Глава 19

Маша Кажется, я окончательно сошла с ума! Вместо того чтобы бежать без оглядки, я позволяю Олегу взять меня за руку. Его пальцы сжимаются крепко, словно капкан, но при этом меня охватывает ощущение надежности. Рядом с ним чувствую себя очень маленькой, беззащитной. – Извини, но нам лучше поехать домой, прошу тебя. – Маш, я просто хочу побыть с тобой вдвоем. Тебе не нужно меня бояться. Иду за ним послушно. За Олесю я спокойна раз дедушка забрал. Аристарху доверяю полностью. Про сестру и Томинова забываю напрочь! Поцелуй Олега вышиб все тревоги, все связные мысли из моей головы. Мы садимся в машину. Дубровский отпускает водителя, сам занимает место за рулем. Я понимаю, что направляемся мы не домой. И кажется, мне все равно куда. Лишь бы с ним. Что ты творишь, Маша? Неужели влюбилась? Машина останавливается возле небольшого двухэтажного дома, даже скорее шале. Вокруг заснеженные ели. Сказочная картинка. Ехали мы от силы десять минут. – Что это за место? – База отдыха. Новая, еще не сдана. Нам с мэром проект. Поможет наполнить город новыми инвестициями. – Ясно. Хороший проект. Наверное, очень дорогой. – Маш, тебе не надо меня бояться, – произносит мягко. – Я не сделаю ничего, что тебе не понравится. – Мне уже не нравится, Олег. Нам не стоит играть с огнем. У нас договор… И множество других проблем, о которых губернатор не подозревает. Я должна открыть ему глаза. Но только подумала об этом – сразу пугаюсь. Нет, пусть лучше Томинов! – Я подумал, а почему не сделать воображаемую свадьбу реальной? – произносит Олег. Бросаю на него возмущенный взгляд. Правда считает меня такой дурой, что поверю? – Издеваешься? Я думала, ты серьезный человек! – Маш, я серьезно. Мозг посылает красные сигналы опасности. Беги, Маша. Пока не поздно! У тебя всего один шанс! Потом – пропасть. Но как же отчаянно хочется поверить в сказку! Почему я всегда должна быть разумной, почему у меня не может быть наивных грез, как у любой другой девушки? Чтобы этот прекрасный мужчина на самом деле признался мне в любви. Мои ладони вспотели от всех этих переживаний, а платье стало казаться колючим и неприятным. – Хорошо. Поехали домой, – вздыхает мой спутник. Но машина не заводится. Дубровский матерится. – Вызову водителя. – Нет… Не надо, – останавливаю его. – Видимо придется тут переночевать. Дома наверняка уже все спят. Будешь вызывать водителя – дед узнает и переполошится. – Это точно, – усмехается Олег. – Тем более я дал Ярославу выходной на три дня. Он собрался сразу к родным в соседний город рвануть. Можно вызвать такси. Есть много вариантов выбраться из снежного плена. Но мы не обсуждаем их. Вместо этого Олег занимается камином. Я оглядываю помещение. Две спальни, санузел, гостиная. – Ты не против если займу комнату с балконом? – спрашиваю Олега. – Разумеется. – Еды нет, к сожалению, но чай могу приготовить, – инспектирует кухню губернатор. – Я не голодна. На приеме было очень много еды… Дубровский подходит ко мне, обхватывает ладонями мое лицо, вынуждая посмотреть ему в глаза. Они такие темные, как два омута. Страшно потеряться в них. Потом касается моих губ своими, осторожно, и в то же время настойчиво. Постепенно усиливает нажим, обнимает меня за талию, затем его ладони спускаются на бедра. – Нет. Пожалуйста, нам нельзя. – Маш, я серьезно. Будь моей настоящей невестой. Понимаю, что его разозлит мой отказ. Но не могу. Я не верю ему. Бороться с собой так сложно. Все тело болит. Я ведь с ума от его прикосновений схожу. Но защитная реакция заставляет отталкивать Дубровского. Хотя понятно, что я поплыла. Дура. Влюбилась без оглядки. – Ты девственница? – хриплый вопрос. – Олег, не надо… – Маш, я с ума по тебе схожу. Вырываюсь, сажусь на диван – ноги не держат меня. Олег опускается рядом. Придвигается ко мне. Едва заметно. Но и этого хватает, чтобы сердце вновь заколотилось как бешеное. – Я пойду спать. Спокойной ночи, Олег Николаевич. Он догоняет меня возле двери в спальню. – И вам, Мария. Сладких снов. Резко притягивает меня к себе и накрывает губы своими. Жадно и неистово. Я отвечаю, ошеломленно понимаю, что сама буквально прилипаю к