глава 21. Непонятливые люди

Иржина из Дома Чаек умудрилась появиться в самый неподходящий момент. Словно ее привела ее странная магия. Направила и выбрала именно в тот момент, когда есть больше всего шансов на то, что на ее вопросы ответят правдиво, потому что вилять и кружить вокруг пустоты некогда. Лост уже оной ногой был практически в замке своих предков. Марук и вовсе всеми силами отбивался от напрашивающегося в гости разнообразного народа и размышлял о том, а не пора ли отправиться на родовые земли. В городе мало, что оставаться слишком опасно, так тут и без него есть кому с той опасностью разобраться. Он в любом случае может только поприсутствовать.

Останавливало его только то, что он, в случае отъезда, может не успеть вовремя на что-то отреагировать. Потому что кроме опасности в этом городе так же было то, что в любой момент может разродиться во что угодно, а потом еще и повернет туда, куда его толкнет тот, кто окажется ближе.

В общем, ситуацию надо было контролировать. Причем, самому. А вот рисковать семьей и большей частью сильных Дома Марук не собирался. Поэтому и отправил их, кое-кого со скандалом, на родовые земли. Тайком отправил. Ночью. Через мир пчеловов. Потому что открытие прохода через арку заметила бы большая часть жителей города.

И вот теперь ему приходилось делать вид, что он не понимает, что кто-то напрашивается в гости. Просто чтобы не заметили что жителей в городском доме стало значительно меньше.

А вот Иржине он отказать не смог. Тем более Иржина, вместе с ее Домом, и так знала, что на самом деле происходит. Возможно в их городском доме тоже уменьшилось количество людей. Жалко, что ее из города не выпроводили.

Марука эта нехорошая женщина практически пытала, мило при этом улыбаясь и делая намеки на будущую дружбу Домов. Что она там выпытывала, он даже особо не понял. Возможно, вообще старалась попросту выяснить, насколько его обрадует возможность этой самой дружбы.

А потом, наконец, соизволил появиться замороченный Лост, и гостья со всей страстью переключилась на него. Котик смотрел на Иржину так, словно был обыкновенным домашним котом, а она нехорошей хозяйкой, которая только что, на его глазах, взяла и выбросила аппетитные рыбьи хвосты, вместо того, чтобы отдать их ему. С укором смотрел и некоторым непониманием. А еще с терпением. Хозяйка ведь уйдет, а хвосты в ведре останутся. Главное успеть их оттуда достать до того, как их вынесут за пределы дома. За пределами на эти хвосты найдутся и другие желающие, конкурируй там с ними.

— Иржина, скажите уже прямо, что вам надо? — наконец не выдержал Лост, и Марук мысленно ему зааплодировал. Иногда быть невоспитанным дикарем с болот гораздо выгоднее, чем воспитанным главой Великого дома. Главы Великих Домов прямых вопросов раздражающим собеседникам не задают. Некрасиво оно. — Со своим одержимым не можете договориться? У Кимича, конечно, взгляд на вменяемость свой, особенный, но не настолько чтобы там разговаривать было не с кем и не было возможности именно договориться.

— Мы опасаемся, — нахмурившись произнесла Иржина. Неуверенно произнесла, словно ступила на какую-то весьма неустойчивую конструкцию. — Нам нужно хоть примерно представлять, что из всего этого может получиться.

— И вы решили спросить у меня? — искренне удивился котик.

— Ты унаследовал… и точно знаешь о тьме больше, чем мы, — произнесла Иржина еще осторожнее. И кулаки сжала до побелевших костяшек. Говорить именно это ей явно не хотелось, потому что оно отсекало сразу несколько путей для кружения и пыток.

— Я больше знаю о тьме другого мира, — улыбнулся Лост. — А там она не такая, не точно такая же, как здесь. Миры все равно отличаются. Пускай даже не настолько как наш и пчеловский, допустим. В пчеловском людям долго находиться нельзя, чревато оно последствиями для здоровья, а в перспективе и смертью.

— О… — сказала Иржина и нахмурилась. Похоже Лост своими пчеловами и вовсе вывел разговор из каймы.

Или эта нехорошая женщина старается именно это показать, готовя ловушку.

