Глава 18

Когда человек пытается исправить предсказанное ему будущее, он допускает очень грубую ошибку — пытается предотвратить неизбежное. Только во всех предпринятых мерах изначально нет смысла. Ведь предсказанные события в итоге сбываются.

Потому что человек своими руками делает всё, чтобы угодить в эту ловушку будущего. Проще говоря, если бы он не старался всеми силами этого избежать, то, возможно, вышел бы сухим из воды.

Что касается меня, то предсказание свалилось на меня как снег на голову. Я ведь не хотел знать своё будущее, но невольно попался в эту ловушку. Бажей сам пришёл и рассказал мне об этом.

В этой ситуации было бы вполне логично отказаться от авантюрной затеи посадить семечко около узла-живки или в подземной пещере с аномалией.

Предсказание полностью зависит от человека. Если он мнительный и изо всех сил пытается избежать своей судьбы, то сам себя к ней и приведёт. У меня же была другая черта — идти напролом, даже зная, что ничего хорошего меня там не ждёт.

Я думаю, всегда есть шанс изменить всё в лучшую сторону. Тем более я знаю, чего мне опасаться: преследующей тени и ямы под ногами. У меня уже появился козырь в рукаве, который только сыграет мне на руку.

Второй момент, который я обдумал уже по дороге к сараю за лопатой, — сон Бажея. Холод, вода по колено; по описанию похоже на позднюю осень, а сейчас лето. Может, это вообще не имеет к ближайшему будущему никакого отношения.

Это давало мне некоторую свободу. Или, по крайней мере, создавало её иллюзию. Рисковать чужими жизнями я не хотел, поэтому посадить семечко нужно было в одиночку. Точно так же, как я поступил с Тихоцветом.

Никто особо и не смотрел в мою сторону, когда я взял лопату и пошёл к опушке. В лес я вошёл со знакомой стороны. Тропа к дубу была хорошо знакома: сначала по правую руку растёт редкий березняк, потом со всех сторон окружают высокие ели, чуть позже должен быть небольшой спуск к полянке. Эту дорогу я мог пройти с закрытыми глазами.

Только в этот раз всё было иначе. Я направлялся к дубу не так, как шёл бы без предупреждения. Смотрю под ноги и прислушиваюсь. Вроде бы лес не замер, всё как обычно. Да и система не предупреждает об опасности.

Вскоре я добрался до ельника. В этом месте всегда было прохладнее, чем в другой части леса. Раскидистые ветви смыкаются так плотно, что солнце едва касается земли. Этот участок пути я прошёл быстро, вышел на спуск и увидел полянку.

Дуб стоял в центре. Корни расходились от ствола по земле и уходили вглубь. Я мысленно обратился к системе, активировав «Взор Фермера». Оставалось только надеяться, что память меня не подвела и здесь действительно почва насыщена естественной живкой.

/Анализ почвы. Зона: 15 м от центрального ствола./ /Насыщенность живкой: 214%./ /Тип: природная, нетронутая./ /Рекомендация: оптимальные условия для посева./

Двести четырнадцать. Хватит с запасом.

Я спустился с возвышенности, где росли высоченные ели, на полянку, медленно обошёл дуб, глядя под ноги. Ничего не изменилось с прошлого визита, когда я приходил сюда вместе с Бажеем и Радованом. Я выбрал место в четырёх метрах от ствола, там, где один из крупных корней уходил вглубь. Опустился на колени.

Земля на удивление была достаточно мягкой. Словно недавно прошёл дождик. Я сделал пальцем небольшое углубление, вытащил из кармана семечко и положил в ямку.

Система чутко отреагировала на новые условия — даже не нужно было мысленно обращаться к ней, чтобы получить подробный анализ:

/Обнаружено семя неопознанного вида./

/Идентификация: невозможна. Данные отсутствуют./

/Анализ почвы завершён.//Насыщенность живкой: 214%.//Условия для прорастания: оптимальные./

/Получен опыт в навыке «Выращивание растений»: 210/400. Текущий уровень: 8./

Сто тридцать единиц опыта… За семечко, которое я просто посадил. Сколько же опыта я получу, если смогу его вырастить?