губернатору. Противоречия и страхи разрывают меня на части! Я отбрасываю их, решив твердо, что хочу быть счастливой. Пусть даже всего на одну ночь… – Маша, Машенька, – горячечно шепчет Дубровский. – Олег… я боюсь… – Я буду нежным, милая. Очень. Он подхватывает меня на руки и несет в свою спальню. Кладет меня на постель, нависает сверху. – Ты меня почти разума лишила, Маш. Я не железный… Уже не смогу остановиться. Тянусь к нему и целую, Олег жадно покрывает мое лицо поцелуями в ответ, одновременно резко срывая с себя одежду. Потом берется за мое платье. Изысканное произведение трещит жалобно, и вот я уже в одном белье. Олег заводит мои руки над головой, прижимая их к постели. Отстраняется и смотрит сверху вниз, и от этого взгляда сердце гулко бьется о ребра. – Как я об этом мечтал. Ты еще прекраснее, чем в моих фантазиях! Опускает голову, проводит губами по моей шее. Эти прикосновения заставляют меня выгнуться от желания получить больше. Олег настоящий змей-искуситель. Продолжает дразнить, ласкать, мучить. Все мое тело горит в нетерпении, в ожидании близости. Моя осторожность, стены, которые ставила между нами ради собственной безопасности, исчезают в один момент. Я хочу этого мужчину отчаянно, до безумия. Дубровский быстро снимает с себя одежду, костюм падает на мое несчастное платье, жалкой кучкой сваленное на полу. Сглатываю, не в силах произнести ни слова. Мужские ладони ложатся на мои бедра, я не чувствую ни испуга, ни стыда. Полностью охвачена влечением, жаром нашего обоюдного желания. – Я не могу больше, принцесса. Совсем голову потерял, – признается Олег хрипло. – Уже не смогу остановиться. – Не останавливайся, – шепчу, всхлипывая. – Ты такая красивая, Маша. Ты моя. Только моя, поняла? Я теперь никуда тебя не отпущу. Горячий… жесткий. Каждое его прикосновение уносит меня в омут обжигающего наслаждения. Выгибаюсь и трепещу, отдавая себя на милость, умоляя облегчить мою жажду. Обнимаю Олега за плечи, льну к нему, забывая обо всем на свете, кроме болезненной жажды. Моя спина выгибается, изо рта вырывается крик. Всхлипываю и утыкаюсь лбом в его плечо. Нас накрывает безумие. ************ После пережитого чувствую себя совершенно иной. Мы лежим в постели, сплетенные объятиями. Очень медленно прихожу в себя. Олег перебирает мои волосы. Проводит нежно тыльной стороной пальцев по щеке. – Как ты, малышка? – спрашивает нежно. – Пока не поняла. Наслаждаюсь блаженной негой и теплом, разливающимся по телу. Разглядываю из-под полуопущенных ресниц роскошное, покрытое бронзовым загаром тело Олега. – Все хорошо? – спрашивает приглушенным голосом. – Я не сделал тебе больно? Мне кажется, я должен был быть осторожнее. Не смог. Голову от тебя потерял, малышка. Вместо ответа кладу кончики пальцев ему на губы. Говорить не могу, внутри все сжато от эмоций, бурлящих через край. Мне страшно от понимания, как сильно я влюбилась. В этого удивительного, великолепного мужчину. Но разве я ему пара? Скорее лишь девушка для короткого романа. – Все хорошо. По крайней мере сейчас. У нас с тобой… Жаль, это ненадолго. – Маш, о чем ты? Все будет хорошо. Я своих слов на ветер не бросаю. Если сказал, что будет настоящий брак, так и будет. Ты моя теперь, поняла? – А если Павел Данилович такой ход не одобрит? – Да плевать мне что там думает Томинов! Даже в голову не бери! Слышишь? – Да… – Что такое, Маш? Я же вижу, ты сильно в лице изменилась. Что сделал Томинов? Обидел тебя? Гадостей наговорил? Я его завтра же уволю! Он стал слишком много на себя брать, – бушует Дубровский. – Нет, ничего мне Павел не сделал! Но ты прав. Я не все тебе рассказала. Точнее, очень многое скрыла, – вздыхаю тяжко. Как же не хочется вплетать сейчас тяжелую реальность в наши романтические часы. Которых, возможно, осталось очень и очень мало. – Это очень запутанная история, она тебя касается. Прости, что не сказала сразу. Малодушно решила, что лучше пусть Павел возьмет это в свои руки. – Тогда и правда, отложим до завтра. Историй запутанных вокруг меня вагон, Маш. А ты у меня одна. Неповторимая и желанная… Снова накрывает мои губы, даря бесконечно чувственный поцелуй.