— Иржина, мне сейчас некогда. Что станет с вашим домом от присутствия в нем, в его старшей ветви наследуемого темного дара… а он наследуемый, есть тут один Дом, у которого когда-то возникли похожие проблемы. И знаете, они избавляться от этих проблем не хотят. Собственно, они хотя чтобы эти проблемы и дальше оставались с ними. Один занятный человек даже сравнил их с моей кошачьей шкурой, а быть оборотнем временами проблемно, временами странно, временами даже неприятно. Но я хочу быть оборотнем, потому что и дает эта шкура мне многое. И сейчас я не хочу отказываться ни от нечеловеческого обаяния, ни от слуха, ни от совсем уж неожиданных способов что-то почувствовать. А тем более, я не хочу отказываться от изменившейся магии.

Иржина из Дома Чаек на него внимательно посмотрела и улыбнулась.

А потом просто повернулась к Маруку, который не ушел назло этой женщине, а вовсе не потому, что надеялся узнать какие-то страшные тайны.

— Вы проводите меня? — спросила она ласково-ласково, с трепетом слабой женщины, которой нужна опора. — А то, боюсь, этот молодой нахал слишком занят.

И что сделал Марук? А он кивнул. А что еще мог сделать хорошо воспитанный представитель старшей ветви Великого Дома?

И сделал вид, что не заметил насмешливой улыбки Лоста.

Хорошо быть невоспитанным котиком.

— Нужно срочно уходить, — сказал Лост вернувшись к ждущей его компании, состоявшей из пожелавших сходить в таинственный замок в горах, в котором опасно и так, а там еще и посторонние заколдованные люди бродят.

Тот замок, в котором мастер Росно пытался продолбить какую-то стену, как подозревал Лост, вовсе не то место, куда его дружно отправляли боги и книга. Это, скорее всего, своеобразный мост между долиной вольнонаемных магов и настоящим жильем Дома повелевавшего тьмой. И за заинтересовавшей Росно стеной может оказаться портальная арка, ведущая в одно единственное место — с какой-то зал в нужном ему замке. В напичканный защитой от посторонних зал. Жалко, что Росно первым туда не попрется. Лост был в этом уверен. Пошлет кого-то впереди себя, чтобы посмотреть, что будет.

И Лосту сейчас нужны были стражники его Дома. Те самые, которые зачем-то пытались вернуться и случайно получили в повелители мастера Росно, выскочившего из их портала. Они же не просто так возвращаться хотели. Те, что постарше, точно знали куда и зачем идут. Это тем, кто помладше, могли не сказать. Рассказать чудесную сказку про мест и попытку вернуть свое…

Хотя, конечно, слова о желании вернуть утраченное и отомстить тоже о многом говорят.

И хорошо, что Росно все-таки идиот, разбрасывающийся направо и налево подчинением. Подчинение очень интересная штука. Попавший по нее, конечно, расскажет любые секреты своему повелителю… если этот повелитель догадается спросить, причем, задать идеально правильный вопрос. Иначе нужного ему ответа он не получит. А уж если не спросит, то сами околдованные инициативу в этом деле не проявят, они физически не могут проявить инициативу.

— А он задал им неправильный вопрос, — пробормотал Лост. — Из-за чего теперь и долбит стену, хотя, задав вопросы правильные, мог бы выяснить как туда пройти без всех этих усилий. И, возможно, даже выполнить все условия смог бы. Но он, наверняка, спросил что-то вроде: «Вы меня туда провести можете?». А они не могут провести чужаков, они же стража, а что такое стража он не понимает. Да. Перед чужаком проход не откроется и точка. Даже если страж попросит его открыться.

— Лост? — заинтересовался задумчивостью оборотня Локар.

— Мастер Росно болван. Возможно он вообще думает, что пытается пробить дыру в сокровищницу. А нам нужно поспешить, потому что есть у меня подозрение, что Иржина из Дома Ласточек первая из желающих срочно со мной поговорить. Остальные просто не рискнули приходить столь внезапно, потому что лично со мной незнакомы.

— Нам нужно опередить болвана? — спросила Нэлла.

