Глава 63

В свободное время, пока мои истинные до меня не домогались, я занималась тем, что изучала свой дар. В библиотеке я нашла несколько книг о тех личностях, которые когда-то владели золотым свечением, но почти ничего о самом даре. Не могла поверить, чтобы за всю историю существования Империи никто ничего о нем не написал. Скорее, я склонялась, что эти книги просто уничтожили или тоже засекретили, как и информацию о ныне живущих носителях дара, таких как я. Из-за этого мне мало что удалось узнать из книг, но я всячески практиковалась сама, пытаясь нащупать границы всего, что я могла сделать со своим даром. Выяснилось, например, что я могу без труда исцелять мелкие раны, но более серьезные требовали большого вклада моей собственной энергии и могли быть потенциально опасны для моей жизни. Так же и с другими вещами. Однажды я ради эксперимента попыталась забрать у Кая магию (естественно, я собиралась ее ему сразу же вернуть), но у меня ничего не вышло. Магия Кая оказалась настолько мощной, что у меня закружилась голова и я чуть не потеряла сознание. Парни тогда очень сильно испугались за меня, а я сделала выводы. Скорее всего, магию ректора я забрать не смогу, потому что он, как и Кай, был слишком силен. Разве что научусь лучше пользоваться совей магией, но без каких-либо пособий и учителей я в этом продвигалась очень медленно. Это расстроило меня, но я не спешила отчаиваться. Продолжала изучать найденную информацию, не забывая при этом еще и дополнять карту замка в своем зеркальце. И когда мне удалось подсоединить к своей карте добрую половину зеркал замка, я вдруг обнаружила, что защита дала брешь, и мне наконец удалось проникнуть в зазеркалье. Оттуда я притянула и соединила в своем ручном зеркальце все остальные отражения из всего замка. Даже из мужских туалетов и раздевалок, что сначала смутило меня, но потом я решила, что это к лучшему. Вдруг Кай или Шейд мне срочно понадобятся именно в тот момент, когда они будут находиться там? А еще, что было очень кстати, я получила доступ к зеркалам в кабинете ректора. Вернее, к одному единственному зеркалу, которое висело у него на стене. Я боялась заглядывать в него, чтобы ректор не уловил мое присутствие, но меня успокаивала мысль, что в случае чего, я смогу найти своих парней даже там. Радуясь своей маленькой победе, я продолжала готовиться к возможной битве. Мысли о ректоре затмевали собой все, кроме, естественно, моих истинных. Так проходили недели, но на удивление ректор меня не трогал, и я уже не знала, чего от него ожидать. Он постоянно околачивался где-то рядом, но больше не звал на дополнительные. Много раз я замечала на себе его пристальные взгляды. Хуже всего то, что я почти всегда в этот момент была в объятиях Кая или Шейда, а иногда и обоих. Это, конечно, придавало мне чувство уверенности, но мне не очень хотелось, чтобы ректор столько знал о моей личной жизни. Сколько бы мои истинные ни уверяли меня, что всем плевать, я не могла отделаться от чувства стыда. Понимала, что многие в академии уже знают про нас, и иногда сильно мучилась, представляя какие сплетни обо мне ходят. И больше всего я боялась, что ректор вызовет меня к себе на откровенный разговор. Если он спросит меня в лицо, почему я сплю с двумя парнями, что мне ему на это ответить? А вдруг он напишет моей семье? Что я тогда буду делать? Я мучилась от тревоги, но этого не происходило. Ректор, наоборот, держался вдали и как будто избегал меня. Один раз я столкнулась с ним в коридоре, и он лишь кивнул мне и сразу же ушел, при этом отшатнувшись от меня на добрых полметра. Это настолько удивило меня, что я застыла и еще несколько минут смотрела ему вслед. В голову пришла мысль, что он меня боялся. Неужели догадался, что я открыла свой дар? Если так, значит, мой дар все-таки опасен для него. Быть может, я все-таки могу лишить его магии… Хоть я и не знала, как это сделать. От того, что ректор больше не звал меня на дополнительные и вообще практически перестал маячить у меня перед глазами на целый месяц, я постепенно расслабилась. Сосредоточилась на учебе и на своих неугомонных истинных и даже почувствовала себя в безопасности. Но, как оказалось, зря.