Глава 16

Я боюсь представить, сколько денег Рустам потратил на мой образ для сегодняшего вечера. Помню платье ещё по прошлому походу по элитным магазинам. Оно сразу мне приглянулось, ценников там нигде не найти. В некоторых отделах все вещи были представлены без этикеток. Вероятно, здешние покупатели безразлично реагировали на астрономические суммы, ничего не подсчитывали и просто оплачивали финальный чек. В общем, я спросила у консультанта насчёт стоимости и, услышав безумную цифру, подумала, что за такие деньги можно приобрести самолёт.

Остальные вещи выглядят не намного дешевле. Туфли от известного бренда. Сумка, о которой даже я, не будучи модницей, прекрасно наслышана. Чтобы получить подобный аксессуар, надо записаться в очередь и ждать год. Хотя для избранных всегда реально сделать исключение. Нижнее белье также от очень узнаваемой марки. Провокационное. Откровенное. На грани приличия. Все эти тёмные ремешки, их переплетение заставляют меня подумать про БДСМ и вспомнить фото со связыванием. Правда, когда вся эта эстетика отражена в бюстгальтере, трусах и чулках, пугающих ощущений не возникает.

Я возбуждаюсь, пока наряжаюсь. Кровь приливает к щекам. Не понимаю, почему стандартный процесс одевания вызывает такой эффект. Но когда мои пальцы соприкасаются с тканью, по телу пробегает дрожь. Прохладный шёлк касается кожи, быстро вбирает тепло. Дикий контраст. Огонь и лёд. Мои глаза прикрыты. Чётко вижу, как Рустам сдирает все это с меня. Раздирает безумно дорогое платье в клочья. После дело доходит до нижнего белья. Наверное, ему захочется поиграть с этими ремешками, пропустить их через пальцы. Но все равно судьба у бюстгальтера будет незавидная. Растерзают, как и прочие детали. А вот чулки можно оставить. Они же не помешают. А может, мой муж будет действовать иначе? Нежно и осторожно, мучительно медленно. Заставит меня томиться, изнывать в предвкушении.

Я закусываю нижнюю губу, пытаясь вернуться обратно в реальность. Но между бёдер становится до жути влажно. А мне стыдно за настолько бурную реакцию.

Я подхожу к зеркалу и смотрю на себя. Медленно поворачиваюсь. Никогда не уделяла особенного внимания своей внешности и нарядам. Да, мне нравились красивые платья, нравилось прихорашиваться, но особенной тяги к этому не возникало. А тут я ловлю себя на мысли о том, что хочу купить гораздо больше таких вещей.

И как Рустам умудряется угадать мой вкус? Настолько хорошо меня чувствует или просто очень наблюдателен? Пожалуй, все вместе.

Я снова изучаю себя. Платье довольно скромное. Сдержанное. Элегантное. Но при этом подчеркивает фигуру. А уж если вспомнить, что под ним. Нижнее белье настоящей развратницы. Распаляет одним своим видом.

— Тебе понравился мой выбор, принцесса?

Хриплый голос заставляет обернуться. Рустам проходит в комнату. Он уже готов к выходу, облачен в темно-серый костюм. Теперь мужчина кажется гораздо более цивилизованным. Но сущность варвара не утаить.

— Я чувствую себя немного неловко, — отвечаю как есть. — Я не привыкла к таким расходам. Но если честно, мне хочется ещё больше этих вещей. Кошмар. Мне кажется, я могу потратить все твои деньги.

— Это вряд ли, — усмехается. — И главное — не мои деньги. Наши.

— Да, но…

— Никаких «но», — его ладонь дотрагивается до моего лица, большой палец опускается на губы, поглаживает. — Я зарабатываю, чтобы ты могла тратить.

— Я тоже должна работать, — зябко веду плечами. — Я очень хочу вносить хоть что-нибудь в наш бюджет. Понимаю, наш уровень дохода никогда не сравнится. Но бездельничать я устала.

Немного лукавлю. Не устала. Просто понимаю, что до бесконечности так длиться не может. Неправильно это. Мне тоже необходимо серьёзное занятие. Нельзя все дни тратить на шоппинг. Работа нужна.

— Выбирай, чем хочешь заниматься, — спокойно говорит Рустам. — Я поддержу любое твоё решение и обеспечу безопасность. Ограничивать не намерен.

Я замечаю в его руках бирюзовый пакет. Довольно крупный. Наблюдаю, как он извлекает коробку за коробкой. Глаза расширяются помимо воли. Сколько же здесь драгоценностей?

— Закрой глаза, — говорит Рустам.

Миг — что-то прохладное касается моих ушей. Раздаются лёгкие щелчки. После холод касается шеи, груди, но ощущение очень быстро сменяется на жар. И опять следует легкий щелчок. Муж надевает нечто довольно тяжелое на мое запястье.

