Глава 14

Зеркало вспыхнуло. 0 зрителей.

– Доброе утро, – произнесла я чуть хрипловатым спросонья голосом. – Или день. Не знаю, сколько сейчас времени, но я только что проснулась. Всю ночь планировала стратегию... и почти не спала.

2 зрителя.

– Сегодня будет веселье, – я подмигнула зеркалу. – Помните, вчера я обещала показать, как довести перфекциониста до ручки? Так вот, начинаем операцию "Разрушение идеального порядка". Следите за мной.

6 зрителей.

Неплохо. Но нужно больше действий.

Я схватила зеркало и вышла из западного крыла в общий в коридор.

Длинный, белый, залитый солнечным светом. Идеально чистый. По стенам через равные промежутки висели серебряные светильники. На консольных столиках стояли белые вазы с белыми цветами.

Вазы. Отлично.

Я подошла к ближайшей, повернула зеркало так, чтобы было видно и меня, и вазу.

– Видите? Идеальная симметрия. Все вазы на одинаковом расстоянии. Все цветы одной высоты. – Я взяла вазу и переставила ее на десять сантиметров правее. – А теперь нет.

17 зрителей.

Я прошлась по коридору, переставляя вазы. Одну сдвинула влево, другую – вправо, третью развернула.

– Это называется "легкий творческий беспорядок", – пояснила я зрителям. – Лорд Элиан, конечно, не оценит, но вы-то понимаете, что так гораздо живее, правда?

24 зрителя.

Растет! Работает!

Я спустилась по лестнице (зеркало пришлось держать одной рукой, второй придерживаясь за перила, не хватало еще в этом мире упасть в прямом эфире), и направилась к парадному залу.

Огромный, светлый, с теми самыми белоснежными кушетками и низкими столиками.

На одном из столиков стояла серебряная ваза с белыми лилиями.

Я подошла ближе, направив зеркало на вазу.

– Смотрите. Лилии. Идеально расставленные, все смотрят в одну сторону. – Я протянула руку и развернула одну лилию в противоположную сторону. – Бунтарь среди конформистов.

32 зрителя.

Это успех. Но мне нужна кульминация. Мне нужна реакция Элиана.

Я огляделась. В зале было еще несколько предметов, которые можно было подвергнуть "творческому переосмыслению": подушки на кушетках (их я слегка сдвинула, нарушив параллельность), серебряный подсвечник (развернула его боком), стопка книг на другом столике (вытащила одну из середины, оставив остальные в шатком равновесии).

41 зритель.

Я шла по замку, как ураган, оставляя за собой след легкого, почти незаметного хаоса. Ничего серьезного, но достаточно, чтобы глаз перфекциониста зацепился и задергался.

Наконец я добралась до кухни.

Толкнула дверь и…

– Вика! – Марта обернулась от плиты, где что-то помешивала в кастрюле. – Доброе утро! Ты уже проснулась? Мы оставили тебе завтрак, он на столе.

Элис, Грейс и Иви тоже были здесь: Элис месила тесто, Грейс чистила овощи, Иви подметала пол.

Все они уставились на меня. Вернее на зеркало в моих руках.

– Доброе, – я прошла к столу, держа зеркало так, чтобы не показывать женщин (без их разрешения транслировать их было бы неэтично, даже по моим меркам).

Я развернула зеркало к себе, чтобы в кадре была только я и часть кухни за спиной.

– Извините, девочки, работаю, – бросила я через плечо и снова обратилась к зрителям: – Итак, дорогие мои, я добралась до кухни. Единственного места в этом замке, где чувствуется, что здесь живут настоящие люди, а не музейные экспонаты.

Марта хмыкнула за моей спиной, но промолчала. Я видела краем глаза, как женщины переглянулись с любопытством, но без осуждения.

53 зрителя.

– Сейчас я позавтракаю, а потом мы продолжим нашу миссию, – продолжила я, придвигая к себе тарелку с хлебом, сыром и какими-то фруктами. – Цель дня: дождаться реакции лорда-дракона. Держу пари, он уже заметил мои художественные правки в интерьере.

Затем коснулась руны, отключая трансляцию.

На секунду воцарилась тишина, потом Иви не выдержала:

– Вика, ты что делаешь? Это же публичное зеркало! Ты транслируешь все это на весь мир!

Я откусила кусок хлеба (восхитительно свежего, еще теплого), прожевала и улыбнулась:

– Именно. На весь мир. У меня уже пятьдесят три зрителя.

