Глава 17

POV Мина

Это ведь сон, правда? Влад ну никак не мог оказаться со мной в одной постели… Я невольно протягиваю руку, чтобы коснуться его. Хочется дотронуться до его щеки, щетинистого подбородка, почувствовать, такая ли жёсткая щетина, как кажется.

А он все-таки такой красивый. Глаза закрыты, мышцы лица расслаблены, одна рука под подушкой, а другая… погодика… она на мне что ли? И почему он так близко, что я даже могу рассмотреть каждую ресничку? Я одергиваю руку, немного отодвигаясь.

На миг закрываю глаза, а когда вновь открываю — никого нет. Солнце заливает всю комнату. Там, где только что лежал

Влад пусто. Я провожу рукой по простыни, она холодная. Никого и не было. Не так ли?

Фух, слава Богу. Это был просто мой сон. С каких пор он мне снится?

— Мина, — слышу нерешительный голос подруги, — ты проснулась?

Я села, опираясь спиной на спинку кровати.

— Голова не болит? — продолжала она. — Наверное, должна. Ты вчера здОрово перебрала.

— Что происходит? — Я с нескрываемым интересом наблюдала за Катей, которая нервно теребила пододеяльник.

— Я приготовила тебе кофе, — она потянулась за подносом, стоявшим на прикроватной тумбочке. — Если болит голова, то лучше выпей его и что-нибудь съешь.

Катя потянулась за этим подносом, но я остановила её.

— Катя, что случилось?

Я взяла её за обе руки, стараясь заглянуть в глаза, но она опустила голову, отказываясь поднять их на меня.

— Катя, скажи мне, — меня пугала эта разительная перемена даже больше, чем её вчерашняя грубость и многодневное игнорирование.

— Прости, Мина, — её губы искривились и задрожали. Она поджала их, стараясь не разреветься, но по голосу точно было слышно, что этого не избежать. — Прости, что вела себя, как… я даже не знаю, как себя назвать.

— Катя, я не понимаю…

— Я не должна была злиться на тебя… — По её щекам всё-таки потекла солёная жидкость, Катя принялась всхлипывать. — Я ведь знала, что ему нравишься ты еще тогда четыре года назад, но… тогда мы перестали пересекаться, и вот он снова появляется… и ты ему все еще нравишься, а я…

— Кто он? Саша?

— Да, — Катя кивает, вытирая слёзы ладонями, — он даже не смотрит на меня.

— Но ведь он согласился тебе помочь.

— Только чтобы тебе понравиться. Он даже не заговорил со мной, когда пришел на следующий день. Забрал документы и убежал.

— Катя… — я честно не знала, что сказать.

— Я знаю, что не должна была злиться на тебя за это, но я не могу сказать, что со мной происходило. Я была так зла на тебя, — Катя обхватила мои руки своими, мокрыми от слёз. — Прости, Миночка!

— Тебе не за что извиняться, — я сжала её пальцы, поддерживая. — Ты ничего не сделала…

— Сделала! — возмутилась она. — Я позавидовала! Позавидовала тебе!

— Было бы чему завидовать…

— Ты не права! Ты точно заслуживаешь, чтобы тебя любили, о тебе заботились. Тебя есть за что любить! Ты удивительная!

— Не выдумывай, — отмахнулась я.

— Тебе напомнить, как ты…

— Даже не начинай эту песню заново! — разозлилась я. — Я тебе уже сто раз говорила, что если бы не ваши трудности, он нашёл бы другой способ! Хватит вспоминать об этом и считать меня спасителем!

— В общем, тебя есть за что любить!

— А тебя, значит, нет? Так ты считаешь? — Я придвинулась к ней ближе. — Катя, слушай меня внимательно. Ты точно так же, как и я, заслуживаешь, чтобы тебя любили. А то, что Саша не может разглядеть в тебе такую же удивительную девушку, какой ты считаешь меня — это его проблема, слышишь? Не твоя!

— Ты, правда, считаешь, что я удивительная? — Катя часто заморгала.

— Естественно! Или ты думаешь, что я просто так дружу только с тобой столько лет подряд? Ты красивая, добрая, умная, преданная и… можно ещё дальше перечислять, но моя голова сейчас не очень соображает.

Катя засмеялась, а я улыбнулась.

— Ты меня прощаешь?

— Мне не за что тебя прощать, — уверенно отвечаю я.

Катя просияла и сгребла меня в охапку. Я тоже обняла её в ответ, хотя никогда не была любителем таких проявлений чувств. От Кати пахнет морозной свежестью, и я сразу вспоминаю, где мы находимся. Какова вероятность снега в августе?