— Теперь можешь посмотреть, — заключает он.

Я распахиваю веки и оборачиваюсь к зеркалу.

Ничего себе! Блеск бриллиантов ослепляет. Я плохо разбираюсь в драгоценных камнях, но тут все ясно и так. Ничто на свете не станет настолько ярко сиять. Мерцающие переливы бьют по глазам.

— Боже, Рустам, — бормочу и оборачиваюсь к нему.

— Мне больше нравится, когда ты зовёшь меня дьяволом, — выдаёт он, чуть выгибая бровь.

— Я не знаю, что сказать, — шепчу одними губами.

Серьги сверкают будто звезды. Ожерелье поражает воображение. Браслет — и вовсе глаз не отвести.

— У тебя есть время подумать, — склоняется надо мной, трется щетиной о висок, отправляя волны колючих мурашек по всему моему телу. — Я буду трахать тебя всю ночь. В этих стекляшках. Больше ничего не хочу на тебе видеть.

— Даже чулки снимешь? — невольно облизываю губы. — И это безумно сексуальное нижнее белье?

Крупные ладони накрывают мою грудь. Сжимают, пробуждая тягучий спазм внизу живота.

— А вообще, нам многое нужно обсудить, — пробую отстраниться, но безуспешно, супруг лишь усиливает хватку, перемещая руки на талию. — Нам нужно спешить. Ты забыл про ужин?

Дьявол. Он и правда настоящий дьявол. Смотрит на меня так, что ноги подгибаются. И становится наплевать на весь мир вокруг.

В этом ресторане Рустама знали все. Если не лично, то явно были наслышаны о нем. Персонал. Посетители. Я замечала, как мужчины смотрели на меня с интересом, но быстро отводили взгляд, осознав, кто является моим спутником.

— Господин Ахметов, позвольте проводить вас, — широко улыбается администратор и сыплет учтивыми фразами как из рога изобилия.

Прежде мне казалось, немцы предпочитают бюджетные вещи. Даже очень состоятельные люди в Германии не станут тратиться на бренды. Однако тут я понимаю, насколько сильно ошибалась. Зал заполняют коренные жители, слышу по речи. И все они одеты в дизайнерские наряды. Впечатление, будто попадаю на выставку элитного гардероба. Отмечаю, что уже начинаю разбираться в этих марках.

Я чувствую, как мою кожу жжёт. Дышать становится трудно. Знакомое ощущение. Оборачиваюсь и почти не удивляюсь, когда вижу за столиком знакомую брюнетку. Жаклин Верман. Напротив неё сидит мужчина, лица которого я не вижу. Девушка одаривает меня убийственным взглядом.

К счастью, наш стол оказывается вдалеке от этой пары. Уединенное место создано для откровенных бесед. Тут нет оживленности, которая царит в главном зале. Установлены резные перегородки. Стекленная стена открывает вид на ночной Мюнхен. Кажется, это особые столы. Для романтических ужинов, а не деловых.

Горящие свечи. Бутоны роз алыми пятнами выделяются на белоснежной скатерти. Приглушённый свет создаёт особую атмосферу. На пару секунд я даже забываю, о чем собиралась говорить, просто любуюсь панорамой города, неоновыми огнями. Мы делаем заказ, и когда остаёмся наедине, я решаю приступить к главному.

— Прошлой ночью тебе звонила женщина. Полагаю, это…

— Дочь Вермана, — предугадывает мою фразу Рустам.

— Наш телефон прослушивается? — уточняю и тут же понимаю, что задала глупый вопрос, ведь и без того ясно, в квартире установлены камеры, стационарная линия тоже под контролем.

— Мне понравился твой ответ, — улыбается Рустам. — Я рад, ты понимаешь главное. Я всегда рядом. Других женщин нет и не будет.

— Да, но это не мешает некоторым настойчиво искать встречи с тобой.

— Серьёзно? — выгибает бровь.

— Что? — хмурюсь.

— Ты ревнуешь?

— Нет, — передергиваю плечами. — Когда ты дашь мне повод для ревности, я подам на развод. Но тут речь о другом. Если честно, такое назойливое внимание к тебе со стороны женщин очень сильно бесит.

— Я должен признаться, — скалится он. — Сегодя я едва удержался, чтобы не прикончить всех мужиков в этом чертовом ресторане.

— За что? — поражаюсь.

— А то ты не видела, как они все на тебя таращатся. Слюни распустили. Аж до пола капает.

Рустам накрывает мою ладонь своею. Наши кольца бряцают, ударяясь друг о друга. Его — серебряное и мое — золотое. Мы не продолжили контакт дальше поцелуев перед выходом. В каждом жесте моего мужчины ощущается дикий голод.

