Глава 23

– Я не знаю, какую выбрать. Мне понравились многие. – Рассматриваю резюме нянь для Нандо и бросаю взгляд на Клаудию, укачивающую сына.

– Ты должна почувствовать именно ту самую, Реджина. У Фердинанда их было три. Я тоже была в таком же потерянном состоянии, но потом поняла, что сделала ошибку. Осталась только одна. Поэтому прежде, чем нанять няню на работу, прислушайся к своему материнскому сердцу, – советует она.

Ага, если бы это было так просто.

За две недели постоянных собеседований, последовавших после принятия мной решения всё же нанять помощницу, которая даст мне хотя бы немного поспать, я нахожусь в ещё большей растерянности. Все претендентки имеют идеальные резюме. Клаудия их проверила. Они все милые и доброжелательные. Клаудия присутствовала при каждом разговоре и умело пыталась вывести их из себя, но они не поддались. Мне понравились все. Клаудия же теперь сохраняет нейтралитет, а мне нужна помощь.

– Вот эту, – выдвигаю одно резюме. Была не была. Я всё равно ни черта в этом не разбираюсь.

– Хорошо, я сообщу Марине, что она нанята на испытательный срок. А также оформлю все документы.

– Спасибо, Клаудия. Не знаю, что я бы без вас делала, – устало улыбаюсь и отклоняюсь на спинку дивана. Нандо просыпается и хнычет. Его крик пугает всех. Буквально всех, даже Клаудию. Она быстро передаёт сына мне, и он успокаивается. Никто не может терпеть его ор. Я тоже, но у меня выбора нет, поэтому как только он начинает кричать, всех словно сдувает ветром. В принципе, то же самое происходит и сейчас.

Клаудия быстро собирает резюме и чмокает меня в лоб, обещая сообщить результаты. И вот её уже нет. Поэтому я и решилась на няню. Марина, выросла в Париже, в семье русских иммигрантов, приехавших во Францию много лет назад, но обучалась в специальной школе для нянь в Англии. Она знает пять языков и работала в очень богатых домах. Она идеальна. Мне женщина понравилась. Хотя с виду она очень строгая, но с Нандо становится довольно милой.

Герман всё же поступил так, как я его просила. Он наладил отношения с Дериком. То же самое сделали и остальные, но общались сквозь зубы, особенно моя семья. Они до сих пор игнорируют Дерика, как и он их. Как и всех. За время, прошедшее со дня его рождения, Дерик ни разу не появлялся здесь. Конечно, я его понимаю, но меня злит, что его не интересует ничего, что касается сына. Вообще, ничего. Я, действительно, чувствую себя матерью-одиночкой, которую попросту кинули. Из-за усталости и огромного количества молока я на эмоциональном нуле. Даже волосы не мыла уже неделю, потому что времени нет. У Нандо колики, и мне приходится соблюдать жёсткую диету, да и она не помогает. Я стала ещё худее, чем раньше, а вот грудь… мне нравится. Она огромная и стоит. Наверное, это единственный плюс во всей моей жизни.

– Привет, дорогая. Как ты?

Пропускаю в дом Эни и улыбаюсь ей.

– Привет. Хорошо. Марина потрясающая. Не помню, чтобы я спала так долго, как сегодня. Я уже её люблю, – радостно сообщаю.

– Это здорово, что ты согласилась на няню. Меня саму растила няня, и поверь мне, я не жалею об этом. Она была беспристрастна ко мне, и благодаря ей я училась, получала хорошие знания и знала этикет. Это именно те люди, которые приходят на помощь.

– Кофе? Чай?

– Ничего, я просто приехала тебя навестить.

Мы с Эни садимся на диван, и повисает неловкая пауза.

– Как дела у тебя? Вы уже назначили дату свадьбы? – интересуюсь я.

– Ты именно это хотела спросить, Реджина? – усмехается Эни.

– Ну… хм, да.

– Мы пока не назначили дату, но подходим к этому моменту. Грет довольно сложный человек. Он хочет быть уверен, что постоянно будет работать здесь, да и документы надо переоформить. Мы подали прошение на получение гражданства Альоры. Хотим остаться здесь навсегда и также лишить моего отца возможности манипулировать нашей родиной.