— Я вела себя отвратительно. Ты ведь не виновата, что понравилась ему, — говорит она мне в плечо.

— А вот по этому поводу я могу тебе кое-что пообещать, — я отстраняю её от себя.

— Что?

— Он мне не нравится. Саша не привлекал меня ни четыре года назад, не привлекает и сейчас. И я скажу ему об этом в ближайшее время. Я расставлю с ним все точки на i, чтобы ты не переживала, и чтобы не питать его какими-то ложными надеждами.

— Спасибо. Конечно, тебе ведь понравился твой муж, — хихикает Катя.

— Что за бред? С чего ты взяла? — Я округляю глаза.

— Сама ведь сказала, что мы дружим очень давно, и я всё сразу вижу. Видно же, как у тебя глаза горят, и как ты их не сводишь с него.

— Катя!

— Что? Ты ведь ему тоже нравишься!

— С чего это?

— Я когда вчера увидела, как он вносит тебя в домик на руках, чуть не упала. Сначала жутко напугалась, потому что ты была в отключке. И я во всем обвинила себя, ведь была так обижена, что даже не пошла с тобой. Если бы я была рядом, ты бы не пропала вот так. Но потом увидела, как он на тебя смотрит, и как прижимает к себе…

— В смысле? Влад принёс меня на руках?

— А ты думала, как добралась в эту кроватку?

— Я, собственно, об этом вообще ещё не успела подумать. Только проснулась и тут ты.

— Так вот, я тебе и говорю! Он нёс тебя! Так нежно смотря на тебя и слушая твои бредни, — она вновь захихикала.

— Говорила? — дернулась я. — Что я ему говорила?

— Какую-то ересь, честное слово! Ты извинялась, что вышла за него, говорила, что не собиралась его соблазнять…

Стоп! Это еще что за новости! У вас что-то было? — воскликнула она. — И почему я об этом не знаю?

— Может, потому что не хотела со мной встретиться? — съехидничала я.

— Ой, прости, — Катя вернула виноватый вид. — Тогда, расскажи сейчас!

— Нет, я не в состоянии это обсуждать. Лучше ты скажи, что было дальше?

— Ничего. Он уложил тебя, словно маленького ребёнка.

— А переодел меня…

— Я, — она показала на себя пальцем.

— Фух, — облегченно выдохнула я. — Но, погоди-ка, а где он спал?

— Не знаю подруга, но я видела, как он выходил из этой двери утром.

Да, блин! Это что, был не сон?

POV Мина

Катя дождалась, пока я съем тост с джемом, выпью приготовленный ею кофе, переоденусь в джинсы и свитер. После чего мы вместе вышли в пустую гостиную.

— А где все? — спрашиваю я.

— Ну, время-то уже позднее. Все давно разошлись по своим делам. У них ведь есть только полтора дня на то, чтобы всё тут осмотреть. Работать ведь приехали голубчики.

Я улыбнулась. Работать, ага, конечно.

— А мы чем займемся?

— Я бы хотела попробовать прокатиться на чём-нибудь, — пожимаю плечами. — Не зря ведь приехали.

— Так ты ведь не умеешь ни на лыжах, ни на сноуборде.

— Самое время научиться, — бодренько заявляю я.

— Что это ты такая энергичная? Будто и не напилась вчера до состояния «полный ноль».

— Вот именно! — подтверждаю я. — Не чувствую никакого похмелья! Давай! Пойдем!

— Сначала надо нормально одеться.

— Окей!

Катя привела меня в магазин верхней одежды.

— На чём будешь кататься? Лыжи? Сноуборд?

Я почесала голову, не зная, чего боюсь больше.

— Сноуборд, — надеюсь, с ним легче справиться, чем с этими палками. При неправильном падении они ведь могут проколоть меня насквозь.

— Хорошо, тогда вот, держи.

Катя протянула мне специальный костюм для катания на сноуборде. Куртка с утеплителем из обработанного пуха, на резинке, и имеющая защитные вкладки на локтях. Штаны тоже на резинке, с вкладками на коленях. Меня смущал только цвет этого костюма — ярко-розовый.

— Какая разница? — ответила она на мои возмущения.

После того, как мы укомплектовались, Катя потянула меня к прокату лыж и сноубордов.

Мы выбрали, принесли их на склон, после чего стало понятно, что появилась ещё одна проблема.

— Только вот, подруга, в этом я тебе мало чем помогу, — Катя указала на мой сноуборд. — Я ведь катаюсь на лыжах.

Давай, наймем тренера? Их здесь пруд пруди.