— Нет, — помотал головой Лост. — Сначала нам нужно поймать кого-то из тех людей, с которыми Локар бродил в Черных горах. Кого-то постарше и потолковее… хотя я не прав. Нам нужны вовсе не те, кто бродил. Нам нужен кто-то знающий все тайны, а не верящий в чудесную сказку, которую рассказали добрые родственники малолетнему Эрсу, о том, как передрались вольнонаемные маги и одни убежали от других.

— Думаешь, на самом деле родственники Эрсу не бывшие вольнонаемные? — спросил Локар.

— Думаю, они кто-то вроде стражи. И что-то знают. Иначе Росно не долбил бы стену. Кто-то из тех, кого он поймал в подчинение что-то ему все-таки рассказал. Да, сначала нам нужно домой, поговорить с пациентами лекарей душ школы и найти того человека, который нам пригодится в замке. А потом уже пойдем дальше. Поспешим дальше.

— И говорить эти люди будут только с тобой, — сказал Локар. — Если докажешь, что они именно твоя стража.

— Или не стража. Может там кто-то из сильных даже был, — добавила Нэлла.

Слышали бы ее сейчас родственницы, точно попытались бы выдать замуж за Лоста, причем, срочно. Мужчина, у которого есть свои старшие и сильные — настоящее сокровище, которое нельзя упускать. А в том, что это за сильные и что вообще за мужчина, они разберутся потом, когда он будет женат и уже, вроде бы никуда не денется.

— Ну, что же, план на первое время у нас есть. Начинаем действовать, — решил Лост. — Кто сходит со мной домой, чтобы расспросить пациентов лекарей душ?

Лекари душ своих пациентов, к счастью, никуда отпустить не успели, хотя эти люди уже были вполне себе вменяемыми, а учитывая, сколько времени они провели под подчинением, дела у них и вовсе шли великолепно и лучше может и не стать.

Лост обошел всех этих пациентов, выбрал среди них немолодого и самого вменяемого с виду мужика и предложил ему поговорить начистоту.

— О чем? — спросил мужик, оказавшийся двоюродным дедом Эрсу. И звали этого человека почти так же — Эрасу.

— Почему вы решили вернуться в родной мир? Что вас столь неожиданно туда так потянуло? — спросил Лост.

Мужик улыбнулся. Любуясь посмотрел на Верихану, а потом откинулся на спинку скамьи, на которой сидел под стеной выделенного этим потерпельцам домика.

— Зачем тебе это? — задал следующий вопрос.

Так задал, словно это были те самые тайные слова, на которые необходимо было правильно, слово в слово ответить, иначе дел с отвечающими иметь не будут, а то и морду набьют.

Лост хмыкнул, а потом спокойно признался:

— Мне незачем, просто мир жалко. На самом деле я вовсе не хочу ничего наследовать и жить там точно не буду.

— Вот как, — задумчиво сказал Эрасу и помял подбородок. — Все-таки та странная женщина действительно богиня судьбы, как и думал один маленько тронувшийся тип. Она так и сказала, что вернуться тот, кто может спасти Дом, не пожелает, но и бросить его не захочет. Мы еще долго над этим думали.

— Богиня судьбы? Не в желтом платье, случайно?

— Да.

— Ага, Желтая Плетельщица… интересно, Алый и Белая знают, что эта инициативная особа по чужим мирам ходила и ситуацию подталкивала? Хотя наверное знают, наверное она им уже рассказала.

— Или ходила с их разрешения, — подсказал Эрасу.

— Они бы не позволили, — убежденно сказал Лост. — Они же над равновесием трясутся, а тут толчок. Или я ничего не понимаю… Ладно, так зачем вы ходили?

— Потому что так будет правильно, — скривившись, сказал Эрасу. — Знаешь, даже мне уже не особо хотелось возвращать былую силу и служение. А уж тем, кто тот мир даже в детстве не видел… Но вот отказать той богине судьбы мы попросту не могли, даже мысли такой не появилось. Мы просто знали, что так будет правильно.

— Понятно, — проворчал котик. — Ладно, возвращаться я вас точно заставлять не буду. Делайте что хотите и живите, как считаете нужным. Но кое в чем вы не можете мне не помочь.

Эрасу приподнял бровь.