Наконец-то! Я вытер пот со лба. У меня закрадывалась мысль, что система снова выдаст вердикт о невозможности посадить это семечко. Условия оказались подходящими — значит, забот у меня стало на одну больше. Дожди здесь идут не так часто, поэтому придётся приходить поливать каждый день.

Стоило мне немного расслабиться, как перед глазами появилось новое уведомление:

/ВНИМАНИЕ! /

/Обнаружена потенциальная угроза в радиусе 60 метров./

/Характер: биологический объект./

/Классификация: неизвестна./

/Уровень опасности: критический./

/Рекомендация: немедленно покинуть зону./

Я замер. Медленно, будто просто разминая шею, повернул голову влево, потом вправо — никого не вижу. Если бы это опять был смилодон, думаю, система дала бы мне об этом знать.

Уходить нужно было спокойно, никуда не торопясь. У многих хищников есть инстинкт преследовать жертву. Если покажу страх, то точно стану ужином этой твари. Бежать сломя голову через лес — верный способ угодить именно в ту неприятность, которую Бажей мне и описал. Просто провалиться в какую-нибудь яму, коих в округе было полно.

Я поднялся с колен, отряхнул руки и взял лопату. Семечко осталось у корня — только посадил и уже бросаю. Но возвращаться к нему сейчас нельзя. Быстрым шагом направился в сторону дома, будто ничего не произошло.

/Объект начал двигаться. Расстояние: 58 метров./

/Направление: северо-запад от вашей позиции./

Чёрт! Видимо, мой план не сработал.

Тропа от полянки поднималась на возвышенность, где начинался ельник. Метров тридцать открытого пространства, потом деревья. Я шёл медленно и смотрел, куда ставлю ноги. Только не паникуй, ещё есть время.

/Объект движется. Расстояние: 51 метр./

Приближается, гадина. Может, стоит ускориться? Нет, если буду торопиться, то точно угожу в ловушку этого сна.

Я наконец дошёл до ели со сломанной веткой на краю полянки — дальше вверх по склону поднималась узкая тропка. Я стал неспешно подниматься, держа лопату в правой руке. Земля на склоне была плотной, корни деревьев выступали наружу, как ступени, что было не совсем удобно.

/Объект движется. Расстояние: 44 метра./

Я оказался посреди елового леса и сбавил шаг — здесь под ногами толстым слоем лежал хвойный опад, скрывая всё, что под ним находилось.

/Объект движется. Расстояние: 39 метров./

Я шёл и думал о том, что система не даёт идентификации. Не смилодон, это точно — смилодона она уже видела, знает, как его классифицировать. Что-то, чего в её базе нет. Что-то новое или очень старое.

Я невольно вспомнил молодого солдата Бреннера. Его нашли в низине, неподалёку от болота. Без единой видимой раны. Кожа серая, как у человека, из которого вытянули всю кровь до последней капли.

/Объект движется. Расстояние: 33 метра./

Отсчёт системы ясно давал понять: до дома таким темпом я просто не успею. Мне ещё нужно пройти метров сорок через деревья, потом через редколесье из берёзы — и только потом я выйду на участок. Я методично переставлял ноги, не отрывая взгляда от земли, словно ждал ловушки.

И тут я остановился. Под левым сапогом земля была не такой, какой должна была быть.

Я отступил на шаг назад и присел. Хвойный опад здесь лежал странно: немного просевший, с небольшой ложбиной посередине. Я провёл рукой по краю. Земля поддалась слишком легко, а из-под пальцев потянуло холодом. Словно снизу что-то было.

Я убрал верхний слой хвои лопатой. Под ним оказался влажный мох. Я надавил черенком сильнее. И земля ушла вниз…

Не могу поверить… Неужели сон Бажея и правда оказался пророческим⁈

Провал открылся не сразу: сначала поддался мох, следом тонкий земляной пласт осыпался внутрь, и стало видно, что там, внизу, на глубине около трёх метров, течёт вода. Это был подземный ключ.

Он бил из трещины в каменистой породе. Когда провал открылся, я услышал тихое журчание, которое раньше было скрыто под плотным слоем земли и мха. Вода была очень холодной — это чувствовалось даже на расстоянии.

Расщелина была широкой. Шага полтора-два в ширину. Если бы я сюда провалился, то вряд ли смог бы выбраться самостоятельно.

Я стоял и смотрел вниз.