— Привет, — сказала кто-то прежде, чем я успела дать ответ.

Мы оборачиваемся и видим Славу. Я сразу вспыхиваю от стыда. То, что я наговорила ему вчера, помню прекрасно.

— Привет, — кивает Катя.

— Решили покататься?

— Ага, — Катя машет своими палками. — Только вот, Мина не умеет. Мы думаем нанять тренера.

— Я могу помочь, — губы парня растягиваются в довольной улыбке, прищурив при этом глаза.

— О, это было бы отлично! — Катя радостно хлопает в ладоши, а мне хочется ударить её по лбу. Она ведь не знает, что прямо сейчас подо мной проваливается снег. Меня вот-вот проглотит бездна унижения.

— Катя, — попыталась я остановить этот бульдозер, — давай не будем отвлекать молодого человека, пусть катается и наслаждается выходными. Я лучше, и правда, найму тренера.

— Нет! Нет! — Слава чуть не замахал руками, протестуя. — Я очень хочу помочь. Это будет даже лучше простого катания с горы!

— Вот видишь? — рассмеялась Катя. — Вы тогда разбирайтесь, учитесь, а я поехала.

Вот, ты ж предательница!

Слава встал передо мной. Он был одет в такой же костюм, как и я, только кислотно-зеленого цвета. На голове, помимо шапки, ещё и здоровые прозрачные очки, будто он собрался нырять, а не кататься на сноуборде.

— Голова после вчерашнего не болит? — спрашивает он, не замечая, как поджимаются мои губы.

— Нет, — отрицаю я, — не болит.

— Отлично.

— Послушай, хочу сказать по поводу вчерашнего… — я запнулась, подбирая слова. — Всё, что я сказала — полная чушь. Просто пьяные бредни. Ничего из этого нет на самом деле…

— Не парься, — усмехается Слава. — Я вообще ничего не понял из того, что ты говорила. Можем просто это забыть и хорошенько прокатиться.

— Хорошо, — выдохнула я, но легче мне не стало.

Слава помог мне правильно закрепить ноги на доске, затем подал руки, чтобы я смогла встать. Я помедлила с тем, чтобы ухватиться за них. Не могу просто так взять и коснуться другого человека.

— Убери от неё руки! — От тихого рычания по моей спине прошелся озноб. Я закрыла глаза на секунду, чтобы скрыть радость от его появления. — Я, кажется, тебе вчера доступно объяснил, чтобы ты к ней не приближался!

— Я просто хотел научить её кататься, — парень замешкался, а я постаралась спрятать улыбку.

— Я сам в состоянии научить свою жену кататься! — Влад бросает свою доску на снег.

Я смотрела на Влада снизу вверх. На нём не было этого обмундирования. Просто утепленные брюки цвета хаки и синяя спортивная куртка, которая к тому же была расстёгнута. Под ней виднелась серая вязаная водолазка. Шапка тоже отсутствует. Ему не холодно?

— Ага, только тебя что-то постоянно нет рядом. Где ж ты пропадаешь, оставляя свою красавицу-жену?

Мне хочется хмыкнуть при слове «красавица». Готова поспорить, Влад так не считает. А сочетание «красавица-жена»

вообще звучит убийственно. Не про меня — уж точно.

— Не твоё дело! — Влад продолжает напирать на него. Я испугалась, что драки не избежать.

— Влад, — зову его я, отвлекая, — хватит. Лучше помоги мне встать.

Влад тянет ко мне руки, мгновенно забывая про Славу.

— Как ты себя чувствуешь? — обращается он ко мне, смягчившись. — Ты долго спала, я ушёл с остальными, чтобы тебя не будить.

Я не понимала, для кого он это говорит. Для меня? Или для Славы, давая понять, кто здесь должен исчезнуть.

— Меня разбудила Катя, — я беру Влада за руки. Они не в перчатках, как и мои, но такие горячие — ох!

Я резко встала, пошатнулась на доске, и упала бы, если бы Влад не обхватил мою талию, прижав к себе. Я резко выдохнула, подняв на него глаза. Он тоже смотрел мне в лицо. Мы были так близко друг к другу, и я не могу отодвинуться, потому что полностью обездвижена это чертовой доской.

Не имею ни малейшего представления, сколько мы так стояли, не сводя глаз друг с друга, и в какой момент исчез

Слава. Он что-то сказал напоследок?

— Приступим? — почему-то шёпотом выдыхает Влад, отчего мою кожу обдает лёгким тёплым дыханием.

Я киваю в ответ.