– Ясно. У вас получится. Вы оба целеустремлённые, – киваю ей.

– Да… да, хочешь узнать про Дерика?

– А оно стоит того? – с горечью отвечаю.

– Не знаю. Сама решишь.

– Не хочу. Ему безразличен ребёнок. Меня больше всего это волнует. Он ни разу не был у него. Дерик видел сына только сразу после родов, и всё. Потом на фотографиях, но лично нет. Не понимаю, что мне делать.

– Он немного занят. На самом деле мы начали подготовку к коронации. Ферсандр уже сдаёт позиции…

– Да, Клаудия говорила, что иногда он даже встать с постели не может. Это ужасно. Неужели, ему нельзя помочь?

– Нет. К сожалению, мы должны быть готовы к худшему, но Ферсандр хочет довести всё до конца, и сейчас нам приходится сложнее. Необходимо снова приглашать людей, выделять деньги из бюджета страны и готовить прессу к этому событию. В общем, Дерику сейчас явно не до сына. Его дёргают со всех сторон.

Хотя бы так, но это не умаляет того, что он ни разу даже не звонил. Мог ведь выделить время, если бы он хотел. Но Дерик не хочет. Ему безразличен сын, а моё сердце болит из-за этого. Так нельзя. Он обещал, что мы оба будем родителями. Говорил мне об этом. Я не желаю думать, что Дерик врал мне.

– А почему бы тебе не привезти Нандо к нему? Дерик был бы рад, – предлагает Эни.

– Вот так просто заявиться к нему в замок? Это будет выглядеть невоспитанно с моей стороны, – мотаю головой.

– Глупости. Клаудия постоянно предлагает тебе переехать туда, да и Дерик мог бы чаще видеться с сыном. Он устаёт. К слову, ты всегда твердишь об уступках и помощи Дерику, так сделай сама это. Что тебя останавливает?

Кусаю губу и пожимаю плечами.

– Я боюсь, что снова увижу ненависть в его глазах, как в тот вечер. Тем более там Жанна. Вдруг помешаю.

– Так, Реджина Хэйл, Нандо твой сын настолько же, насколько и его. Пусть возьмётся за ум и вспомнит об этом. Вашу холодную войну пора прекращать. Вот то, что ты не хочешь привозить сына к нему, неправильно. Мужчины не так привязаны к детям, как женщины, но мы не можем лишать их всех радостей отцовства. Приди к нему и отдай ребёнка на пару часов. Это же его сын. Какого чёрта Дерик не хочет его видеть? Не ты одна участвовала в зачатии, но при этом взяла на себя все обязательства. Передай их частично ему. Пусть он тоже отвечает за Нандо, как и ты. Вы оба родители, – убеждает она меня.

– А если он разозлится и выгонит меня?

– Боже, зачем ты сама себя запугиваешь? Да, Дерик поступил ужасно по отношению к тебе, но сына он не выставит за дверь, как и тебя. Ты его мать, Реджина. Начни бороться за права собственного сына. Ему нужен отец, а ты пустила всё на самотёк. Так нельзя. Мужчинам нужно говорить и указывать на то, чем ты недовольна. Нельзя под них прогибаться.

– Да, легко сказать, когда ты независима от мужчины. А я завишу от Дерика. Если он захочет, отберёт у меня сына и вышвырнет меня из Альоры.

– Кто ему это позволит? Ферсандр пока ещё король, да и Клаудия устроит ему скандал, если Дерик так поступит. Он ведь не чудовище, Реджина, просто немного запутался и тоже боится, что ты его на порог не пустишь. Дерик ведь разумный человек и отец твоего ребёнка. Подумай о Нандо. Ладно, сейчас, а что будет потом? Дерик, вообще, отвыкнет даже от мысли, что у него есть сын. Ты обязана ему об этом напомнить.

В душе я согласна со всеми словами Эни. Я тоже крайне возмущена поведением Дерика. И сейчас её энергия передаётся мне. Я злюсь. Я готова рвать и метать.