— Мне нужен тот, кто знает как тихо и незаметно попасть в замок. Мне туда надо. И мне надо провести туда нескольких людей. Причем, так, чтобы не вляпаться ни в какие ловушки. А желательно, чтобы и вовсе разминуться с ломающим стену придурком. Чем дольше он будет думать, что что-то контролирует, тем больше шансов, что он не начнет сразу же громить все подряд.

— Ломающим стену придурком? — заинтересовался Эрасу.

— Да. Очень веселый тип, знаешь ли. Напихал в одном городе где попало вещей, способных часть этого города уничтожить. И, если я хоть что-то понимаю в таких типах, у него наверняка есть запасной план по убийству ненужных ему людей, на случай, если эти вещи найдут. А их нашли. Так что нужно спешить. Нужно успеть до того, как он поймет, что долбить стену бесполезно и перестанет надеяться на то, что найдет за ней. Перестанет учитывать в своих планах все, что там рассчитывает найти.

— Думаешь, рассчитывает? — улыбнулся Эрасу. — Я плохо помню, что со мной происходило, но тот тип действительно придурок и размышляет он как-то странно… как безумец он размышляет…

— Так, — заинтересовался Лост.

— Знаешь, там, где я живу, недалеко живет она женщина, уверенная, что кошки разумны, просто это скрывают. И она пытается заставить всех относиться к ним, как к разумным. И еще разговаривает с кошками. И называет себя посланницей истины. Вот этот тип очень на нее похож. Только я никак не пойму, где же его разумные кошки прячутся?

— Понятно, — сказал Лост. — А проводника по замку в горах можешь найти?

— Могу. Думаю, он этим займется с большим удовольствием, — кивнул Эрасу и насмешливо улыбнулся. Видимо, считал, что Лост после знакомства с тем проводником вскоре взвоет и попытается сбежать.

— А выбора у меня нет, — пробормотал все отлично понимающий котик.

Для начала Эрасу отпросился у своей лекарки, попутно ей поулыбавшись и пообещав вернуться, привезя какие-то загадочные сладости. Лекарка хмурилась, напоминала, что необходимо три раза в день пить по капле зелья из синей бутылочки, а раз в три дня из зеленой, на что Эрасу улыбался еще больше и обещал, что все будет хорошо. Лекарка, кажется, не сильно верила, но пациента все-таки отпустила.

Потом пришлось ждать, пока пчеловы поймают точку фокуса на нужном городке. А точка, как назло не ловилась и не ловилась, будто издевалась.

А потом Лост понял, что это судьба так занятно намекала ему, что лучше передумать и не связываться. Потому что тип, решивший устроить себе лабораторию в пещерке недалеко от города, слишком уж занятный человек. И в его голове может найтись место очень уж неожиданным идеям.

Но выбора у Лоста опять же не было. Эрасу, увидев выражение его лица после заявления, что теперь все пойдут в пещеру, потому что там лаборатория, улыбнулся и сказал, что тот человек единственный, кто сгодится на роль проводника. Остальные в те далекие времена либо были слишком молоды, либо у них не было допуска в слишком многие места, либо они не дождались своего наследника и померли, нехорошие люди.

Пришлось Лосту идти к лаборатории, размышляя о том, а не безопаснее ли было довериться своей способности, идеально настроиться на книгу и позволить ей себя вести? Тем более, Верихана будет рядом. И Нэлла, если что, вовремя пнет. И никакой тип с придурью и любовью к пещерам крутиться рядом не будет.

Но отступать было поздно. Теперь, если отступишь и не дойдешь до лаборатории, Эрасу вполне может взять и дойти в гордом одиночестве. И честно рассказать любителю пещер что его туда привело и кто именно спасовал перед лабораторией. А тот тип из принципа возьмет и побежит следом за Лостом, решив помочь, вопреки его желанию.

В общем, совсем весело будет.

Тихий женский смех на грани слуха поддержал его в этом мнении и Лост потряс головой, стараясь сосредоточиться на том, куда идет. И не думать ни о чем постороннем. Откуда-то вдруг всплыло сакральное знание, что посторонние размышления в таком деле совсем уж неуместны. Может книга подсказала. А может начал возвращаться частично утраченный разум.