Вот почему во сне Бажея была вода по колено. Это была не поздняя осень — это подземный ключ, который бьёт вверх и разливается по дну расщелины. В ней всегда холодно, в любое время года.

Я должен был провалиться сюда, когда побегу со всех ног и не стану особо смотреть под ноги. Тень позади, яма под ногами — Бажей видел именно это.

Неужели я смог обмануть свою судьбу? Просто взял и изменил будущее. Или всё ещё впереди?

/Объект движется. Расстояние: 27 метров./

/Рекомендация: покинуть зону немедленно./

Я обошёл расщелину по краю и нашёл место, где она сужалась настолько, что через неё можно было перешагнуть. Один шаг — и я оказался на твёрдой земле.

/Объект движется. Расстояние: 18 метров./

/Внимание: объект изменил направление./

/Объект набирает высоту./

Я поднял голову.

Между стволами ничего не было видно: ельник рос так плотно, что кроны смыкались и загораживали обзор. Небо просвечивало лишь пятнами — голубое, с редкими облаками. Я крутил головой, пытаясь хоть что-то разглядеть.

/Объект движется. Расстояние: 12 метров./

/Направление: сверху./

Я успел только поднять лопату.

Оно пикировало на меня без единого звука — ни жужжания, ни хлопанья крыльев. Просто тень, которая стремительно увеличивалась, и в следующую секунду я увидел его целиком.

Комар.

Огромный. Размером с крупную собаку, может, и больше. Шесть суставчатых ног, прозрачные крылья сложены вдоль тела — в пике он их почти не использовал, просто падал сверху. Брюхо тёмное, сегментированное. Голова небольшая, но хоботок — длинный, толстый у основания и сужающийся к острию — был направлен прямо на меня.

Я шагнул вправо и ударил лопатой наотмашь.

Лезвие прошло по крылу — скользнуло, не остановило. Комар скорректировал траекторию в воздухе — мгновенно, без паузы, — и хоботок прошёл в сантиметрах от левого плеча. Я почувствовал движение воздуха.

Он приземлился на три ноги, ещё три держал поднятыми. Хоботок качнулся, нацелился снова. Глаза — фасеточные, тёмные, огромные относительно головы — смотрели на меня без всякого выражения.

Система выдала уведомление, но я его не читал. Некогда.

Я ударил сверху — прямо в голову. Лопата попала по хитиновому панцирю и отскочила — не пробила, только оглушила. Комар отпрыгнул назад сразу на всех шести ногах, и движение было неестественным, как у насекомого, которое не должно весить столько, сколько весит. Потом расправил крылья.

В раскрытом виде они были широкие — шире, чем я ожидал. Он завис в метре от земли, хоботок направлен вперёд, ноги чуть опущены.

Я держал лопату двумя руками и ждал.

Он бросился снова — на этот раз не сверху, а прямо, горизонтально. Быстро, быстрее, чем в первый раз. Я не успел уйти полностью — боковые ноги зацепили моё правое плечо, когда он пролетал мимо. Меня крутануло, я устоял только потому, что успел упереться лопатой в землю, как шестом.

Боли не было — удар вышел несильным, просто инерция его тела. Но я понял: если хоботок попадёт — больно не будет. Это просто начнётся, и через сорок секунд закончится всё остальное.

Комар развернулся. Медленно, деловито. Он не торопился — у него не было причин торопиться.

Я активировал схему на лопате. Живка в металле отозвалась сразу — тепло в руках, лёгкая вибрация. Бажеева молитва. Я не знал, как она работает против хитинового панциря, но знал, что работает против живой материи. А этот комар был живым.

Он снова пошёл на меня — низко, почти по земле, хоботок вытянут. Я не стал уходить в сторону. Шагнул вперёд и ударил снизу вверх, лопатой плашмя — по хоботку.

Попал.

Хоботок согнулся — не сломался, но изогнулся под углом. Комар дёрнулся, что-то в нём переключилось — движения стали резче, менее точными. Он завис и задёргал хоботком, пытаясь его выправить.

Я ударил сбоку по правому крылу. Лопата вошла с хрустом — крыло не оторвалось, но сложилось неправильно. Комар накренился в воздухе, правая сторона просела. Он приземлился на пять ног, правое крыло волочилось по земле.

Теперь нормально летать он уже не сможет.