– Ты права. Я так и поступлю. Как только Марина вернётся с прогулки, сразу же соберусь и поеду в замок. Хватит. Я дала Дерику достаточно времени, но он им не воспользовался, – произношу и воинственно поднимаюсь с места.

– Вот это та Реджина Хэйл, которую я знаю, а то растеклась здесь лужицей от одиночества. Пора тебе вылезать, дорогая, из своей раковины. И в пятницу мы идём в клуб. Отказы не принимаются. У тебя есть няня, так что начинай снова чувствовать эту жизнь. На ребёнке она не заканчивается. Тем более, тебе нужно выгулять свой новый бюст. Он такой внушительный.

Смеюсь и пихаю её в бок.

– Прекрати общаться с Ингой, она заразна.

– А мне она нравится. Инга даже Сабину приструнила. Теперь та работает на неё. Ты знала?

– Нет. Сабина отдалилась от меня. Вообще, даже не приходит.

– Думаю, это влияние Германа. Он её блюдёт так, что порой и мне страшно. Всё боится, что она причинит тебе зло. Кажется, он слишком много о ней думает. Видимо, всё никак не может простить, что она ушла, так и не доставив ему удовольствие.

– Что? – взвизгиваю я. – Когда это было?

– Пару лет назад. Отсюда его ненависть к ней. Обиженный мужчина, и понял, что с ним играли. Теперь уже всё потеряно, только уязвлённое самолюбие осталось. Всё, целую, мне пора. Жду тебя в замке, как раз и поужинаем вместе там, да?

– Да. Я приеду.

Эни, подмигивая мне, выходит из дома.

Чёрт возьми, когда я так размякла, если позволила Дерику видеть во мне особу, постоянно виновную во всём? Не я одна участвовала в зачатии Нандо. Он клялся. Он обещал мне. Пора потребовать исполнения всего, о чём он говорил.

Едва Марина вернулась домой, я сообщила ей, что направляюсь по делам. Она предложила мне свою помощь, но я отказалась. Хотя Марина знает, кто отец моего сына, но это дело я проверну без посторонней помощи. Марина мягко улыбается мне и обещает прибраться в доме, как и приготовить для меня ужин. Киваю ей благодарно и выхожу вместе с сумкой и Нандо к машине.

Во мне так кипит гнев, что не могу его контролировать. Хочется всё высказать Дерику. Столько времени прошло, а он всё носится со своими гормонами, как придурок!

Въезжаю на территорию замка и поднимаюсь в наше крыло. В моей старой спальне поставили кроватку, которую выбирала, увы, Клаудия, но она хотя бы не золотая. Кладу в неё сына и целую в лобик. Он спит, но уже вот-вот должен проснуться. Хватаю радионяню и направляюсь на поиски Дерика. Встречаю по пути Калеба, который сообщает мне, что тот в кабинете. У него важные переговоры. Ничего, я подожду.

Конечно, я знаю, где находится кабинет, и поэтому отпускаю Калеба. Подходя ближе к дверям, у которых стоит охрана, недовольно прищуриваюсь.

– Он мне нужен прямо сейчас, – произношу я.

– Леди Реджина, у Его Высочества крайне важные переговоры. Нам приказано никого не пропускать, – виновато отвечают мне.

– Как долго они продлятся?

Парень бросает на второго взгляд, умоляя спасти его. Что снова происходит?

– Хм, мы не можем знать, но сообщим ему…

Речь второго парня прерывает смех, раздавшийся из-за дверей. Женский и мужской. Последний я узнаю, а вот женский…

– О-о-о, да, очень важные переговоры, говорите? – рычу, расталкивая охранников в разные стороны и распахиваю двери.

Я достаточно терпела унижения со стороны Дерика. Достаточно ждала его. И дала ему достаточно шансов. Я, вообще, достаточно долго любила его.

То, что я вижу, повергает меня в шок. Я узнаю в девушке, сидящей на столе рядом с креслом Дерика, Жанну. Она, улыбаясь, поворачивается ко мне, и они здесь явно не дела обсуждали. Никакие, кроме интимных.

