В лине

Скорость распространения известия о моём возвращении просто поражала воображение: к тому моменту, как Эльтайн в сопровождении Ришана, Хэджу, Тэят и Эльзира донёс меня до лина, возле входа в павильон уже собрались мои телохранители в полном составе, а также Чала.

— Госпожа! — глаза служанки при виде меня наполнились слезами.

— Со мной всё в порядке, — слабо улыбнувшись, заверила я её. — Отделалась лишь парой царапин и лёгким магическим истощением. Так что не вздумай рыдать.

— Да, госпожа.

Мартнейт, стоявший ближе всех ко входу, поспешил открыть перед Эльтайном двери и посторонился, пропуская нас внутрь.

Эльтайн отнёс меня на второй этаж и безошибочно нашёл «мою» комнату — ту, которую Васт отдавал мне каждый раз, когда я была вынуждена ночевать, а то жить некоторое время, в лекарском павильоне.

Толпа сопровождающих, естественно, не отставала от нас ни на шаг и, честно говоря, начинала уже немного раздражать.

— Ришан, Хэджу, — я строго взглянула на брата и его друга, как только Эльтайн предельно аккуратно усадил меня на край кровати. — Вам лучше выйти.

— Мы никуда не пойдём! — тут же заупрямился Ришан.

— А я бы предпочла не раздеваться при куче посторонних мужчин, не имеющих никакого отношения к целителям горы Абора, — прохладно отозвалась я. А затем добавила более мягко: — Брат, пожалуйста, прояви уважение к моим чувствам.

— Да, госпожа, — вместо Ришана ответил Хэджу, залившийся очаровательным румянцем. До него, видимо, дошла суть моего затруднительного положения. — Мы с Красным господином вернёмся позже.

И, не дав Ришану продолжить препирательства, схватил его за руку и чуть ли не силком вытолкал из комнаты.

— Мы подождём снаружи, — заявил Мартнейт. — Дождёмся возвращения чатьена Васта и составим график дежурств.

— Думаю, было бы правильно, чтобы кто-то остался здесь, — озвучил своё мнение Ордет.

— Место под ковриком у двери всегда твоё, — я не смогла удержаться от саркастичного замечания, несмотря на наличие Тэят и Эльтайна, которым не стоило бы знать об этой черте моего характера.

— Полагаю, по ту сторону двери? — уточнил Ордет, усмехнувшись.

— Разумеется. Остальные свободны.

Воины практически синхронно поклонились мне, затем Эльзиру и Тэят, после чего молча удалились.

Теперь, когда в комнате кроме родителей Шиануси, Чалы и Эльтайна больше никого не осталось, я смогла немного расслабиться.

— Госпожа позволит мне осмотреть раны? — вежливо поинтересовался Эльтайн, внимательно глядя мне в глаза. — Или вы предпочтёте дождаться чатьена?

Я вопросительно взглянула на Эльзира.

— Мы будем премного благодарны, если Первый молодой господин горы Абора поможет Шианусе, — после короткой заминки ответил тот, а затем добавил с лёгкой улыбкой на губах: — Уверен, во время занятий вы уже не раз видели обнажённых женщин.

— Для целителя нет разницы женщина перед ним или мужчина, — твёрдо проговорил Эльтайн. — Для нас все пациенты равны. Поэтому Сиреневой госпоже не о чем беспокоиться. Сейчас к ней будет прикасаться не Первый наследник горы Абора, а старший ученик чатьена.

— Я и не беспокоюсь, — заверила я его. После чего обратилась к Чале: — Помоги мне, пожалуйста, раздеться. Я практически не могу шевелить левой рукой.

Эльтайн посторонился, уступая место Чале, чтобы та могла помочь мне избавиться от перепачканного кровью цэхиня.

— Раны на плече и ладони, — предупредила я, обращаясь к Эльтайну. — Думаю, чтобы их осмотреть и обработать, не нужно снимать фурди?

Не то чтобы я стеснялась своего обнажённого тела… Впрочем, кого я обманываю? Не стесняюсь я исключительно когда речь идёт о Васте. Перед Эльтайном же я пока морально не готова предстать голой. И плевать, что он без пяти минут целитель и уже многократно участвовал в процессе лечения пациентов.

— Если госпожа уверена, что на груди, спине и животе ран нет, то фурди можно оставить, — разрешил Эльтайн, судя по мягкому выражению лица, с уважением и пониманием относившийся к моей «девичьей стыдливости».

— Уверена.

Пока Чала предельно осторожно развязывала шнуровку цэхиня, Эльзир ненадолго покинул комнату, чтобы спустя пару минут вернуться с двумя стульями, которые и поставил возле окна. На один разу же села Тэят, второй он занял сам, всем своим видом показывая, что не намерен никуда уходить.

«Интересно, это намёк, что правила приличий никто не отменял, или своеобразный конвой?» — мрачно подумала я, однако вслух ничего подобного, естественно, спрашивать не стала.

Сняв окровавленную ткань, Чала отошла в сторону, и ко мне вновь приблизился Эльтайн.

— Чала, принесите тазик с водой и какую-нибудь небольшую чистую ткань, — велел он ей. — Нужно сначала смыть кровь.

Пока Чала ходила выполнять его поручение, Эльтайн осторожно взял меня за руку и принялся осматривать мои окровавленные запястья.

— Вы применили руну силы? — уточнил он, опознав символы, изображённые на коже.

— Да, — подтвердила я. — Вихо Нанзу был ранен и не мог идти, а мне были нужны силы, чтобы дотащить его до портала.

Я бросила быстрый взгляд на Эльзира. Тот нахмурился, но задавать никаких уточняющих вопросов не стал.

— Вы поступили очень разумно, госпожа, — заметил в свою очередь Эльтайн. — И храбро.

Я перевела взгляд на него. На лице юноши явственно читалось одобрение вперемешку с восхищением.

«Ах, если бы так же легко было расположить к себе вихо и бэкхрана, — с тоской подумала я. — Как бы упростило это мою жизнь!»