42. Может, мела принести?

Горячий пар обжигал нос и лоб, но Регина настойчиво стояла над душой, заставляя дышать паром от вареной картошки.

— Мам, ну каменный век! Ты еще ее керосином заставь горло полоскать! — Рома сидел рядом со мной и гладил меня по плечу.

— А ты вообще молчи! Надо будет, достану керосин!

— Ты бы лучше аптечку достала. Если бы своей натуропатией не занималась, то в твоем доме имелись бы современные лекарства! А не вот это вот, — Рома с таким презрением посмотрел на кастрюлю, будто там был не картофель, а жабьи лапки.

— Не хами матери! — она в шутку шлепнула сына полотенцем по спине и тут же поцеловала в макушку.

— И что, мы после нее должны вот это вот есть? — Джен скривилась, брезгливо глядя на меня.

Да твой яд все продезинфицирует, гадюка!

На нее никто не обратил внимания: мама была занята контролем того, насколько глубоко я вдыхаю пар, Рома, обнимая меня одной рукой, второй рукой водил по воздуху, пытаясь поймать связь, а Ира накрывала на стол.

— Ой! — Джен весело подорвалась с места и выбежала в прихожую, где со вчерашнего вечера стояли подарочные пакеты.

— Совсем забыла! — она бросала на стол разноцветные коробочки, перевязанные атласными лентами, видимо, подарки, но явно искала что-то особенное! — Вот! Раз уж тут одни извращенцы собрались.

Как же ты меня бесишь, сучка расфуфыренная!

Она триумфально потрясла желто-красной консервной банкой и поставила ее в центр стола.

Странная банка, вздутая чтоли? И собака сверху нарисована. Или волк.

Тушенка может быть?

В любом случае, попробую и поблагодарю. Сделаю вид, что мне по барабану все эти ее выходки.

Пока Регина хлопотала у плиты, перекладывая картошку, на которую я не дышала, в общую миску, Рома в поисках связи бродил по гостиной, а Ира с Димой что-то выясняли, удалившись в дальний угол, я достала консервный ключ, и поставив банку на блюдце, открыла ее.

Запах рыбы я почувствовала даже сквозь напрочь заложенный нос, но мне он показался очень даже приятным.

— Фу! Откуда запах? — мама обернулась и с ужасом в глазах посмотрела на баночку, стоящую передо мной.

Я же с вожделением любовалась маленькой рыбкой и истекала слюной, мечтая попробовать ее.

Регина бросилась к окну, прикрывая нос полотенцем.

Нормальный запах. Чего это она?

Я сглотнула слюну и не в силах больше сдерживаться, подцепила одну рыбку и отправила ее в рот.

— Мама, что за… — Рома, прикрыв нос и рот рукой, поторопился открыть второе окно.

Да ладно! Не так уж сильно пахнет. Точнее, вообще не пахнет. Или это потому что мой нос заложен?

— Ма! Чем воняет? — заорал Дима из дальней части дома.

— Как ты это ешь? — Рома двумя пальцами поднял банку, чтобы выбросить ее.

— Отдай! Вкусно же! — ну совсем ненормальные — такую вкусноту не есть.

Желудок забурлил, требуя очередной порции лакомства, которое таковым являлось, похоже, только для меня.

— Ты серьезно? — Рома округлил глаза, как если бы я сказала, что прилетела с какой-нибудь Альфа-Центавры, — тебе нравится?

— А что такого?

— Это же забродившая рыба! Сюрстремминг.

Я пожала плечами.

Ну, не знаю, по мне так очень вкусно.

— Так ты не будешь? — я забрала желанную вкусняшку из пальцев Ромы, и принялась поглощать ее содержимое. А что, никто же больше не хочет!

— Может, мела принести? — мама серьезно смотрела на меня, размахивая перед собой полотенцем, чтобы отогнать запах.

— Какого мела? — Рома намыливал руки душистым мылом, уткнувшись носом в свое плечо.

— Да так…никакого…

Меньше чем за минуту я расправилась со шведским деликатесом, любезно подсунутым Джен. Только вот она не учла, что мой нос не дышит, и отвратительного запаха я так и не почувствовала. А на вкус было очень даже неплохо!

Мама накрыла стол в другой комнате, оставляя кухню проветриваться. И за завтраком Джен, недовольная тем, что сюрприз не удался, решила уколоть меня чем-то посерьезнее.

Дождавшись, когда Регина уйдет за чайником, она улыбнулась, глядя на моего Рому.

— Ром, помнишь, как мы впервые приехали в Швецию и так и не решились попробовать эту гадость? Зато твоя новая девушка, наверное, из неблагополучной семьи и привыкла есть несвежие продукты.

— Прикинь, какая экономия! — влезла Ира, рассмешив меня.

— А тебя никто не спрашивал! — показала зубы Джен.

— Да ладно! — теперь за подругу вступилась я, — как я понимаю, она в этом доме почти невестка, а вот кто ты?

— Рома, скажи ей! — на ее глазах появились слезы, и губы задрожали.

Джен смотрела на Рому, ища защиты.

— Самое время позвонить папе, Джен. Пусть он наймет технику, чтобы поскорее расчистили дорогу, и ты смогла бы убраться из логова нищебродов и хамов.

Она вскочила с такой яростью, что ее стул упал, и выбежала из комнаты, чуть не сбивая с ног Регину.

Но следом за ней пришлось подорваться и мне. Потому что рыба, похоже, была и правда слегка протухшая.