Глава 6. Дорога в новый дом

Мы ехали весь день. В городе дорога была еще относительно ровной, но стоило выехать за его пределы, начались ухабы. К обеду я уже мечтала, чтобы меня нашла святая инквизиция и забрала в казематы, где так не трясет. Но, стиснув зубы, я дождалась долгожданного привала. В дороге мы пару раз останавливались, чтобы отобедать, и там я узнала, что граф очень хороший человек. Он даже сладости купил, помимо основной еды. И только леденцы во время тряски в карете помогли мне не распрощаться со всем съеденным за обедом. Когда же солнце клонилось к закату, наша процессия остановилась перед легендарным трактиром. Почему легендарным? Потому что раньше мы с сестрой только слышали о таких местах, но вживую не видели. Сойдя дрожащими ногами со ступеньки кареты на землю, я с нескрываемым интересом стала рассматривать здание.

Построенное из дерева, оно имело два этажа и широкое крыльцо, на котором стоял хмурый мужчина в латах и с мечом.

– Ваша Светлость, мы остановимся на ночь в этом трактире. – подойдя ко мне, низко склонился мужчина, которого я определила как начальника охраны. – Это хорошее место. Но если вы...

– Нет-нет! – поспешнее, чем требовали приличия, отреагировала я. – Меня все устраивает. Только... Я никогда раньше не была в подобных местах и не знаю, как там надо... надо...

– Заселяться? – проницательно закончил за меня стражник. Я кивнула. – Я все устрою, Ваша Светлость. Прошу следовать за мной. Граф оставил четкие распоряжения на этот счет, если вы позволите.

– Безусловно. Идемте. – без промедления согласилась я, тайно прижимая к себе кулек с леденцами. Помимо еды граф озаботился даже одеждой для меня. Так что поверх церемониального платья на мне был простой зеленый плащ, под которым я и прятала сладости. Скорее всего, граф просто не знал, что нам не разрешалось есть леденцы, ведь это еда для простолюдинов. А, может, и знал. Я еще не совсем понимаю, что у него на уме.

Хмурый мужчина с мечом у входа оказался местным стражником. Оказалось, что в таких заведениях всегда есть кто-то на дверях, чтобы своевременно выпроваживать разбушевавшихся посетителей. Не знаю, что он один мог сделать, например, с парочкой таких людей, но, видимо, свое дело он знал, раз его наняли.

Внутри пахло едой и чем-то кислым. Осторожно спросив своего стражника, я выяснила, что так пахнет вино. На первом этаже в хаотичном порядке стояли крепкие дубовые столы с лавками, а в стороне я заметила лестницу, ведущую на второй этаж.

– Ваша Светлость, желаете отужинать или сразу отправитесь отдыхать? – прежде чем идти к местному хозяину, который называется трактирщиком и за все здесь отвечает, осторожно уточнил начальник стражи.

– Отдыхать. – не раздумывая, ответила я. После бессонной ночи и долгого пути до мурашек хотелось накрыться одеялом и спать неделю. Но недели у меня, разумеется, нет, а вот ночь в моем распоряжении.

Пока начальник стражи договаривался с трактирщиком о комнатах для меня и его отряда, я осматривалась по сторонам более внимательно. Людей в зале было не много, и я не знала, чем это обусловливалось. Позже я, конечно, выяснила, что все дело в высоких ценах и элитности сего заведения, а вот люди меня заинтересовали. За одним из дальних столов сидела группа мужчин странной наружности. Глаза их были похожи на щелки, как если бы их покусали осы, а волосы их были черны, как уголь, и заплетены в длинные косы. Я впервые видела мужчин с косами.

– Ваша Светлость, все готово. – вернувшись, низко поклонился стражник. – Я проведу вас в комнату. Приказать слугам натаскать воды?

– Да, прикажите. – подумав, ответила я. После дня пути вид мой был далеко не герцогиньский. – И... Кто эти люди за тем столом? У них такие странные лица...

– Где? – заозирался по сторонам мужчина. – А, эти? Это купцы, Ваша Светлость. Из Лаодикеи.

– Империя на другом материке за Золотым Заливом. – понятливо кивнула я. Про Лаодикею я читала в книгах, но о такой особенности местных жителей не слышала. Интересно...

