть тебя… Я ведь, на самом деле, почти ничего о тебе не знаю.

Мак сжал зубы, приказывая сердцу перестать так сильно стучать.

— Давай поговорим о чем-то другом, - смог выдавить он спустя пару минут.

— Конечно, прости.

Она отвернулась к окну, но Мак не выдержал, когда спустя несколько секунд она сжала его свободную руку. Он резко съехал на обочину и остановился.

Инанна испуганно взглянула на него и отдернула свою ладонь.

— Мак?

— К черту все!

Он схватил ее за талию и рывком пересадил на себя. Узкое платье задралось, впиваясь в нежные бедра, но Инанна даже не заметила этого. Она тут же обхватила шею мужчины и встретила его жаждущие губы. Внизу все пульсировало с такой силой, что, казалось, дрожит каждый сосуд в теле. Словно каждая клеточка ее существа в одно мгновение настроилась на прикосновения Мака.

Упругие грудки расплющились о широкую грудную клетку, которая ходила ходуном, стараясь не забывать набрать воздуха между поцелуями. Инанна что-то неразборчиво простонала, но Мак не понял ее и прикусил алые губы. Его пальцы, совершенно потеряв терпение, с силой вцепились в ткань платья и рванули наверх, разрывая его сбоку. Зато крепкие ладони в тот же момент обхватили сочные ягодицы, которые он мял и сжимал, теперь уже проклиная нынешнюю позу, из-за которой не мог добраться до них ртом.

Не надо было ей его трогать. Инанна поняла это слишком поздно. Пыталась таким образом проявить лишь поддержку, заметив, что Мак не желал погружаться в прошлое, но все обернулось самым ужасным образом… и одновременно самым прекрасным.

Каждое мгновение сейчас было на вес золота. Для обоих. На какие-то жалкие несколько минут они вновь позволили себе забыться и отринуть все преграды, которые мешали им быть вместе. Они просто и совершенно по-человечески наслаждались каждой секундой.

Мак обцеловывал любимое лицо с нежными веснушками, прикусывал шею, властно сжимал тело, принадлежащее в этот момент лишь ему, а Инанна с тихими капитулирующими стонами позволяла ему все, чего он хотел. В эти редкие минуты она и правда полностью принадлежала ему и наслаждалась этим в то время, как другим своим любовникам никогда не позволяла быть “сверху”. Ее независимая и порой замкнутая натура не позволяла брать кому-то верх в столь интимном плане.

Но Мак был другим. Он был особенным. Просто потому, что Инанна в его объятиях чувствовала себя особенной. С самой первой встречи он смотрел на нее как на богиню, пусть его лицо большую часть времени и являло собой каменную маску. Теперь-то сирена знала, каков он внутри, каким горячим, страстным, и в то же время нежным он мог быть.

Странно, но от этого не было страшно, как с другими парнями. Маку она полностью доверяла, и именно поэтому было только больно. Очень больно от осознания, что у них нет совместного будущего.

Девушка заставила себя отстраниться. Она глядела в его глаза, затуманенные желанием, и видела свое отражение. Тот же ошалевший от страсти взгляд, растрепанные волосы и опущенные уголки губ, инстинктивно напоминавшие о реальности.

— Прости, - прошептала она, слегка касаясь его губ. – Не стоит нам… трогать друг друга.

“Но как прожить без этого?” – в отчаянии подумали оба.

— Почему ты отталкиваешь меня?

Инанна замерла.

— Умеешь ты отстреливаться. Я не ожидала такого вопроса.

— Ты ответишь? Или не хочешь?

— Почему ты раньше не спрашивал? Ведь знал, что нравишься мне.

— Ты создавала такое впечатление… ветреной девушки. Думал, ты за меня не берешься, потому что я друг Фрейзера, но потом…

— Потом?

— Я продолжал наблюдать за тобой, и понял, что ты вовсе не такая, какой кажешься. Ты не просто не берешься за меня, но даже пытаешься отдалиться еще больше.

— А сам-то.

— Знаю. Но сейчас хочу узнать о твоих причинах.

— Расскажу, если скажешь о своих.

Какое-то время они мерялись взглядами и вскоре молча осознали: каждому придется погружаться в прошлое, которое так или иначе отразилось на их нынешнем будущем. И на их нынешних отношениях.