Вот только убивать это ему не мешало. Он пошёл на меня пешком — все шесть ног работали быстро, хоботок всё ещё тянулся вперёд, несмотря на изгиб. До меня оставалось метра три.

Я ударил сверху, всем весом, целя в голову.

Лопата прорубила хитин. Не насквозь — хитин был толстый, твёрдый, как кость, — но лезвие вошло на сантиметр и застряло. Комар дёрнулся так, что чуть не вырвал лопату из рук, — я удержал, навалился. Хоботок скользнул по моей левой руке, ткань куртки разошлась по шву.

Я дёрнул лопату назад, замахнулся снова.

Второй удар — в то же место, в рассечённый хитин. На этот раз прошёл глубже. Третий — я уже не думал, просто бил. Хитин на голове трескался, раскрывался. Из трещин шло что-то тёмное и густое.

Комар упал после четвёртого удара.

Ноги ещё двигались — медленно, вразнобой, без координации. Я отошёл на шаг, держа лопату наготове. Смотрел. Движения затихали. Через несколько секунд — всё.

Я стоял и дышал.

Куртка на левой руке была разорвана. Под ней — красная полоса, ссадина. Не укол — хоботок прошёл по касательной, содрал кожу. Больно, но не страшно. Я согнул руку, проверил подвижность. Нормально.

Посмотрел на то, что лежало у моих ног.

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА./

/Вид: Первородный кровосос./

/Статус: считался вымершим. Последние достоверные свидетельства: более 5100 лет назад./

/Механизм питания: прокол покровов хозяина хоботком с последующим извлечением крови и биологических жидкостей. Полное опустошение среднего взрослого человека — от 40 до 90 секунд. Вводит парализующий токсин./

/Особенности: бесшумный полёт. Способен длительное время находиться в состоянии анабиоза в торфяных и заболоченных грунтах при снижении температуры. Хитиновый покров повышенной твёрдости./

/Причина пробуждения: механическое нарушение торфяного слоя. Вероятный источник: добыча торфа в радиусе 600–800 метров./

/Вероятность наличия других особей в состоянии анабиоза: высокая./

Я перечитал последнюю строку дважды. Торф здесь добывали всего две недели. Осушали болото пласт за пластом, и каждый раз, когда работники Бреннера снимали очередной слой торфа, что-то из глубины получало шанс выбраться наружу. Что-то, что пролежало в идеальных условиях пять тысяч лет и ждало.

Я вытер лопату о хвойный опад и пошёл в сторону дома.

Я остановился и ещё раз подумал о том, что произошло.

Бажей видел яму. Холод, воду по колено, тень позади. Всё это и было: расщелина с подземным ключом, тварь за спиной. По сценарию я должен был провалиться туда, когда побегу и начну оглядываться. Классика: узнал будущее, испугался, начал торопиться — и своими руками угодил ровно туда, куда не хотел.

Только я не побежал. Смотрел под ноги.

Не потому, что был умнее судьбы. Просто потому, что знал: торопливость здесь убьёт быстрее, чем-то, что идёт сзади. Это был не героизм и не хладнокровие — просто расчёт. И он сработал.

Хотя радоваться особо не стоило. Я убил одного. Система написала: «высокая вероятность других особей». А торф продолжают добывать.

И где-то там, у дуба, в насыщенной живкой земле лежит моё семечко. Одно, без присмотра, посреди леса, из которого теперь лезет то, что спало пять тысяч лет. Завтра всё равно придётся возвращаться — поливать. Если будет что поливать и кому.

Я тряхнул головой и зашагал дальше. Берёзы впереди светлели, лес мельчал с каждым шагом.

Опушка открылась неожиданно. Ельник остался далеко позади, берёзы расступились, и впереди стало светло и просторно. Я вышел на знакомую тропу вдоль поля и остановился.

У ворот моего участка стояли люди в военной форме.

Трое. Нет, четверо. Ещё один был у сарая, спиной ко мне. Я сразу узнал по форме, что это солдаты Бреннера. Раньше он всегда приезжал ко мне по делам сам, а тут отправил своих бойцов.

Я сбавил шаг, не доходя до ворот. Ноги сами понесли медленнее — будто тело знало то, чего ещё не знал я. Просто так бойцов не присылают.

Неужели первородные комары пробудились от тысячелетней спячки?