Стражник, которого, как оказалось, звали Кергал, проводил меня на второй этаж и показал комнату. В комнате были только узкая скрипучая кровать и сундук для вещей. Оказавшись внутри, я не знала, как реагировать. В жизни не была в таких... таких... ох, Единый, зачем я подбираю слова? В таких убогих местах я никогда не бывала. Мебели нет, занавесок нет, ковров тоже нет. Ничего нет. Кровать и сундук.

Я дождалась, когда охранник выйдет, и с опаской подошла к кровати. В ней не то что спать, на нее садиться и то брезгливо. Нет, простыни выглядели чистыми, но... не новыми. Да и вообще... Так, соберись, Хель. Ты, конечно, герцогиня, но выбирать не приходится. Или так, или в карете. Впереди еще месяц пути. Надо привыкать.

Я посмотрела в окно, туда, где на темнеющем небосводе начали проступать первые звезды, и словно воочию увидела себя со стороны. Радоваться должна, что жива осталась, а не о комфорте думать. Но все же... А когда слуги принесли деревянную лохань и налили в нее едва теплой воды, я поняла, что привыкать придется очень ко многому.

Эту ночь я провела в беспокойном сне, и снились мне неясные образы, вызывающие смутное беспокойство, но неизменно среди этой мешанины проступал четкий образ статуи Единого из часовни и его широкая ухмылка. А утром я проснулась, открыла глаза и твердо решила, что справлюсь со всем.

Чего бы мне это ни стоило.

***

Нет ничего более самобытного, чем ор неизвестного петуха под окном с раннего утра. Я еще пыталась доспать положенные мне минуты, тихо постанывая от боли во всем теле после не самой комфортной поездки, но настырная птица горланила так, будто оповещала мир о наступающем конце света и пшена. На двадцатой минуте этого эпического концерта я твердо знала, что хочу на завтрак. Кряхтя и постанывая, будто мне вовсе не четырнадцать лет, я сползла с каменной кровати, которую даже не расстилала. Не смогла вчера пересилить легкое отвращение к чужим простыням, поэтому просто постелила поверх покрывала свой плащ да так и уснула.

Неожиданно в дверь раздался нервный стук:

– Ваша Светлость! Бога ради, скажите, что вы уже проснулись! – ныл за дверью неизвестный мужской голос. Что за наглость? Кто смеет меня беспокоить? Держась за спину, я поковыляла к двери, даже не удосужившись поправить растрепавшуюся косу и торчащие в разные стороны мелкие волоски вокруг головы.

– Кто смеет меня беспокоить? – совсем недружелюбно произнесла я, открывая дверь и окидывая стоящего за ней стражника мрачным взглядом. Лицо его было смутно знакомо. Кажется, он был среди моего отряда охраны. А где Кергал?

– Ваша Светлость, не гневайтесь! – бухнулся на колени молодой мужчина, молитвенно складывая перед собой руки. – Я бы никогда не потревожил ваш покой без серьезной причины! Но у нас беда! Кергал и остальной отряд в тюрьме, в полдень будет казнь! Умоляю, спасите их!

Сначала я моргнула. В голове не укладывалось, что с моей охраной может что-то произойти. Но упорный стражник никуда не девался, продолжая умоляюще на меня смотреть с пола, и тогда я поняла, что это точно не сон. Что-то случилось за эту ночь, пока я спала. Что-то плохое. И даже если не обращать на это внимания, без сопровождения я не доберусь до графства.

Единый, ты поэтому так ухмылялся два дня подряд? Решил со свету меня сжить? Закусив нижнюю губу, я перевела невидящий взгляд в окно, быстро думая. Ладони сжимались в кулаки и так же разжимались, выдавая мою нервозность. Мне нужны детали, так просто я это не решу.

– Рассказывайте. Что произошло? – продолжая искать ответ в окне, приказала я мужчине.

– Это все бургомистр, Ваша Светлость. – стал поспешно тараторить стражник. – Кергал и его дочь  Иваника уже давно влюблены друг в друга. Свадьбу играть хотели. Ночью они встречались тайно, чтобы обо всем договориться, но кто-то все рассказал бургомистру Эвасу. Тот послал солдат, и их всех схватили. В тюрьму бросили. Обвиняют в нападении на Иванику, а саму девицу закрыли в особняке, чтобы не болтала.

– Почему бургомистр не согласен на брак? – коротко стала я задавать вопросы, чтобы узнать недостающие детали этого дела.

