ХОД ТРИДЦАТЬ ПЯТЫЙ, Ч.2

Дамиан сидел, прислонившись спиной к крепкому стволу. Они скакали всю ночь и полдня. Лошади нуждались в отдыхе. Животные щипали пожелтевшую траву на лесной полянке. Всадникам дорога тоже далась нелегко. Джетта спала на куче лапника, свернувшись в клубок, как кошка, укрытая плащом и одеялом. В тишине осеннего полупрозрачного леса то и дело слышались ее приглушенные всхлипы. Паладин устроился напротив Аквилеро и задумчиво грыз веточку. Пусику был знаком этот отсутствующий взгляд. Он говорил, что отвлекать напарника от раздумий вредно для здоровья. А ведь самое время обсудить дальнейшие действия. Сутки назад казалось, что непростое путешествие подошло к концу. Теперь понятно, что, возможно, это совсем конец. Смерть всегда бродит рядом с воином. Она может выглянуть из-за любого угла. Но теперь, когда столько опасностей осталось позади, Дамиану отчего-то безумно хотелось жить. И это желание окрашивало предстоящий выбор в трагические тона. Что бы сейчас ни решил дель Пьёро, это будет плохое решение. Потому что хороших в создавшейся ситуации нет. Если Сельмо надумает бросить Темную с ее проблемами, что маловероятно, но возможно, Дамиан будет против. А если останется с Джеттой, вряд ли кто-нибудь из них останется в живых.

Под одеялом зашевелилась магичка. В отличие от мужчин, она проспала всю дорогу — восстанавливалась после телепорта. Из-под одеяла показалось ее лицо с покрасневшими опухшими глазами.

— Привет! — произнесла она с хрипотцой в голосе. Откашлялась. Подняла из-под руки взгляд на небо, чтобы определить время. — Где мы?

— Далеко, — подал голос Сельмо.

Темная сняла с пояса флягу, глотнула, прополоскала рот, плеснула на ладонь промыть глаза и попросила:

— Можно взглянуть на карту?

Паладин молча вынул прямоугольник из внутреннего кармана и развернул его на земле. Дамиан пересел поближе и тоже склонился над ним. Пылающий сиреневым Коразон эль Груто остался справа. К северо-западу зеленела точка Чиро. В их направлении двигался дракон. Судя по всему, тот самый, которого они определили как самку. Это был добрый знак. Дружественный дракон — именно то, что им нужно. Может, рановато пока рядиться в саван.

— Карета подана, — прокомментировал происходящее Сельмо.

— Чиро сдрейфил, — разочарованно проговорила Темная.

— Какой смысл ему сюда лететь? — возразил Паладин. — Пользы от него сейчас ноль. Только лишняя нагрузка на ящера. Ей и так нелегко нас троих поднять.

— К тому же драконша могла его мнения не спрашивать, — встал на защиту наемника Дамиан.

— Ладно, уговорили, — Джетта жестом показала, что сдается. — Мне не выстоять против мужской солидарности.

— И здравого смысла, — добавил Аквилеро.

Из уст Светлого по отношению к Темной это могло сойти за шутку, но девушка не отреагировала. Попытка отвлечь провалилась. Пусик попробовал зайти с другой стороны:

— Как ты? — спросил он.

— Жива, — ответила Темная.

— Есть хочешь? — Аквилеро помнил, что после магического истощения на Джетту нападал жор.

— Даже не знаю, когда я теперь захочу есть, — пробормотала она в ответ.

— Как всё было? — поинтересовался Сельмо.

— Хочешь потерять аппетит из солидарности? — резко отреагировала Темная.

— Нет. Джи, ты же была категорически настроена не идти к матери. Как ты у нее оказалась? И что там произошло?

Паладин говорил на удивление ровно и успокаивающе. Мальчик взрослеет прямо на глазах. Не юноша, но муж, практически.

— Я пошла не к ней. Я пошла «пробуждать пантеру», — ответила магичка, уводя взгляд в сторону.

— И как? — Дамиану действительно было интересно. Неужели легенда правдива?

— Пробудила, — твердо произнесла Джетта.

— Покажи.

Магичка потянулась к вещевому мешку и вынула оттуда сверток. Внутри лежала Плеть Двухцветного. Рубиновый глаз Пантеры светился красным огоньком. Аквилеро протянул руки, но Джетта отрицательно помотала головой.

— Она стреляет молниями, — пояснила Темная и стала аккуратно сворачивать тряпицу.

— Но не магическими, — уточнил Дамиан. Он помнил, что по легенде магия Богов не магической природы, хотя никак не мог понять смысл этого выражения.

— Абсолютно, — подтвердила Джетта. — В этой вещице магии нет ни капли. Я не знаю, как это действует. И потому не знаю, смогу ли защитить вас от нее.

— Да я, вроде, не грешил, — заметил Аквилеро. — Особенно.

— Может, ей любые грешники не нравятся. И особенные, и неособенные.

Аквилеро счел аргументы убедительными, хотя попробовать, работает или нет, хотелось ужасно.

— А потом? — прервал любопытную тему Сельмо.

Джетта вновь побледнела.