— Думаю, ты и про меч знаешь, — говорю тихо. — Видел по камерам. Я не должна была заходить в ту комнату и трогать твои вещи.

— Кто сказал?

— Ты не против?

— Нет, — усмехается. — Иначе бы не показывал.

— Но я порезалась о плохой меч, — поджимаю губы. — Конечно, я не верю в эти глупые суеверия. Только некоторые странности уже есть. Уверена, ты и про мою встречу с Джеро в курсе. Так вот он сразу заметил порез. Не представляю, как только разглядел царапину. Ничего же не видно. В общем, этот тип сказал несколько жутких фраз: что меч выбрал меня и прозвучало так, будто само зло поставило на мне печать, что ты убил прежнюю обладательницу оружия, ту женщину, которую Джеро любил.

Рустам молчит, просто берет и поворачивает мою ладонь, скользит пальцем именно по тому месту, где я порезалась.

— Что это за женщина? — спрашиваю. — Что вообще между вами произошло?

— Он увидел твой порез. Лезвие всегда оставляет отметину. Здесь нет ничего удивительного для профессионала. А я ощутил. Тоже закономерно, ведь я всегда тебя чувствую.

— И как теперь быть? — по спине пробегает холод.

Да, я не верю в эти японские сказки, но осознавать, что лезвие, которое признано воплощением кровожадности вдруг выбрало именно тебя, не слишком приятно.

— Нет плохого и хорошего, — спокойно произносит Рустам. — Нет зла и добра. Есть только наш выбор. Вот, что определяет дорогу. Никакой меч на свете не способен перевести тебя на темную сторону.

Я киваю и закусываю губу, потому как рядом возникает официант, а я не хочу выдавать никаких неосторожных фраз при посторонних людях, даже на русском языке.

— Ты не ответил на мой вопрос, — выдаю чуть позже. — Про Джеро. Про его женщину. В чем причина вашей вражды? С чего все началось?

— Ты получишь ответ, когда придёт время, — ровно произносит Рустам. — Сейчас тебе будет гораздо интереснее узнать про аукцион. Его устраивает Верман.

Мой супруг прав. Как всегда. Услышав новую информацию, я быстро забываю все остальные вопросы. Мне безразличен Джеро и японские мечи. Истории из прошлого подождут.

— У тебя общие дела с этим человеком? — мрачнею помимо воли. — Генрих Верман. Кто он такой?

— Мы с ним состоим в одном закрытом клубе, — раздается спокойный ответ. — Несколько раз пересекались на собраниях. Совместных проектов не ведем. Сотрудничать с ним я не намерен. Скорее наоборот.

И сердце пропускает удар, поскольку я сразу понимаю, о какой именно организации идет речь. Верман не просто рядовой бизнесмен, он обладает очень серьезной властью, с ним опасно связываться. Хотя мой муж привык решать проблемы радикально, не получится убить всех врагов.

— Что за аукцион намечается? — спрашиваю, стараясь не выдать излишнее волнение. — Ты планируешь сделать ставку?

— Я попробую, — выдает с хищным прищуром. — Если там появится стоящий экспонат. Но тебе не нужно беспокоиться.

— Ситуация под твоим полным контролем?

— Я работаю над этим, — замечает вкрадчиво. — Сезонный аукцион, часть средств пойдет на благотворительность. Самое обычное мероприятие. Ничего особенного, если судить чисто по внешним атрибутам.

— В чем секрет?

— Иногда реально ценные вещи уходят за копейки, а дешевые позиции продают по безумным ценам. Все заранее решено: кто и что забирает, по какой стоимости.

— Так отмывают деньги? — выдвигаю предположение.

— Утаивают доходы, — говорит Рустам. — А прикрываются гнилые схемы щедрыми благотворительными взносами. Создано несколько липовых фондов. Вряд ли даже незначительная часть доходит до тех, кто нуждается в помощи.

— Очень грязные методы, — невольно кривлюсь.

— Отличительная черта Вермана, — усмехается. — Он привык действовать через слухи и сплетни, часто раздувает скандалы на пустом месте. Виртуозно топит конкурентов. Бьет четко по репутации. Честно играть не умеет. Пожалуй, и не пытался.

— Ты хочешь вскрыть преступные схемы, которые он использует?

— В перспективе, — в черных глазах клубятся мрачные тени. — Для начала я бы предпочел приобрести у него кое-что.

— Подробностей не скажешь? — интересуюсь, заранее осознавая грядущий ответ.

— Аукцион состоится в пятницу, — его пальцы скользят по моему запястью, моментально электризуя чувствительную кожу. — Значит, у тебя достаточно времени, чтобы выбрать наряд. Драгоценности. Аксессуары. Про расходы забудь. Наслаждайся покупками.