– Говорит, что Кергал – нищий солдафон, Ваша Светлость. – опустил голову мужчина.

– Начальник охраны графа – нищий? Вы ничего не путаете? – вздернула я брови, не веря услышанному.

– Госпожа... У нас не самое богатое графство... – замялся стражник, тщательно подбирая слова, будто пытался объяснить мне очевидное. – Наш господин не торговец, а простой воин. Он не силен в добывании золота. Поэтому и у нас жалование небольшое.

– Получается мезальянс. – пробормотала я, начиная понимать мотивы бургомистра. Наверняка он уже не раз предупреждал Кергала, чтобы тот не ошивался возле его дочери. Может, и пару ей уже присмотрел. – Сколько лет девушке?

– Девятнадцать, Ваша Светлость. – без промедления ответил стражник, а потом вдруг отчаянно воскликнул: – Вы же герцогиня! Вы можете им просто приказать, и они отпустят наших!

– Герцогиня? Без бумаг и свиты? – скривилась я, будто лимон съела. – Нам никто не поверит. Человека делают документы и окружение, стражник. Как вас зовут?

– Бин, госпожа. – понуро опустил голову мужчина, принимая мои доводы и больше не видя выхода.

– Бин, почему вас не схватила стража? – перевела я на него взгляд, а в голове начал вырисовываться план действий.

– Я... Понимаете... Раньше, до службы у графа, вел не совсем... ммм... честный образ жизни... – замялся мужчина.

– Вы – вор? – прямо спросила я. Времени остается все меньше, и нам просто некогда сожалеть о прошлом.

– Да. – тихо ответил он, сжимаясь у порога.

– Тогда вы должны знать, где можно найти теневых писарей. – понижая голос, мрачно сказала я. Он в ответ только кивнул, не поднимая головы. – Идите в комнату Кергала и найдите деньги. Берите все, что есть и ждите меня у двери.

– Госпожа? – с удивлением и надеждой тут же посмотрел на меня Бин.

– Быстрей. Нет времени. – поторопила я его, закрывая дверь перед самым носом человека.

Зеркала не было, но это не стало помехой. Вчерашняя лохань с водой все еще стояла здесь, просто крича об элитности трактира во все горло. Сдерживая отвращение, я быстро умылась и переплела косу. Накинув плащ, открыла дверь и вышла в коридор. Бин был уже там, нетерпеливо меня дожидаясь.

– Нашел?

– Нашел.

– Сначала к писарю, потом в работный дом. – скомандовала я, и мы поспешили прочь из трактира.

Солнце только начало заливать светом пыльные улицы, но жители уже вовсю сновали по своим делам. На нас особого внимания никто не обращал, ведь мы почти ничем от них не отличались. Позор. Герцогиня выглядит, как простолюдинка. Ничего, скоро мы это исправим. Бин довольно быстро вывел меня с оживленных улиц в грязные подворотни, где изредка бродили нищие и бездомные, но чаще тощие крысы и пауки. А ведь так быть не должно. Слишком много нищих вокруг для тех отчетов, что отец регулярно посылал во дворец королю. Да, желая больше узнать, я часто совала свой нос в его документы. Ведь у меня была мечта однажды начать помогать отцу управлять герцогством. Теперь она не сбудется. Как и многие другие мечты.

– Госпожа, это здесь. – тихо сообщил мне стражник.

Я никогда и никому не расскажу, что о теневой стороне нашего королевства узнавала из романов матушки, которые она любила читать на досуге. Откровенно говоря, я даже не была уверена, что эта теневая сторона существует, как и нужный мне писарь. Там, в трактире, я говорила на удачу, прощупывая этот мир через ответы стражника, но мысленно строила еще один план, в котором я беру деньги и просто нанимаю еще охранников в работном доме. Если здесь ничего не получится, так и поступлю.

Мы стояли напротив ничем не выдающейся развалины, которая претендовала на звание лачуги, и ничего примечательного я в ней не заметила.

– Уверены? – шепотом спросила я. Повышать голос здесь хотелось меньше всего. Больше хотелось подхватить юбки и мчаться обратно в трактир быстрее ветра.

– Уверен. Видите знак под крышей? – он указал куда-то наверх, где все было в грязи и паутине. Присмотревшись, я увидела какую-то загогулину накарябанную. Это что? Знак? По-моему, просто кусок глины отвалился. – Это знак гильдии.