Горечь и боль сводят горло. Лицо Дерика сразу же вытягивается, и он поправляет рубашку, подскакивая с места. Жанна спрыгивает со стола и напряжённо смотрит на меня. Боже мой… Боже… теперь я ничего не хочу. Абсолютно ничего, только залатать свои раны. Зализать их. Заскулить от того, что я не нужна Дерику. Он уже давно с другой.

– Реджина, какого чёрта, ты позволяешь себе врываться в мой кабинет? – зло отчитывает меня. После всего. Я это заслужила? Нет.

Поднимаю подбородок и смиряю их обоих презрительным взглядом.

– Не знаю, какой чёрт у Вас в голове, Ваше Высочество, но у меня есть весомая причина оторвать Вас от дел. Я привезла вашего сына, которому нужно Ваше внимание. Вы же помните, правда, что у Вас есть сын? – холодно произношу. Мне плевать, знает эта девица о ребёнке или нет. Сейчас плевать. Дерик в очередной раз причинил мне боль.

– Я в курсе. Когда у меня будет время…

– Дерик, не волнуйся, ты можешь пойти и повидать сына. Это ведь важно. А я всё закончу сама. – Жанна кладёт ладонь Дерику на грудь, да так интимно, что меня сейчас вырвет.

Он мягко улыбается ей и кивает.

– Я же не представил тебе мать моего ребёнка…

Конечно, твоего! Как бы не так! Он мой, сукин ты сын! Не твой!

– Жанна, познакомься – Реджина Хэйл, она из Америки. Случайное знакомство и случайная беременность. – Он подводит её ко мне. Почему она такая идеальная? А я? В старых джинсах, в рубашке, которую ношу ещё с беременности и с растрёпанными волосами. Провалиться мне сквозь землю.

– Я очень рада встретиться с тобой, Реджина. Какая разница, случайно или же нет. Главное, результат потрясает. Жаль, что последняя наша встреча состоялась при крайне странных обстоятельствах. Дерик мне сказал сразу, что у вас есть сын, Фернандо. Я видела фотографии, он чудо. Такой милашка. – Она улыбается мне, и ведь в голосе нет ни грамма фальши.

– Благодарю. Я тоже очень рада встретиться с тобой в неформальной обстановке. Надеюсь, что Альора тебе нравится, – сухо киваю.

– Очень. Я бы здесь жила всё время…

– У тебя есть шанс, дорогая. – Дерик улыбается ей. Чёрт, мне противно. Ненавижу его… Боже, как я его ненавижу.

– Я ещё обдумываю этот вариант. Не хочу торопиться. Но определённо я влюблена в эту страну, и не только…

Можно меня пристрелить? Вот я не против снова поймать пулю.

Я не могу… мне плохо. Меня раздирает изнутри от ревности, от боли, от чёртовых эмоций и нежелания отдать его ей. Он любит её. Очень любит. По взгляду видно.

– Приношу свои извинения, что прерываю ваше облизывание друг друга взглядами, но я тороплюсь. Мне нужно кормить сына. Вы, Ваше Высочество, или идёте сейчас, или после сами приезжайте в мой дом, чтобы с ним встретиться. К сожалению, я сделала для Вас всё что могла. – Резко разворачиваюсь и направляюсь в другое крыло.

Дерик догоняет меня и, хватая за локоть, грубо разворачивает лицом к себе.

– Только попробуй ещё раз так ворваться в мой кабинет, я лишу тебя права, вообще, здесь находиться, – рычит он. Не узнаю его. Больше не узнаю.

– Не волнуйся, с этих пор я не буду входить в твоё положение и проявлять понимание. С этой минуты ты сам решаешь – нужен тебе сын или нет. А с меня хватит. Козёл, – так же грубо отвечая, вырываю свою руку из его и быстро иду по коридору.

– Ты не смеешь…

– Да пошёл ты в задницу, мудак! Я терпеть тебя не могу! Ненавижу тебя всей душой, понял? Это ты не смеешь так поступать со мной! Я не желаю тебе добра, ясно? Ты никто для меня! Я терпела тебя и твои выходки только из-за сына! – выкрикивая, несусь к спальне. Он за мной.

