Глава 33

Покои Элиана находились в восточной башне – самой высокой и уединенной части замка. Я поднималась по винтовой лестнице, и мои шаги гулко отдавались под каменными сводами, смешиваясь с шелестом шелкового халата. С каждой ступенькой моя решимость крепла, а гнев разгорался ярче.

Он не имеет права просто игнорировать меня. Не после того, что произошло. Не после того, как он сам начал это. Я заслуживаю хотя бы объяснений. Хотя бы разговора.

Когда я добралась до двери в его покои, то остановилась, переводя дыхание. Уже знакомая мне дверь из темного дерева, с серебряными узорами, изображающими переплетенных драконов встретила меня. Я подняла руку и громко постучала.

Ответа не последовало.

Я постучала сильнее.

– Элиан! – позвала я требовательно. – Я знаю, что ты там. Открой дверь. Нам нужно поговорить.

Тишина.

– Элиан, открой дверь, или я ее вышибу! – рявкнула я, теряя терпение. – И не думай, что я шучу!

Еще несколько секунд тишины, а потом замок щелкнул, и дверь медленно приоткрылась. Я толкнула ее и вошла внутрь.

Комната была погружена в полумрак, тяжелые шторы задернуты, не пропуская солнечный свет. Только несколько свечей горели на столике у окна, отбрасывая танцующие тени на стены.

Элиан сидел у стола, спиной ко мне, и даже в полумраке его силуэт выглядел безупречно – прямая спина, расправленные плечи. Я осталась стоять у двери, скрестив руки на груди, и молча рассматривала его, ожидая, что он повернется, заговорит первым, хоть что-то скажет.

Но он молчал.

Прошла минута. Другая. Тишина становилась все более давящей, заполняя пространство между нами, как густой туман. Я чувствовала, как внутри меня закипает раздражение, смешанное с обидой и каким-то отчаянным желанием заставить его хоть как-то отреагировать на мое присутствие.

– Ну что, – наконец произнесла я с нарочитой небрежностью, – будем играть в молчанку? Или ты все-таки соизволишь объяснить, какого черта вчера произошло?

– Не надо было приходить, – произнес он наконец, и его голос прозвучал глухо, устало. – Я не хочу разговаривать об этом.

– Не хочешь? – переспросила я, делая шаг вперед. – Как удобно! Ты поцеловал меня, Элиан. Ты сам начал это. А потом сбежал, как будто я была чем-то отвратительным. И теперь что? Ты думаешь, что можешь просто спрятаться здесь и делать вид, что ничего не произошло?

Он резко встал и обернулся, и я невольно отступила на шаг. Его лицо было бледным, глаза – темными, почти черными в неверном свете свечей. В них читалась буря эмоций – гнев, страх, отчаяние, боль. Все то, что он так старательно прятал за своей маской безупречного контроля.

– Это была ошибка, – выдохнул он, и каждое слово давалось ему с видимым усилием. – То, что я сделал… этого не должно было случиться. Я потерял контроль. Я позволил себе слабость. И я не могу позволить этому повториться.

– Слабость? – я зло рассмеялась. – Ты называешь это слабостью? Поцеловать женщину, которая тебе нравится, – это слабость?

– Да! – его голос взлетел вверх, зазвенел в тишине комнаты, и я увидела, как дрожат его руки, как напряжена каждая мышца его тела. – Да, это слабость! Потому что я не могу себе позволить привязываться к кому-то. Не могу позволить себе нуждаться в ком-то. Потому что в конце концов я все равно все разрушу.

Я стояла, глядя на него, и внутри меня что-то сжалось. Но я не собиралась отступать. Не сейчас.

– Ты не разрушишь, – сказала я тихо, делая еще один шаг вперед. – Элиан, то, что случилось с Алисой, не было твоей виной. Ты не убивал ее. Ты не виноват в том, что началась война. Ты не виноват в том, что другие драконы оказались достаточно жестоки, чтобы использовать твои чувства против тебя.

– Но я виноват в том, что не смог ее защитить, – в его голосе была горечь. – Я оставил ее одну. Я думал, что замок, стены, заклинания – всего этого будет достаточно. Но это была иллюзия контроля. Иллюзия безопасности. А когда я вернулся и увидел, что они с ней сделали, то превратился в дракона и разрушил половину замка. Чуть не убил людей, которые мне служили. Людей, которые не были виноваты ни в чем. И с тех пор я знаю – я не могу доверять себе. Не могу позволить себе потерять контроль. Потому что когда это происходит, я становлюсь монстром.

Я подошла ближе, и теперь между нами было всего несколько шагов.

– Ты не монстр, – произнесла я, и мой голос прозвучал мягче, чем я планировала. – Ты человек, который пережил травму. Который пытается справиться с болью единственным доступным ему способом. Но Элиан... этот способ тебя убивает. Ты заперся здесь, создал свою идеальную тюрьму из правил и ритуалов, и называешь это жизнью. Но это не жизнь. Это медленное умирание.

Он посмотрел на меня, и в его глазах плескалась боль.

– Может быть, – прошептал он. – Но это безопасно. Для меня. Для других. Пока я здесь, пока все под контролем, пока каждая вещь на своем месте – я не причиню никому вреда.

– А что насчет вреда, который ты причиняешь себе? – я сделала последний шаг, и теперь между нами оставалось всего несколько сантиметров. – Это не считается?

Он молчал, глядя на меня, и я видела, как он балансирует на грани – между желанием и страхом, между контролем и хаосом, между тем, чтобы оттолкнуть меня, и тем, чтобы притянуть к себе.

– Вика, – произнес он хрипло, – не делай этого. Не подходи так близко. Не смотри на меня так. Потому что если ты продолжишь... я не знаю, смогу ли я удержаться.

– А может, – прошептала я, поднимая руку и касаясь пальцами его щеки, ощущая под ними легкую небритость и тепло его кожи, – не надо удерживаться?

Его дыхание стало прерывистым. Я видела, как расширились его зрачки, как напряглась линия челюсти под моими пальцами. Видела, как его руки сжались в кулаки, словно он пытался физически удержать себя от того, чтобы коснуться меня.

– Я не могу, – выдохнул он. – Вика, я не могу...

– Можешь, – я придвинулась еще ближе, и теперь наши тела почти соприкасались. – Ты просто боишься. Но знаешь что? Я тоже боюсь. Я боюсь того, что чувствую к тебе. Боюсь того, что ты заставляешь меня чувствовать. Потому что это не входило в мои планы. Это не было частью стратегии. Но иногда, Элиан, нужно просто отпустить контроль и позволить случиться тому, что должно случиться.

На мгновение показалось, что он готов сдаться. Его рука дрогнула, поднялась, почти коснулась моей талии. Но потом он резко отшатнулся, отступил на шаг.

– Нет, – прошептал он, и в его голосе слышалось отчаяние. – Нет, я не могу. Пожалуйста, Вика. Уйди. Просто уйди. Пока я не натворил чего-то непоправимого.

Я стояла, глядя на него, и внутри меня боролись две силы. Одна – разумная, логичная, та, что говорила мне отступить, дать ему время, не давить. Другая – импульсивная, эмоциональная, та, что хотела сломать все его стены прямо сейчас, здесь, любой ценой.

В итоге победила первая.

– Хорошо, – сказала я, поворачиваясь к двери. – Я уйду.

Я услышала, как он выдохнул с облегчением.

И именно в этот момент я обернулась, подмигнула ему и выскользнула из комнаты.