Джинсы в дырку и розовый лифчик
Вечером я влетела в квартиру со словами:
— Ба, у меня свидание!
В ответ, с кухни, раздался звон разбивающейся тарелки.
— Ох ты ж масть честная! — ругнулась бабуля, — Что ты сказала? — высунула она заинтересованно голову в коридор.
— Свидание у меня, — выдохнула я и плюхнулась на диван.
— С кем? Неужели с начальником? — пристально посмотрела мне в глаза.
— Ага, — кивнула я, тупо, глядя на бабулю.
До сих пор не понимала, что это на яву происходит.
— Он тебе нравится, да?! — кивнула она с улыбкой, садясь рядом.
— Блин, да как он может не нравится. Просто он уж слишком закрытый какой-то, да еще такой суровый прям и наглый бывает, командовать любит, не терпит, когда ему перечат, — ворчала я, стягивая узкие джинсы.
— И в чем проблема не пойму? — покачала она головой вопросительно.
— А в том, что этот мудак напыщенный еще и командует мной, прям бесит меня, — взвизгнула я, подпрыгивая возмущенно на диване.
Бабуля сжала губы в нитку, а я прищурилась и вижу, как её нижняя губа подрагивает:
— Только посмей! — пригрозила я указательным пальцем, а она не выдержала и залилась хохотом, откинув голову.
— Предательница, — пробурчала я и ушла к себе в комнату, громко хлопнув дверью.
Взгляд упал на шкаф. Хм? Хочешь свидание? Ладно, будет тебе свидание….
До семи вечера я носилась по квартире в попытках собраться. Бабуля подхихикивала, глядя одним глазом в телевизор.
— Носишься, как курица по квартире, — сказала она в очередной мой забег до ванны.
И в семь раздался звонок в дверь. Да, даже не сомневаюсь, что ты знаешь мой адрес, не проблема ведь посмотреть личное дело сотрудника.
И я выплыла из комнаты. Бабуля открыла рот.
— Не вздумай в этом идти?! — гаркнула она меня.
— А что такого? — невинно захлопала я глазками и проплыла мимо, открывать дверь кавалеру.
— Стаська, тараканья жопа! — крикнула она во всё горло, как раз в момент, когда распахнула дверь.
Ни один мускул на его лице не дрогнул, когда он прошелся глазами по мне.
Ох да, эффектно, правда? Я нашла в закромах рваные джинсы, голубого цвета. Да и джинсами это можно было назвать с натяжкой, просто рваные лохмотья. Ярко-розовый неоновый лифчик с поролоновыми подушками сделали своё дело, моя грудь шла впереди меня. А сверху розового великолепия я нацепила майку крупной сеткой, хотя, глядя на неё, точнее, практически её отсутствие, можно было бы ее вообще не одевать. Ах да, еще ж кокетливые хвостики на голове. Волосы короткие и эти хвостики с мелкими бантиками смотрелись просто круто.
— Привет! — улыбнулась я во все свои тридцать два зуба, — Я готова.
Федор задержался взглядом на груди и подал мне букет ромашек. А я даже опешила. Он ведь и правда старается, а я тут…эх, башка тупая:
— Проходи, — выдохнула я, уже жалея о своей выходке.
Он прошел и моя огромная прихожая вдруг стала совсем маленькой, когда он подзадержался напротив меня, повернулся и, наклонившись, прошептал мне в ухо, опаляя горячим дыханием:
— Думаешь, меня это остановит? — и ухмыльнулся.
Черт?! Держите меня семеро, чтобы я не набросилась на него прямо тут.
— Добрый вечер, — отозвался он, когда, пройдя в комнату, увидел бабулю.
— Добрый, — грозно посмотрела она на него, — На свидание мою внучку ведешь? — не спуская с него глаз, вымолвила она.
А я держалась, чтобы не расхохотаться от сурового взгляда бабули:
— Да, — кивнул он также серьезно.
— И ее вид тебя не смущает?
Федор повернулся и посмотрел на меня, а потом обратно на бабулю:
— Ни капли.
— Стоп! — сказала я, — Ты, - ткнув пальцем в кавалера, — Жди меня тут, я сейчас, — он кивнул, а я перевела взгляд на бабушку, — Не спугни его, — пригрозила я.
Она вдруг расплылась в улыбке и расхохоталась:
— Ты мне нравишься, — и подмигнула Феде.
А он рот открыл:
— Ну и напугали вы меня, мадам, — улыбнулся он и расслабился.
— А я еще не то умею, — сказала она.
Я убежала в комнату, приводить себя в порядок и сделала это в рекордно быстрые сроки. Переодела легкое платье в цветок с длинными руками, взбила волосы, стерла яркую помаду, заменив на нейтральный цвет и предстала перед Федей.