– Ваше прошлое становится все интереснее. – тихо прошептала я. – Дальше что?

– Ждем. Нас уже наверняка давно заметили. Я еще четыре квартала назад почувствовал слежку. – также тихо шепнул он мне, наклоняясь.

– Че здесь третесь?! – вдруг гаркнул огромный мужчина, рывком распахивая дверь и жутко скалясь. Мамочки... И только из-за слабости в ногах я не подпрыгнула, громко вереща. Как же страшно, фууух! – А ну проваливайте, пока я вам кости не переломал! А не, передумал. Девка остается, а ты проваливай.

Д-девка? Я гулко сглотнула и начала сильно жалеть обо всем и сразу. Но Бин не растерялся и сделал шаг вперед:

– Мне в контору. Старший принимает? – спокойно спросил стражник, как-то разом меняясь. Вроде бы недавно передо мной был добропорядочный мужчина, а теперь висельник будущий, не меньше.

– Ааа, денежки принесли, жмурики. – довольно почесал объемное пузо мужик, причмокивая языком. – Денежки мы любим. К Старшему по одному только. Кого вести?

– Меня. – собрав всю свою щепотку храбрости в кулак, сделала я шаг вперед, глядя мужчине прямо в глаза. Тот выпятил нижнюю губу и поднял брови, мол, а не мелковата ли?

– Ну пошли, коль не шутишь. – с сомнением протянул он. – А хахаля своего здесь оставь.

Отлично. Одна в притоне. Кергал, ты мне должен будешь. Сильно должен. Оставив оторопевшего от такого поворота Бина на улице, я на деревянных ногах переступила порог лачуги, и дверь за мной захлопнулась. Не удержавшись, я вздрогнула и немного сжалась.

– Да не ссы, мелкая. – хохотнул мужчина. – Мы клиентов не трогаем. Конечно, если они платят.

Последнее было сказано так недобро, что я поняла сразу – заплачу обязательно. Без промедления. Гигант повел меня по полуразрушенному коридору куда-то в подвал. Грязные ступеньки, тучи мух, шуршание крыс в углах – все это заставляло меня воспринимать происходящее как сон. Ну не могла герцогиня Феранийская оказаться в таком месте. Это же просто другой мир, в не задворки города.

Пришли мы довольно быстро. В подвале было много комнат, что навело меня на мысль, что раньше здесь была тюрьма. Отличное место для всех них, но сейчас я тоже совершаю преступление, поэтому не мне нос задирать. В конце пути я ожидала увидеть кого-то одноногого, одноглазого, жующего ржавый прут и плюющегося стрелами. Не меньше. Поэтому была сильно удивлена, встретив в помещении элегантного вида худого мужчину. Я бы даже сказала, очень молодого мужчину. Около двадцати пяти – тридцати лет. На нем были аккуратные очки, не самый новый, но чистый костюм "тройка", совсем не было щетины, а серые волосы были аккуратно зачесаны вбок. Казначей, не меньше. Так, и что говорить? Может, поздороваться?

– Здравствуйте. – глядя на него большими глазами, осторожно произнесла я.

– Здравствуйте, юная леди. – мягко ответил он, с интересом меня рассматривая. Мужчина сидел за столом в окружении кипы бумаг и вид имел весьма деловой. – Что привело вас в мою контору?

– Как вы догадались, что я леди? – прищурилась я, внутренне сжимаясь. Вот будет номер, если меня похитят ради выкупа. Граф в далеком плавании, а отец... Да, это будет фиаско, господа преступники.

– Вы держитесь, как леди. Выглядите, как леди. Говорите, как леди. Вывод – вы леди. – перечислив пункты, подытожил мужчина.

– Вы правы. Это и есть причина моего визита. Мне нужны верительные грамоты. Так быстро, как только это возможно. – набравшись смелости, спокойно сказала я.

– Грамоты? И кем же мне вас в них представить? – улыбаясь каким-то своим мыслям, мягко спросил Старший.

– Леди Хелирой, герцогиней Феранийской. – глядя ему прямо в глаза, ответила я. Сняв с пояса кошель со всем золотом, что успел найти Бин, я дала понять писарю, что оплата будет щедрой.

– А почему не принцессой Лаодикеи? – поправив очки на носу, издевательски произнес он.

– Потому что я не принцесса Лаодикеи. – мрачно ответила я сразу на несколько его вопросов, в том числе и тех, которые он еще не задал.