– Я не собираюсь с тобой ругаться, Реджина. Твои гормоны задолбали всех…

Сжимаю кулаки от ярости и врываюсь в комнату. Мои руки трясутся от адреналина. Меня рвёт на части от боли.

– Вот твой сын. Вот бутылочка с молоком. Развлекайся, – достаю всё и бросаю на кровать.

– Ты не оставишь меня с ним наедине, – шипит Дерик.

– С чего бы это? Это твой сын, повторяю. Я не сплю ночами. В одиночестве переживаю его колики. Только я волнуюсь за него. Теперь твоя очередь сделать хотя бы что-то, – цежу я.

– У тебя есть няня. Не прибедняйся. Все вокруг тебя пляшут, как придурки, а тебе всё мало? Запрещаешь мне видеть сына, и вдруг прискакала, чтобы показать, какая ты хорошая мать? Конечно, удобно быть хорошей, когда тебя содержат, правда? Удобно быть всепонимающей, когда каждый на твоей стороне, и ты ноешь им, какой я гад? Это ты, змея, настроила их против меня. Ты забрала у меня сына. И я лишу тебя всех прав, поняла меня? Я заберу у тебя ребёнка, и мы будем жить с ним семьёй вместе с Жанной, которой я сделал предложение. Она будет его матерью, не ты…

Изо всех сил, от той боли, которую сейчас мне причинил Дерик, размахиваюсь и смачно ударяю его по щеке. Ладонь словно пронзает острыми шипами, но рука болит не так сильно, как сердце. Из-за его крика Нандо просыпается.

– Ты сделал всё, чтобы я тебя возненавидела. Не нужен такой отец моему сыну. Ты ему не нужен. Ты не нужен мне. Только рискни забрать моего ребёнка, которому я отдала всю себя, и я тебя убью. Это угроза, Фредерик. Предупреждаю тебя – не приближайся к моему сыну, иначе я уничтожу тебя и твою шлюху, если хоть кто-то посмеет отнять у меня мой чёртов смысл жизни, – произношу, и мой голос, благодаря достоинству, которое ещё осталось внутри, не дрожит. Он холоден. Он мёртв. Как, наверное, и все мои чувства.

Хватаю сумку и бросаю в неё бутылочку. Сын орёт, и я перекладываю его в автокресло.

– Ты никуда не пойдёшь. Ты останешься здесь!

Дерик перекрывает мне путь. Но мне всё равно.

– Я не подчиняюсь твоим приказам. Ты больше мне никто. Ты потерял всё, Фредерик. Буквально всё. Надеюсь, то, на что ты променял нас, стоило того. Я презираю тебя. Ты такой же, как и мой отец. Ты ничем не лучше, и я не буду погибать от боли из-за любви к тебе. Я нужна своему сыну, а ты нет. Мы жили без тебя и проживём. И свои деньги засунь в глотку и отравись ими. – Обхожу его, но он перехватывает ручку от люльки.

– Отпусти.

– Успокойся, Джина. Ты сына напугаешь.

– Вспомнил, что у тебя сын есть? Иди ты на хрен. Он тебе не сын. Ты просто донор. И это именно ты орёшь и пугаешь его.

– Джина, не вынуждай меня причинять тебе боль.

– Ты уже это сделал. Куда больше?! Отпусти моего сына! Он мой! Я отдала ему… я отдала…

– Он кричит из-за тебя.

– Да, потому что он знает, что его отец мудак. Он возмущён, что его просто бросил тот, кто клялся быть ему отцом! Вот почему он кричит!

– Джина!

– Что здесь, чёрт возьми, происходит? Вы оба рехнулись?! – В спальню врывается Эни и отталкивает от меня Дерика. Она встаёт, закрывая меня собой.

– Убирайся отсюда…

– Дерик! Боже, очнись! Ты что творишь! Ты в своём уме?

Тяжело дыша, смотрю со страхом на покрасневшее, искажённое злобой лицо Дерика. Кто он такой теперь? Альора превратила его в чудовище. То место, которое могло бы стать для всех раем, оказалось адом для каждого.