Лаборатории в пещере могла позавидовать лаборатория магистра Лески, используемая в качестве наказания для студентусов. У Лески была практически легендарная лаборатория. Заваленная бумажным хламом до самого потолка. За стопками из бумаги местами не было видно стен. А кроме бумаги там было и великое множество других очень нужных вещей, которые, как уверял магистр, непременно однажды пригодятся.

Студентусы поговаривали, что в той лаборатории даже успели загадочно пропасть несколько человек, правда, не могли сказать, как тех людей звали и зачем они туда поперлись.

И вот любитель устраивать лаборатории в пещерах решил в деле коллекционирования хлама магистра Леску перещеголять. И ему это почти удалось. Для полноты картины не хватало только стопок бумаги под стенами, лежащих там десятилетиями. А так, хлама было даже больше, возможно из-за того, что и места для этого хлама хватало с избытком.

Эрасу провел Лоста между кучами чего-то загадочного и неопознаваемого, как по лабиринту. Довел до деревянного забора, нелепо смотревшегося посреди пещеры. Провел воль него и наконец нашел дверцу, перед которой и застыл. Дверца была маленькая, узкая и для контраста выкрашена в ярко-зеленый цвет, наверное, чтобы хозяин забора ее не потерял.

— Заходим? — спросил Лост.

— Не уверен, мало ли чем он там занимается.

— Да? — удивился Лост.

— Да, но зайти придется, — со вздохом сказал Эрасу и толкнул ладонью дверцу.

— Крак?! — явно не поверила в такое святотатство она.

— Да чтобы вы все облезли, чтобы вас горой прихлопнуло и луной добавило, чтоб вас… — душевно пожелали из-за дверцы, а потом оттуда выглянул суровый дед. Седой такой, бородатый и с колючими глазами. — Так, — сказал, как припечатал, он. — Так. И что же тут у нас за явление, а? Кого же это к нам принесло? Не уж то Эрасу соизволил явиться? Носило где-то целую кучу времени и тут на тебе, вспомнил…

— Мрич, не разоряйся! — потребовал Эрасу. — У тебя тут гость с заманчивым предложением.

— Да? — удивился дед и перевел взгляд на Лоста. Поморгал немного, потер глаза, опять поморгал, а потом осторожно спросил: — Мне это чудится?

— Что тебе опять чудится?! — возмутился Эрасу.

— Не что, а кто, — сурово поправил Мрич и указал пальцем на Лоста: — Вон посмотри на цвет его пламени, болван! Прямо как у Вилиддара, вот только с физиономией что-то не то, где же ты видел у Вилидаровых отпрысков такую неизящную физиономию?

Эрасу посмотрел и пожал плечами.

— Кто такой Влидар? — спросил Лост.

— Первопредок, олух, тот, кому Алый Воин вручил силу на хранение и пользование, чтобы чаши весов не перевернулись, — еще суровее произнес Мирч, так, словно Лост осмелился плюнуть в изображение какого-то бога.

— Как интересно, — только и смог пробормотать Лост.

— А ну, пошли! — приказал дед и, прежде чем Лост успел опомниться, схватил его за воротник и затащил за дверцу.

В помещении за ней обнаружился еще больший барак, чем снаружи. И даже подпирающие стены колоны из бумажных листов там уже были. А посередине этого бедлама было расчищенное место и стоял грандиозный стол, весь уставленный какими-то приборами.

— Вот, — проворчал дед. — Пришлось от всяких олухов по пещерам прятаться. А то, то у микроскопу стеклышко свинтят, а мне потом выписывать его у кикх-хэй и ждать два месяца, пока сделают, потому что микроскопа моя нестандартная, она из первых, экспериментальных. То в свою мерзкую настойку дорогущих иномирских цветов засунут, потому что пахли они им вкусно. И как не потравились, заразы? И ничего же не ценят. Одно не ценят, потому что иномирская древность. Другое — потому что новоделы из мира этого. Даже интересно, что же им такое надо всучить, чтобы хоть немножко восхищения и интереса пробудить? А?

— Девку погрудастее, — подсказал Лост.

— Да? Интересная идея, — не стал спорить дед. — Так, а ну, иди сюда.

И поманил Лоста пальцем вовсе не к столу, а к скособоченному дамскому шкафчику с прозрачным оконцев в дверце. Шкафчик был заставлен разнообразным хламом и Лосту казалось, что стоит его открыть, наружу непременно что-то вывалится. Но, как ни странно, не вывалилось.