– Хотите сказать... – начал он.

– Хочу купить. – отрезала я, пресекая вопросы.

– Понял. – усмехнулся мужчина. Вытянув из стопки чистый лист, он взял перо и стал быстро писать. – Только властям не советую эту бумагу показывать.

– Не подходит. – тут же сказала я. Он поднял на меня взгляд, ожидая пояснения. – Эти бумаги увидит тюремщик и, если не повезет, бургомистр. Они должны быть безупречны.

– Даже так? – задумчиво провел кончиком пера до подбородку Старший. – Хорошо.

Смяв лист, он отбросил его в сторону. Под столом стоял, видимо, особый ящик, из которого он достал совсем другую бумагу. Это было мне уже знакомо. Именно такая бумага используется до грамот и приказов среди высшего дворянства. Странно. Откуда он ее взял? Теневой мир развит гораздо сильнее, чем я думала. Вновь обмакнув перо в чернила, мужчина стал быстро его заполнять. А когда закончил, посмотрел на меня, что-то обдумывая, и сказал:

– .Я бы хотел предложить вам сделку, Ваша Светлость. – глядя мне в глаза и не торопясь отдавать бумагу, начал он. – Я не возьму денег за работу, а взамен вы кое-кого вытащите из тюрьмы для меня.

– С чего вы взяли, что я собралась кого-то вытаскивать? – прищурилась я.

– Ну не на чай же вы к ним с грамотами решили сходить. – снисходительно улыбнулся он. Хитрый лис. – Что скажете?

Ну... Похоже, что графство у меня не богатое, так что придется экономить.

– Кого я должна достать?

– А с вами приятно иметь дело. – широко улыбнулся Старший.

Мы еще минут десять обсуждали детали дела. Мужчина, который попросил называть его не иначе, чем Старший, дал мне несколько дельных советов, а также выделил своих людей, которые будут на этом балагане изображать мою свиту. Так что в работный дом мне идти за наемными рабочими не пришлось. И именно так, в составе пятидесяти головорезов, я и появилась перед зданием городской тюрьмы с хмурым Бином за спиной.

– Стой, кто идет?! – грозно гаркнул нам один из стражников у ворот темницы. Да с такой "свитой" я могла бы штурмом взять эту крепость без всяких бумаг. И почему Старший так не поступил?

– Ее Светлость Герцогиня Феранийская! Немедленно уступите дорогу! – взял на себя роль моего глашатая Бин, тыча моей новенькой грамотой в лицо струхнувшей страже. Герцогинь они тут явно не ожидали.

Низко поклонившись, стража с готовностью уступила нам дорогу, и я смогла пройти во внутренний двор. Несколько заключенных вымачивали древесину, которой предстоит стать бумагой еще очень не скоро, а надзиратели зорко следили за ними. Нас они увидели сразу, потому что не увидеть нас было просто невозможно. Кажется, часть заключенных узнала мою свиту. Кто бы сомневался...

– Немедленно приведите нам начальника тюрьмы! – продолжал повышать голос Бин. А у него талант секретаря пропадает, однако. Эдак он со всеми за меня договорится. Похоже, я тут только для того, чтобы удачу приносить.

– Слушаюсь. – испуганно вытянулся один из надзирателей и опрометью бросился бежать в сторону отдельного строения. Видимо, там обитал тот самый начальник.

Все оказалось именно так. Через минуту к нам вышел очень тучный мужчина лет пятидесяти, который был то ли зол, то ли недоумен, то ли слишком кичлив. Не знаю, но при виде нас он не спешил кланяться.

– Кто такие?! Как посмели сюда явиться! Вот пересажаю вас всех, будете знать! Проваливайте! – с одышкой говорить ему было не просто, но он справился.

– Закрой рот! Перед тобой герцогиня Феранийская! На колени! – вошел во вкус Бин, едва не по лицу елозя тюремщику моей грамотой. Ну так и есть, я им тут только как титул нужна.

Рассмотрев надписи на грамоте, начальник стал дышать еще тяжелее, а на лбу у него проступила испарина. На колени становиться было совсем ни к чему, достаточно поклона, но Бин хорошо давил на эмоции. Тюремщик побелел и опустился в пыль.

– Приветствую Вашу Светлость. – пролепетал он.