— Главное, чтобы ты привыкла к этому ощущению, — говорит Влад, отодвигаясь от меня, но не выпуская моей руки.

— К какому? — не понимая, спрашиваю я. В голову тут же приходят совсем другие мысли. Точнее, его прикосновения.

Да, если они будут продолжаться, я привыкну. Но Влад, похоже, имеет в виду что-то другое.

— Ты должна привыкнуть, что твои ноги не двигаются. Не старайся шевелить ими. Они становятся единым целым с доской.

— Какие философствования, — фыркаю я, улыбаясь.

Влад тоже улыбается.

— Сможешь устоять, если я отпущу твою руку? — Почему все его вопросы звучат двусмысленно?

— Конечно! — Наигранная уверенность.

— Надеюсь, он правильно закрепил твой борд, — хмурится Влад.

— Ну, он, наверняка, не хотел, чтобы я убилась.

— Я не был бы так уверен в этом. Вчера он приставал к тебе, хотя ты была уже почти в отлючке. И я думаю, что он с удовольствием утащил бы тебя в таком состоянии к себе и…

— Фу, — скривилась я, — не продолжай.

— Ладно, — соглашается он, — я отпускаю. — Влад разжимает пальцы, а я прилагаю максимум усилий, чтобы не грохнуться на спину. — Стоишь?

— Угу.

— А теперь прими правильную стойку.

— А?

— Ноги слегка согнуты, но корпус прямо.

Я повторила.

— Подними голову, смотри вперед. Руки расслабь.

— Так?

— Да, — кивает Влад. — Я сейчас надену свой борд, и мы попробуем начать движение.

Он ставит перед собой доску, пристегивает ноги.

— Что ж, давай попробуем. Руки, — командует он, протягивая мне свои.

Я беру их, немного стискиваю.

— Разверни туловище, ты же боком поедешь. — Я выполнила. — Чтобы катиться вперед, ты должна переносить свой вес на переднюю ногу, а чтобы остановиться — на заднюю.

— У меня нет задних ног.

— Сейчас есть, — смеётся он. — Готова?

Я отрицательно мотаю головой. Нет, я, определенно, не готова.

— Не бойся, — его пальцы ободряюще сжали мои, — упадешь — не страшно, здесь ведь мягко.

— Смешно.

Мы медленно заскользили вперед. Я повторяю все движения Влада, как под копирку. Он улыбается, а я не могу отвести от него глаз.

Страх? Какой страх? Чего бояться?

Его руки, теплые и сильные, направляют меня. Я двигаюсь, не задумываясь. Лёгкий морозец щиплет щёки, но мне жарко. Кто там катается в купальниках? Я бы тоже не отказалась.

— У тебя получается! — радуется он.

Я выплываю из тех приятных ощущений, которые он вызывает, при этом покраснев, будто всё это время занималась чем-то непристойным.

— Кажется, или ты этого не ожидал? — фыркаю.

— Ты постоянно меня удивляешь.

Но всё катится к чёрту, вместе со мной, когда склон неожиданно становится круче. И поскольку я уже не так расслаблена, мой страх делает своё дело. Борд разгоняется — я паникую. Я отпускаю руки Влад и, естественно, не удерживаюсь в вертикальном положении и двух секунд.

— А-а-а-а! — С громким визгом я падаю лицом вниз.

— Мина!

Влад затормаживает, скидывает крепления и уже бежит ко мне. Я слышу, как хрустит снег под его ботинками.

— Ты в порядке? — Он помогает мне повернуться.

— Птфу, — я выплевываю снег. — Птфу, гадость какая! Конечно, лучше не придумаешь!

Влад отцепляет меня от доски, или доску от меня, тут как посмотреть. Далее он принимается отряхивать меня. Когда его руки добираются до моей шапки, он вдруг оказывается слишком близко. Его ладони перемещаются на оголённую шею, слегка запрокидывая мою голову.

— Мина, — его губы приближаются к моим. Я сглатываю, прекрасно понимая, что произойдёт в следующее мгновение.

Понимаю, поэтому не даю этому случиться.

Я резко встаю, потянув его за собой. Влад не успевает встать, а мои ноги почему-то не могут твёрдо стоять. Я рухнула, как мешок с картошкой, потянув его за собой. Влад приземляется на мое тело, и не успеваю я, как следует, вдохнуть, как его губы, в буквальном смысле, рушатся на мои. И платину моего контроля прорывает.

Мои пальцы начинают жить своей жизнью. Они зарываются в холодные волосы горячего парня, затем прокрадываются за шиворот его водолазки. Мои ледяные пальцы вызывают в нём дрожь. Я тут же одёргиваю их.