– Пятьдесят три?! – ахнула Грейс. – За одно утро?

– Ну, технически со вчерашнего вечера, – уточнила я. – Вчера начала с нуля, к концу первой трансляции было двадцать три. А сегодня уже больше пятидесяти. Неплохая динамика роста, учитывая, что я здесь всего второй день и понятия не имею, как работает ваша местная аудитория.

Марта отложила половник и повернулась ко мне, вытирая руки о фартук:

– Погоди-погоди. Ты транслируешь... что именно?

– Свою жизнь здесь. В замке. – Я пожала плечами, откусываю сыр. – Показываю, как живет легендарный лорд-затворник. И то, как он реагирует на... нестандартные ситуации.

Элис присвистнула:

– Ты с ума сошла. Он же тебя убьет.

– Не убьет, – возразила я спокойно. – Максимум, устроит очередную паническую атаку. Что, кстати, тоже отличный контент.

Женщины снова переглянулись. На этот раз с откровенным беспокойством.

– Вика, милая, – начала Марта примирительным тоном, – ты не понимаешь. Лорд Элиан очень... чувствительный. Если ты будешь специально его провоцировать...

– Он что, превратится в дракона и сожрет меня? – перебила я, отправляя в рот ломтик какого-то сладкого фрукта, похожего на персик, но с привкусом меда.

– Нет, но он может... – Грейс запнулась, подбирая слова. – Он может впасть в такое состояние, что не будет выходить из своих покоев неделями. Мы видели это однажды. Тогда в замок случайно залетела птица и разбила окно в библиотеке. Осколки, беспорядок... Он замкнулся в себе на несколько дней. Не ел, не спал, только сидел в своей комнате и... – она замялась. – В общем, нам было страшно. Мы думали, он умрет.

Я замерла с куском хлеба на полпути ко рту.

Умрет? От разбитого окна?

Что-то кольнуло внутри. Не совесть, нет, до такого я еще не опустилась. Скорее любопытство.

Интересно. Значит, его перфекционизм – это не просто причуда. Это что-то более серьезное.

Я медленно опустила хлеб на тарелку:

– Хорошо. Я буду осторожнее. Обещаю не разбивать окна.

Марта вздохнула с облегчением:

– Спасибо. Мы не хотим, чтобы ты пострадала. Или чтобы лорд пострадал. Он... – она помолчала, потом добавила тише: – Он хороший. Просто несчастный.

Несчастный. Слово повисло в воздухе.

Я доела завтрак молча, обдумывая услышанное. Женщины вернулись к своим делам, изредка бросая на меня осторожные взгляды.

Несчастный, значит. Хороший, но несчастный. И настолько хрупкий, что может сломаться от беспорядка.

Почему-то это меня заинтриговало. Нет, не разжалобило, я не настолько сентиментальна. Но заинтриговало – да.

Что с ним случилось? Почему он такой?

«Двести лет, – повторила я про себя. – Он правит здесь двести лет. Значит, ему самому... сколько? Триста? Пятьсот? Драконы вообще стареют?»

Мысль была странной и немного жуткой. Элиан выглядел максимум на тридцать. Красивый, холодный, отстраненный... А ему, получается, несколько веков.

Интересно, он вообще помнит, каково это – быть молодым? Влюбляться, ошибаться, жить спонтанно?

Впрочем, учитывая его помешательство на порядке, вряд ли он когда-либо жил спонтанно.

Я взяла зеркало и встала из-за стола:

– Спасибо за завтрак, Марта. Было восхитительно. Пойду продолжу... работу.

– Вика, – окликнула меня Иви. Я обернулась. Она смотрела на меня серьезно, без обычной веселости в глазах. – Просто будь... доброй. Хорошо?

Я моргнула.

Доброй? Я?

– Постараюсь, – выдавила я и вышла из кухни.

Доброй. Они хотят, чтобы я была доброй.

Смешно. Я всю жизнь строила карьеру на том, что была жесткой, циничной и беспощадной. Доброта не собирает просмотры. Доброта не создает хайп.

Ладно. Немного скорректирую стратегию. Буду провоцировать, но аккуратнее. Играть на грани, но не переходить ее.

План остается прежним. Но теперь с поправкой: не довести до срыва, а... растопить лед. Показать зрителям не просто "психа-перфекциониста", а человека за этой маской. Такое интригует не хуже скандалов.

Это будет сложнее. Но интереснее.

Я посмотрела на свое отражение в зеркале, которое держала в руках, затем коснулась руны-активатора:

– Начать трансляцию.