— Я уснула в Храме. И вспомнила во сне, как мама пела мне на ночь. Я забыла об этом. Абсолютно. И вдруг услышала совершенно ясно, будто она была рядом. Узнала голос. Почувствовала руки, подтыкающие колючее одеяло. Мне стало стыдно. Ведь ее жизнь тоже не сахар была, если вдуматься. — Голос девушки надломился, и по щеке потекла слеза. Темная быстро вытерла ее ладонью. — Я представила, что вся моя жизнь перечеркнута из-за одной ошибки. Из-за ночи, проведенной не с тем. — Она бросила короткий взгляд на дель Пьёро, который смотрел на нее не отрываясь. — И подумала, что несправедлива к матери. И, по крайней мере, должна дать ей шанс.

Слезы проложили влажные дорожки по ее лицу, и Дамиан вынул из-за манжеты чистый платочек. Хорошо воспитанный Светлый всегда должен иметь при себе носовой платок, учила его мама.

— А дальше?

— А дальше я пробралась в келью.

— Было страшно? — спросил Дамиан.

— Было ужасно. Там всё в крови. Такое ощущение, что ее разорвало на части. — Лицо Джетты скривилось. — Папа однозначно был зол.

— А это точно была она? — неожиданно спросил Паладин.

— Да, Сельмо, это была она. Ее голова лежала возле самого входа.

— И что ты теперь планируешь делать? — спросил дель Пьёро.

— Теперь я планирую дожить до прилета драконши.

— А потом? — настаивал Сельмо.

— Так далеко мои планы не заходят.

— Не торопись с ответом. Выслушай меня. — Дель Пьёро поймал взгляд магички. — Внимательно выслушай и не спеши отказываться. Дамиан, тебя это тоже касается.

Заявление Ансельмо настораживало.

— Я хочу предложить тебе Императорскую защиту, — произнес он, не разрывая взгляда с Джеттой. — На любых твоих условиях.

— А взамен? — поинтересовалась Темная.

— Еще раз прошу: выслушай меня, прежде чем сказать «нет», — настойчиво повторил Паладин. — Я прошу тебя отдать артефакт мне.

— И нарушить контракт? — уточнила Джетта.

— И нарушить контракт, — кивнул Паладин. — Вы с Чиро не потеряете в деньгах, клянусь. Вся сумма будет выплачена полностью, включая неустойку Гильдии.

— Ты изначально это планировал? — спросил Аквилеро. — Я-то удивлялся, что понесло сына Первого советника Императора в подобную авантюру. А ларчик-то просто открывался…

— Да, я изначально собирался привезти отцу наши артефакты, если они окажутся настоящими. Прости, Дамиан, но тебе тоже все неустойки будут уплачены. Насчет вас, Джи, я ничего не планировал, поскольку не знал, как будут развиваться события. И, если совсем уж честно, я не собирался идти в команде с Темными.

— И почему я должна согласиться? — Джетта была настроена решительно. Причем, против.

— Любой из этих артефактов — возможность решить проблему целой страны. Подумай! Это защита от врагов, нашествий вредителей, вроде саранчи. Дождь над полями в засуху. Это спасенные люди. Всё это стоит дороже денег.

— Сельмо, проблема не в деньгах, — как можно спокойнее произнес Дамиан. — Проблема в том, что происходит вокруг нас и вокруг них. Мы должны завершить этот путь, чтобы остановить Черных.

— Вот и давай остановим Черных! — горячо предложил дель Пьёро. — Пусть это будет первой просьбой к Богам. Артефактов останется еще шесть. Один потратим на то, чтобы дать тебе защиту, — он повернулся к Джетте. — Раз уж эта троллья штуковина, — Паладин в очередной раз бесполезно попытался сцарапать Знак с ладони, — не желает к тебе переходить.

— А с чего ты взял, что Императору будет до меня дело? — насмешливо поинтересовалась Темная.

— Если ты мне не веришь, мы можем добраться до любого Храма и обратиться с этой просьбой прямо сейчас.

— Ты готов потратить на мою защиту один из моих артефактов? — в голосе Джетты чувствовалась обида.

Да что там. Для Аквилеро подобный поворот событий тоже оказался ударом. Вот только от него ничего не зависело.

— Я готов на это потратить один из своих артефактов, — уверенно произнес Сельмо. — Джи, я действительно готов на всё, чтобы тебя защитить. Если ты мне позволишь.

Последние слова казались чуждыми в устах сына Первого советника Императора. Дамиану почудилось, что Темная от неожиданности на мгновение опешила.

— Джи, подумай, пожалуйста. Я ни к чему тебя не принуждаю, — продолжил уговаривать Паладин.

— У тебя и не получится, — заявила Темная, задрав нос.

— Джетта, не хвались своими новыми способностями. На каждого супермага найдется своя ножка от стула, — напомнил дель Пьёро. — Еще раз повторяю: я тебе не угрожаю. Просто прошу подумать. И моё предложение остается в силе. Я предлагаю тебе стать моей женой. Прости, что говорю это без полагающейся случаю шелухи, вроде цветов и оркестра. Но я искренен. Я предлагаю тебе свою руку и обещаю быть с тобою в богатстве и бедности, здравии и болезни, разделить с тобой счастье и напасти.

Надо сказать, в этот раз у Паладина получилось лучше. Пусть не на «отлично», но всё же по-человечески. Видимо, Джетта тоже так решила.

— Я подумаю, Ансельмо дель Пьёро, — пообещала она. — А пока хочу прогуляться, если никто не против, — закончила Темная тоном, не допускающим возражений.

— Ты твердо решил? — спросил на всякий случай Аквилеро, когда Джетта скрылась за деревьями.

— Да.

— В таком случае ничего не случится, если ты дашь мне наши артефакты, и я попробую собрать из них Око Пресветлого.