— Нет, — губы Влада отрываются, чтобы сказать это, — не убирай.

Я целую его так же страстно, как и он меня. Влад упирается руками в снег, чтобы не давить на меня своим весом. Его язык сперва скользит по губам, вспоминая, затем юркает навстречу моему. Я ещё сильнее обвиваю его шею, словно питон, мечтающий раздавить.

Мне жарко, словно я на лежу на пляже под палящим солнцем. Всё тело горит от одного только его поцелуя. Его язык устроил с моим эротический танец, будоражащим мою кровь. Он парализует меня. Я хочу больше и больше. Сердце стремиться к нему, словно только его и ждало всё это время.

Я хочу, чтобы это никогда не заканчивалось, чтобы длилось как можно дольше. Но вдруг что-то щёлкает, отрезвляя меня. Алина. Просто имя, и тысяча эмоций.

Разочарование. Обида. Стыд.

Меня ещё больше бросает в жар, только теперь от жуткого стыда, что я вновь целую чужого мужчину, пусть и своего мужа. Позор на мою бедную голову.

Я сталкиваю его с себя, быстро вскакивая на ноги.

— Мина, подожди!

Я не оборачиваюсь, не замедляюсь, пру вперёд, сбивая тех, кто попадается на пути. Я влетаю в домик, только с одним желанием — запереться в четырех стенах. Но, как вкопанную, меня заставляет остановиться возбуждённый голос Юли на кухне.

— Оля, ну, что ты теперь скажешь? Тебе надо было это видеть! Я чуть челюсть там не оставила!

— Что там? — откликается она.

— Что случилось? — спрашивает Рустам.

— Ты, кажется, утверждала, что у нашей Мины Максимовны не настоящий брак. Так, теперь выкуси, сплетница!

Такой поцелуй!

— У кого? — ахают ещё несколько человек.

Там что, блин, вся группа?

— Супруги наши, кто ещё! Такая страсть! Не то, что в фильмах показывают! Меня бы кто так поцеловал! Я думала, что они, прям, там начнут срывать друг с друга…

— Мина! — Влад открыл дверь.

— Ой, — Юля оборачивается и видит меня. Кровь резко отхлынула от её лица. Я сжимаю зубы, но, не говоря ни слова, срываюсь в коридор к заветной двери.

— Мина, стой! — кричит Влад мне в спину.

Я захлопываю дверь прямо перед его носом. Но Влад не собирается останавливаться на этом. Он тарабанит, рыча:

— Мина, открой эту долбанную дверь! Открой, и мы поговорим! Мина!

Его, наверняка, слышно не только в нашем домике, но и соседних. Я не хочу устраивать сцену, но видеть его сейчас тоже не могу.

Я, как героиня драмы, съезжаю по двери на пол, опускаясь на пятую точку.

— Дура! Какая же я дура! — ругаю я себя, обхватив голову руками.

Глаза щиплет, я закрываю их.

Что мне теперь делать?

— Влад, — тихо шепчу я, и моё сердце откликается на его имя. Оно подаёт своеобразные импульсы, которые подхватывает желудок. Он сразу сжимается в маленький клубок. Нет, бабочек нет. Ведь эйфорией тут даже не пахнет.

Никакого трепета, одни сожаления.

— Мина, — Влад сменил гнев на мольбу, — пожалуйста, открой дверь. Ты ведь прекрасно понимаешь, что разговора не избежать. Давай всё решим сейчас.

Я до крови закусываю губу. Легче, когда он кричит. Влада в ярости проще игнорировать. Сейчас во мне появляется червь, точащий изнутри.

Но я всё равно не могу открыть. Не из-за него, а ради себя. Чтобы хоть немного сохранить своё достоинство. Нет никаких гарантий, что я смогу сдержать себя; что не накинусь на него сама, ведь всё, что я сейчас хочу, это вновь почувствовать необъяснимо-прекрасный вкус его губ, твёрдость его груди и силу рук.

А что если Влад скажет, что это был просто сиюминутный порыв? Он ведь именно это и скажет, разве нет? Скажет, что во всём виноват романтический момент, и ему вовсе не понравилось меня целовать? Что это больше никогда не повторится…

Мне страшно. В прошлый раз я сама ему всё это сказала, но сейчас у меня не повернётся язык, который только что страстно вторил его языку. И я не готова услышать это от него.

Давай, Мина, признай это! Ты влипла по уши!

Этого ведь не может быть? Я ведь не могла в него влюбиться! Нет, только не во Влада, только не в этой жизни!