– Герцогиня желает забрать всех заключенных! Немедленно приведите их сюда! – приказал мой стражник, а я удивлено на него посмотрела. Зачем нам все заключенные? Нам только немножко нужно, не всех же сразу! Что творит этот простолюдин?

– Будет сделано! Не извольте беспокоиться! – запричитал тюремщик, жестом отсылая всех надзирателей за заключенными. Сам же он стал пытаться вновь подняться на ноги. Выходило плохо – пузо перевешивало.

У меня начала мелко дергаться левая бровь. Сделав свое самое бесстрастное лицо, какое только умела, я холодно смотрела перед собой. Похоже, я должна тут выглядеть как-то так. Еще и нос задрала. Можно было подумать, что я злюсь и негодую, но на деле я, кажется... веселилась. Я все понимаю, но для меня это было настоящим приключением, и я в нем участвовала! И не смотря на то, что мне все еще было немного страшно, внутри поднимало голову какое-то совершенно новое чувство. Кажется, это была уверенность в себе. Если я смогла такое провернуть, на что еще я способна? Наверное, в душе я не герцогиня, а атаман лесного воинства.

Плюс моего титула заключается в том, что я могу забрать с собой всех заключенных и никто мне не может помешать. Потому что выше стоит только королевская семья. Так что минут через десять во двор тюрьмы согнали всех, кого нашли в камерах. Осмотрев людей, я нашла взглядом Кергала. Очень недобрым взглядом нашла, к слову. Мужчина обмер, неверяще глядя на меня. Это он еще не знает, что у меня теперь кличка появилась в теневом мире. Герцогиня. В общем, вместо того, чтобы тихо и незаметно уехать в далекие южные земли, я оставляла за собой широченную просеку, где каждая собака знала, что "тут была Герцогиня". С большой буквы, да. У нас, преступников, имена не приняты. Тьфу, позорище.

– Все сделано, Ваша Светлость. – подобострастно кланяясь, стал растягивать губы в улыбке тюремщик. Я кивнула Бину, и тот бросил толстяку кошель с серебром. За работу, так сказать. – Благодарю покорнейше. Всего доброго, госпожа!

Молча развернувшись, я и моя банда покинули тюрьму, где нам было самое место. Головорезы радушно приняли в свои ряды часть заключенных, увеличив мою свиту еще на два десятка голов; моя десятка охранников понуро плелась рядом, ожидая заслуженного наказания; на Кергале вообще лица не было; а остальные заключенные, коих было три неопознанных никем человека, осторожно крались следом за нами. Остановившись, я взглядом приказала им подойти.

– Кто такие? – сразу перешла я к делу. Мужчины переглянулись и выбрали себе дипломата.

– Я кузнец, госпожа. – низко поклонившись, начал свой рассказ дипломат. – Это мои подмастерья. Надзиратели нам сказали, что вы выкупили нас и теперь мы принадлежим вам.

– Кузнецы? Зачем мне кузнецы? – удивилась я. – Идите домой с миром и больше не нарушайте закон.

– Храни вас Единый, госпожа! Спасибо вам! – едва не стукаясь лбами о землю, зачастили мужчины. И вскоре их и след простыл.

Чувствовала ли я вину, что освободила неизвестных преступников? Пока что нет, если честно. После всего, что со мной происходило, я будто села в одну лодку с ними. Чувствую, мне это еще аукнется. К тому же они Единого сюда приплели, а у нас с ним явно конфликт интересов: я хочу жить, а он против. Мы точно не подружимся.

Возле трактира пришло время прощаться с нашими новыми друзьями.

– Спасибо, что выручили, Герцогиня. – неуклюже поклонились мужчины. Их было много, поэтому стражник у дверей трактира ощутимо напрягся. Да, если бы я такой компанией туда вошла, то он вряд ли бы смог мне помешать. Это же маленькая армия!

– Передайте мою благодарность Старшему. – скупо улыбнулась я, а потом грозно добавила: – И больше не нарушайте закон!

– Вы тоже, Герцогиня. – ухмыльнулись бандиты. – Будет нужда – зовите.

На том и распрощались. Они ушли в свое подполье, а я и мой десяток женихов недоделанных остались перед трактиром продолжать разбор провинностей.

