Глава 7

– Эй, – я опустилась рядом с ним на корточки. – Элиан. Лорд Элиан. Дракоооша. Ау!

Он не реагировал. Продолжал раскачиваться и бормотать про нарушенные ритуалы.

– Ладно, – я потянулась и осторожно коснулась его плеча.

Он вздрогнул так, будто я ударила его током, и отшатнулся. Поднял на меня глаза, и в них был такой ужас, что я непроизвольно отстранилась.

– Не трогай, – прошипел он. – Ты... ты грязная. Все грязное. Нельзя прикасаться.

– Ясно, – я откатилась на безопасное расстояние. – Без прикосновений. Понятно.

Мы сидели так несколько минут. Он – раскачиваясь и считая вслух (начал сначала, с пятидесяти). Я – размышляя, что делать дальше.

«Можно, конечно, просто уйти, – рассудила я. – Найти какую-нибудь комнату, запереться и переждать. Но, во-первых, я не знаю, где тут комнаты. Во-вторых, он мой единственный шанс остаться в этом мире с крышей над головой и едой. В-третьих... черт, ну жалко же».

Последнее я с трудом, но признала себе.

– ...три, два, один, – закончил Элиан и выдохнул. Поднял голову. Глаза все еще были безумными, но он хотя бы смотрел осмысленно. – Извини.

Я моргнула.

– Что?

– Извини, – повторил он тихо. – Это... недостойное поведение для лорда. Я не должен был терять контроль.

– Да ладно тебе, – я неловко пожала плечами. – Это я виновата. Специально нагрязнила. Прости.

Мы уставились друг на друга. Дракон, который извиняется за паническую атаку. Блогерша, которая извиняется за вредность. Абсурд.

– Мне нужно это убрать, – произнес он, все еще сидя на полу. – Но если я уберу сейчас, это нарушит график, и весь день пойдет неправильно, а если весь день пойдет неправильно, то завтра...

– Стоп, – я подняла руку. – А если убрать это из графика? Ну, типа, считать, что грязь появилась по обстоятельствам, от тебя не зависящим? Для форс-мажоров есть отдельное правило?

Он задумался. Я прямо ощущала, как шестеренки крутятся в его голове.

– Правило сто двадцать шесть, – медленно проговорил он. – В случае непредвиденных обстоятельств разрешается внеплановая уборка без нарушения общего распорядка.

– Во! – я обрадовалась. – Вот оно. Значит, ты можешь убрать, и все будет в порядке.

Элиан кивнул, поднялся – плавно, без рывков – и направился к одной из стен. Провел рукой по белому камню, и часть стены отъехала в сторону, открывая нечто вроде кладовки. Там висели тряпки, стояли ведра, щетки...

«Господи, – изумилась я, – у него целый арсенал для уборки».

Он достал тряпку, ведро с водой (откуда вода в ведре? Магия?), какую-то щетку и вернулся к оскверненной кушетке. Опустился на колени и начал оттирать грязь.

Медленно. Методично. Движения выверены до миллиметра. Сначала одно пятно, потом другое. Потом протер всю обивку. Потом взял другую тряпку и протер еще раз. Потом третью.

Я наблюдала за этим процессом с нарастающим изумлением.

«Это же займет вечность, – подумала я. – Если он так тщательно убирает каждое пятнышко, то...»

– Сколько времени ты тратишь на уборку замка? – не выдержала я.

– Прислуга убирает замок два часа утром, два часа вечером, – ответил он, не отрываясь от кушетки. – Плюс внеплановые уборки при необходимости.

– Четыре часа в день?!

– Замок должен быть чистым.

«Это не жизнь, – поняла я. – Это тюрьма».

Когда он наконец закончил (кушетка сияла как новая), я решила попробовать еще раз:

– Слушай, может, не надо всех ста двадцати семи пунктов? Ну, самые важные расскажешь, а остальное...

– Нет, – он посмотрел на меня, и я увидела, что глаза стали спокойнее. – Все. Это важно. Но... я понял, что устно излагать долго. У меня есть список. Написанный. Я дам тебе его, ты прочтешь.

– У тебя есть письменный список из ста двадцати семи правил? – уточнила я.

– Да. Переписываю каждый месяц, чтобы бумага не пожелтела.

«Конечно, переписываешь, – мысленно вздохнула я. – А как же иначе».

– Хорошо, – согласилась я. – Давай список. Я прочту. Но не обещаю, что буду все соблюдать.

Его лицо дернулось, но он кивнул.

– Жить будешь с остальными девушками, – сообщил Элиан, когда его дыхание окончательно выровнялось, а руки перестали дрожать. – В восточном крыле есть комната для прислуги. Там уже четверо. Ты будешь пятой.

Я медленно повернула к нему голову.

– Повтори-ка, – попросила я очень спокойным голосом. Слишком спокойным. Таким я разговаривала с особо бестолковыми ассистентами перед тем, как устроить им публичный разнос в сторис.

– Восточное крыло, комната для прислуги, – начал было он.

– Стоп. Ты хочешь засунуть меня в общую комнату с четырьмя другими девушками?

– Да. Их тоже отдали в качестве дани из соседних деревень. Они занимаются уборкой замка...

– УБОРКОЙ?! – мой вопль заставил его снова вздрогнуть и зажмуриться. – Ты думаешь, я буду... убирать?!

– Это входит в обязанности...

– Милый мой, – я подошла к нему вплотную, и он инстинктивно попятился, – я последний раз держала швабру в руках лет в пятнадцать, когда мама в воспитательных целях заставила меня вымыть пол после вечеринки. С тех пор у меня была клининговая служба, которая приезжала дважды в неделю и делала все за меня. Я не знаю, как пользоваться пылесосом. Я не в курсе, чем отличается средство для мытья посуды от средства для мытья пола. И я точно, ТОЧНО не собираюсь этому учиться.

Элиан моргнул.

– Но... тогда что ты будешь делать?

«Отличный вопрос, – подумала я. – Жаль, что ответа у меня нет».

– Придумаю, – отрезала я. – Но жить в общей комнате с четырьмя незнакомыми бабами и заниматься уборкой – это не вариант. Мне нужна отдельная комната.

– В замке нет свободных комнат, – возразил он.

– Врешь, – я оглянулась на бескрайние белые коридоры. – Эта твоя крепость размером с торговый центр. Тут должна быть куча свободных помещений.

– Есть западное крыло, – медленно произнес он. – Но там никто не живет.

– Почему?

– Потому что там... – он замялся, – там слишком много комнат, и я не могу поддерживать их все в надлежащем порядке. Я запер западное крыло и не хожу туда.

«То есть он просто взял и закрыл половину замка, потому что не мог убираться везде? – изумилась я. – Это уже даже не смешно, это грустно».

– Отлично, – я скрестила руки на груди. – Открывай свое западное крыло. Я буду жить там.

– Но оно не убрано! – в его голосе прорезалась паника. – Там пыль, там паутина, там все не так!

– Мне плевать, – отрезала я. – Дай мне комнату в западном крыле, или я устрою тут такой бардак, что твои сто двадцать семь правил покажутся тебе детским лепетом.

Мы уставились друг на друга. Я видела, как в его голове идет отчаянная борьба: с одной стороны, перспектива открыть неубранное крыло вызывала у него ужас. С другой – перспектива оставить меня здесь, в парадных залах, где я могу нагрязнить еще больше, пугала не меньше.

– Хорошо, – выдохнул он наконец. – Западное крыло. Но не будешь...

– Да-да, – отмахнулась я. – Все прочту в твоем списке. Веди.