Вот уж где гамма эмоций на мужском лице. От восхищения и заинтересованности, до реально жгучей страсти.
— Идем? — спросила я.
— Идем, — с трудом вымолвил он.
— Повеселитесь, детки, — съязвила бабуля, когда я уже закрывала дверь, в ответ показала ей язык.
В машине он молчал, но и музыку не включал:
— Может ты хоть пару фраз каких-нибудь скажешь? — не выдержала я, — Куда мы едем?
— У одного моего друга открывается выставка сегодня, предлагаю сгонять туда, для начала, — пожал он плечами.
— Ладно, — кивнула согласно я и мы опять замолчали.
Подъехали к большому торговому центру, на первом этаже огромный зал, с панорамными окнами. Ярко освещенное помещение с фотографиями.
— Здорово, — протянула удивленно я.
— Федя?! — услышала вопросительный визг и повернула голову, — Феденька! — снова повторила она и понеслась к нам.
Блондинка с выбеленными, почти до седины, волосами, или как модно теперь говорить, цвета платины, неслась к нам на встречу. Вижу, как напрягся Федор. Судя по взгляду «из под бровей», он совсем не рад ее видеть.
— Помочь? — шепнула я быстро ему.
— Было бы отлично, — ответил он даже не моргнув.
Это чудо подбежало к нам, даже запыхалось чуток. Стоит, влюбленными глазками на Федю стреляет, а меня, есессна, одарили чем-то средним между «Убью ссска!» и «Что за клуха?».
— Федя, как дела? Давно не виделись? — и даже попыталась по руке его погладить, а Феденька не «простачок», быстренько этой рученькой, или не…, этой лапонькой, потому что «рученькой» назвать его большую ладонь ну язык не поворачивался, приобнял меня за талию и, собственнически так, к себе прижал.
— Хать! — выдохнула я, когда оказалась прижата к его бедру, — Федя, ты меня покалечишь так, — сказала я.
— Прости, — ослабил он хватку и даже начал руку убирать, а в глазах такое извинение и стыд что ли, что он позволил себе такую сценку перед этой мадам.
— Не-не-не, — помотала я быстро головой, хватая его за руку, — Руку на место верни, а то тут слишком много охотниц до тебя, а так я тебя не отпущу.
— Это я тебя не отпущу, — с нежностью проговорил он, улыбаясь.
Только вот в глазах то никакой игры. Правду, что’ль, говорит?! Совсем я запуталась.
— Феденька, а это кто?! — спросила «она».
Господи, да чего ж ты тугодумная то такая? Красотой бог наградил, а мозгами нет, по ходу.
Смотрю, Федя уже рот хотел открыть, да опередила его:
— Так жена его, — и ручку ей свою, золотую, протягиваю, — Станислава, — представилась, — А вас, простите, как, не расслышала.
— Жена? — удивилась девица красная и перевела взгляд с меня на Федю.
— Жена, — кивнул он утвердительно, — Есть сомнения?
— Так как бы, еще недавно неженат был, — залепетала она.
Федор долго не думая, развернул меня к себе, обнял за талию и смачно так облобызал меня. Эх, а страсти то сколько. Язык его ласкает мои губы, пальчики сжимают талию, а горячее дыхание в губы сводит с ума.
Я и сама не заметила, как снова запустила пальцы в его волосы, а он, издав короткий стон, прижимает меня к себе сильнее и поднимает над полом:
— Эй-ей-ей, сегодня мой вечер! — услышали мы веселое и громкое.
Я растерянно смотрела по сторонам, а Федя пару раз глубоко и сожалением вздохнул.
— Федор Иванович с очаровательной спутницей, собственной персоной, — к нам подошел симпатичный молодой брюнет.
— Привет, Марат, — кивнул Федор и поздоровался, — Ну я ж обещал придти.
К слову говоря, блондиночка то быстро куда-то сбежала, когда мы горячо доказали ей о том, что только что сами придумали.
— Отлично, — кивнул парень и переключился на меня, — Марат, — и протянул руку.
— Станислава, — кивнула я в ответ и улыбнулась, — Жена Федора на сегодняшний вечер.
Парень засмеялся и сказал:
— Пойдемте, я вам всё покажу.
И мы пошли по огромному залу, а Марат рассказывал про свои фотографии, кстати, это была его выставка. Официанты носили шампанское и закуски, а мы ходили от работы к работе, изредка переглядываясь. Что было у Феди на уме я не могла понять, а вот сама твердо поняла, что необратимо влюбляюсь в этого человека всё больше и больше.