– Ваша Светлость... – тихо выдохнул Кергал, поднимая на меня полный страдания взгляд. Мужчина обессиленно опустился на колени в пыль, а следом и весь его отряд. Стражник трактира оживился и попытался прислушаться к нашему разговору, но я только молча взирала на эту, прости боже, стражу. – Я виноват, госпожа. Я не достоин... Я не заслуживаю...

– Она согласилась? – спустя несколько минут молчания, безэмоционально спросила я, гладя поверх склоненных голов.

– Что? – вскинул голову начальник стражи.

– Невеста ваша. Она согласилась на брак?

– Нет... – едва слышно шепнул Кергал, вновь опуская голову.

– Потому что вы нищий?

– Да...

– Собирайтесь. Мы выезжаем.

Что тут еще скажешь? Что мне жаль? Но мне не жаль. У этих простолюдинов есть шанс выбрать себе супруга по сердцу, но они смотрят на золото. А среди золота счастья нет. Я не знаю, где оно есть, но среди золота я его не встречала.

Сборами занимались мужчины, а я стояла перед трактиром под охраной Бина и смотрела на небо. Облака так легки, а птицы так свободны. Жаль, что люди не умеют летать. В книгах писали, что в Лаодикее придумали какие-то волшебные шары, которые поднимаются в небо и поднимают туда людей. Врут, наверное. Но мечта так прекрасна.

– Все готово, госпожа. Можем ехать. – виновато глядя на меня, тихо сказал Кергал.

И еще до обеда мы выехали за ворота города. Слава асам, с бургомистром мне так и не довелось встретиться. Считаю, повезло. Решать еще и эту проблему не было никакого желания. Но неожиданно, едва мы въехали по тракту в лес, нас догнал одинокий всадник.

– Герцогиня! Подождите! – окликнул нашу процессию всадник, стремительно приближаясь.

Хмурый Кергал тут же вытянул меч из ножен и приготовился сражаться насмерть, как и весь его отряд. Выглянув в окно кареты, я сразу узнала всадника, поэтому сделала страже знак опустить мечи. Дождавшись, когда его конь поравняется со мной, я спросила:

– Что-то забыли, Старший? – а это был именно он. Элегантно поправив очки, писарь блеснул белозубой улыбкой и протянул мне бархатный мешочек.

– Возьмите его, Герцогиня. – сказал мужчина. – Наша гильдия всегда возвращает долги. Если будет особое дело, вам обязательно помогут. Найдите в любом нищем квартале дверь с таким знаком и покажите это кольцо. Удачи!

И, не дожидаясь ответа, теневой писарь пришпорил коня и поскакал обратно в город. В мешочке оказался железный перстень-печатка, с выгравированным на нем знаком гильдии. Примерно такую же закорючку я видела над дверью его логова. Очень надеюсь, что мне никогда не пригодится этот дар. Но... В памяти услужливо всплыла ухмылка бога, а в душе начали зарождаться подозрения, что я все-таки пошла по "кривой дорожке".

– Ваша Светлость, кто это был? – взволнованно спросил Кергал, подъехав к окну кареты.

– Вы что-нибудь слышали раньше о теневых писарях? – сделав глубокий вдох, устремила я взгляд в прохладу леса.

– Мошенники, подделывающие бумаги? Это был он? Но зачем? Что он от вас хотел? Да как он вообще посмел к вам прибли... – распалялся опростоволосившийся начальник стражи, который обязательно получит наказание, если граф узнает о его проступке.

– А как, по-вашему, я смогла вытащить вас из темницы, капитан? – перебила я мужчину, переводя на него безмятежный взгляд. – Мои грамоты остались у графа и герцога, свиты нет, камеристок нет, служанок нет, стражи и той нет! Один вор остался. И что мне оставалось делать?

– Вы... вы пошли к этим отбросам...

– Да, Кергал, и у них я подделала собственные документы и взяла свитой преступников. Но у меня же и стража теперь преступники, так? А Старший, которого мы только что видели, пришел отдать долг, потому что вместе с вами я была вынуждена вытащить и остальных бандитов. И грамота, которую он мне сделал, это не компенсировала. Потому что все те, кого мы освободили, получили полную амнистию, так как вытащила их оттуда настоящая герцогиня. Ваше неудавшееся сватовство дорого нам вышло. В следующий раз выбирайте равную себе женщину.

Выговорившись, я задернула занавеску окна и шумно выдохнула. Снаружи раздалось грустное "простите", и наша процессия двинулась в путь. Интересно, я до графства без судимостей доеду?