Дед с кряхтением что-то из шкафчика достал, аккуратно поставил на стол и опять поманил Лоста пальцем.

Ну, котик и пошел, а что ему оставалось делать? Таки увлеченным типам нужно давать время на демонстрацию своих увлечений, а то они обижаются и отказываются даже разговаривать.

Извлеченный из шкафа то ли прибор, то ли артефакт больше всего был похож на сувенирные часы, на которых один ушлый ежиный папаша заработал целое состояние. Попросту догадался, а то и подсмотрел в своем родном мире, что песок, пересыпающийся из одной чаши в другую, можно красить в разный цвет. Что эти часы можно делать разной величины. А еще в них можно наливать воду и добавлять в нее какую-то густую жидкость, которая была легче воды и поднималась в верхнюю чашу красивыми, слегка расплывчатыми каплями, а потом собиралась там в облачка, пока не перебиралась вся. И ту густую жидкость тоже можно было красить. Вот на последний вид сувенирных часов ценность Мрича и была похожа. Правда, снизу вверх там почему-то перебирались колючие с виду искорки.

— Руку сверху положи. Только аккуратно, вещь хрупкая, два раза уже ремонтировал. Знаю я вас.

Лост послушно положил и искорки из нижней чаши рванули с такой скоростью, что, кажется, даже застряли в узком месте и стали выдавливаться мелено-медленно.

— Чудесно, — недовольно сказал дед. — И что же тебе надо, наследничек?

— Пока попасть в замок, найти там зал обращений, а дальше я не понял. Но оно нужно, чтобы во сто-то воплотить накопленное, пока этот замок не взлетел над горами и не осыпал весь тот мир тьмой так щедро, что у них там через шаг будут земли бывших темных королевств. А еще, если вы не знаете, с пчеловами люди в том мире не общаются и как заключить чуждый осколок мира в Границу, могут и не догадаться. А начнешь им подсказывать — могут и не поверить, захотеть захватить ту силу себе, еще что-то. Или попросту не пустить на свои земли, скрывая проблемы до последнего. Ну, вы же должны знать, что такое Дома. Особенно те, что послабее.

— Знаю, — проворчал Мрич. — Непонятливые люди, куда моим олухам, что бывшим, что будущим. Мы же к тем идиотам даже посольство отправляли, пытались объяснить, что ничего они все равно не получат, что невозможно эту силу получить, если изначально нет способностей. Что неподходящих эта сила попросту сведет с ума, разрушив сначала память, потом и чуждый ей дар. А потом вырвется и станет все крушить, просто желая сделать мир таким, чтобы ей было много места. А они…

И махнул рукой.

— Про чуждый и неподходящий дар вы местным магам говорили? — поинтересовался Лост. — А то тут некоторые желают изучать тьму.

— Да все никак не соберусь, — признался Мирч. — Я же их знаю. Тоже по своему непонятливые люди, не понимают, что мне даже своих олухов учить неинтересно, но тут долг заставляет. А уж чужих.

— Вы все-таки соберитесь, — душевно попросил Лост. — А то знаю я одного типа с интересной темной зверушкой на поводке. И теперь кто-то может вообразить, что не так страшна та тьма, как ее рисуют.

— Не было мне проблем, — проворчал дед. — Но куда же я же я денусь, этот мир мне нравится в таком виде, как есть. А тогда… а тогда Нивир приказал нам собираться и уходить. Там один слабенький портал возле замка есть, ведет только в одну сторону, в этот вот мир. Не верил он тем непонятливым людям и предчувствие у него было. Вот и приказал. Сказал, что если что-то случится, то боги найдут способ нас вернуть и мы сможем ударить в спину врагам, ну, или что-то исправить. А нет, ну, люблю же я исследовать неизвестное, мне будет там весело. Разве мог я его ослушаться? А теперь на тебе, наследник. Хотя очень долго я был уверен, что вас и вовсе не осталось.

— Значит поможете?

— А куда же я денусь, я же не непонятливый человек, который видит только то, что желает видеть. Только с учеником поговорю. Пускай он объясняет про подходящее и неподходящее, если я не вернусь.

Лост только кивнул.