8. Рыцарь и принцесса

Роман.

Охренеть! Неужели она сдалась? Всего три жалких довода, почему она должна забыть о навязанных кем-то приличиях, и она сама уже целует меня.

Интересно, это алкоголь, или она всегда такая?

Я отпустил ее руки, и они тут же нырнули в мои волосы и приятно стали их сжимать. Только одно это могло разогнать сердце круче, чем кардиотренировка, но ее губки так нежно посасывали кончик моего языка, что член буквально дымился, желая поскорее ощутить то же самое.

Я толкнулся бедрами в нее, и уперся каменным стояком в ее животик. Она вздрогнула и прекратила дышать, отпуская мой язык.

— Подожди… — запыхавшись, прошептали ее сладкие губы.

Блядь! Что еще?

Месячные? Девственница? Нет восемнадцати?

Я приказывал мозгу срочно перекачать кровь в голову, но бесполезно. В паху уже назрел бунт, и главный его зачинщик рвался из штанов.

— Я так не могу…

Ну твою ж…Вроде уже решилась, почему заднюю включила?

Я убрал руки от ее дрожащего тела, может хоть так смогу побыстрее успокоиться.

И тут меня накрыло непониманием. На хрена я вообще вожусь с этой девкой?

Нет, так нет. Наверху меня ждут пятеро телок, готовых вообще на все. А мне нужна именно эта.

Ну не рехнулся ли я?

Может, она мне нужна именно потому, что недоступна?

Хотя нет! Я понял! Это игра такая!

— Хочешь поиграть в рыцаря и принцессу? Типа, я должен тебя добиться, а ты подумаешь? — я присел на стол, скрестив руки, потому что не знал, куда их девать. Они просто сами тянулись, чтобы сжать в ладонях ее налитую троечку.

— Если ты забыл, то это не я притащила сюда тебя, — огрызнулась маленькая стерва, пятясь поближе к двери.

Да. Точно. Она вообще на меня внимания не обратила. Даже не помнит, как я начистил рожу мудаку, который чуть не залез к ней в трусы.

— Вообще-то, ты задолжала извинения.

— Это еще за что?

— Ты ударила меня! Ни за что!

— Ну так не фиг было приставать. И вообще, если ударила, значит было за что. Хотя я этого не помню.

— Всего один поцелуй в качестве извинений, и отстану.

— Правда?

В ее голосе столько надежды…Неужели она считает меня маньяком? Да это первая женщина, которая пытается убежать от меня. Какого хрена? Даже Джен, чтоб она удавилась, и та предлагала прощальный секс. А эта хочет удрать.

— Угу, — хмыкнул я, и с трудом подавил желание поправить член, который, упирался в тугую ткань брюк.

— И ты не будешь распускать руки? — ее глаза блестели в темноте, но даже без света я видел, что она рассматривает меня, задерживает взгляд на лице, шее, спускается вниз…

Дьявол! Да она хочет меня не меньше!

— Только, если ты сама этого захочешь… — главное — заманить.

И она подошла! Медленно, нарочно покачивая бедрами. Сучка! Дразнит меня.

Ее холодные ладошки безошибочно поймали мои руки в темноте, и сжали мои пальцы.

Смешно! Будто это удержит их.

Теплый носик коснулся щеки и втянул мой запах. По всему телу волоски встали дыбом, а пах прострелило огнем. Так меня давно не вставляло! И от чего! Она же только понюхала меня!

Я чудом держался, чтобы не подхватить ее под задницу и не насадить на себя. Но пальцы ее сжал покрепче, и сам поймал стеснительные губы своими.

Лида.

Этот наглец сидел на столе, скрестив руки.

Да красивые у тебя бицухи, шикарные просто! Даже в темноте и в одежде я вижу их рельеф. Хватит мне демонстрировать свою неотразимость, павлин!

— Вообще-то, ты задолжала извинения.

— Это еще за что?

Нет, нормально? Он меня запер, а я ему еще чего-то должна!

— Ты ударила меня! Ни за что!

— Ну так не фиг было приставать. И вообще, если ударила, значит было за что. Хотя я этого не помню.

Ой, ну прямо ночь исполнения желаний. Дедушка Мороз, ты бы предупреждал заранее: хочешь на сцену — на! Мечтала залепить пощечину, как в кино — вот тебе мужик! Или это бонус за Андрея?

— Всего один поцелуй в качестве извинений, и отстану.

— Правда?

Я задала этот вопрос скорее потому, что испугалась. Только теперь до меня начинало доходить, что вот он тот, с кем я смогла бы отомстить за ложь. И орудие этой мести, минутой ранее упирающееся в мой живот, довольно не хилое…

И вот пока я пьяна и без тормозов, могла бы и оторваться! Терять мне нечего! Тем более, он меня даже не узнает, да и вряд ли вспомнит. У такого красавца, наверное, таких как я…каждую ночь новая.

— И ты не будешь распускать руки? — разочарованно спросила я.

Ну вот, довыделывалась!

— Только, если ты сама этого захочешь…

Я сделала первый робкий шаг навстречу измене. Хотя…какая измена! Уже как несколько часов я свободная женщина, и могу спать с кем захочу!

Меня слегка покачивало от выпитых коктейлей, и идти ровно было тяжело.

Как только я сделала последний шаг, я схватила его руки, чтобы не упасть, но все же меня повело, и я уткнулась носом в его щеку.

Господи! Как же он пахнет! Наверняка, от вкуса его кожи я вообще улечу куда-нибудь в космос. И только стоило мне раскрыть рот, чтобы прикусить его шею, его язык вонзился в меня, и я тут же оказалась лежащей на столе.

Он встал между моих ног, и без того неприлично короткое платье подскочило еще выше. Пока он жадно вылизывал мой рот, его руки нагло сжимали мои бедра, пробирались к ягодицам, а твердый член массировал клитор через его штаны и мои трусики, которые уже были насквозь мокрые.

— Станцуешь для меня? — он резко дернул верх платья, освобождая грудь, и сжав ее в ладонях, сдвинул вместе, — как тебя зовут?

Мои соски тут же оказались во рту у него, и язык играл сразу с двумя. Чертов незнакомец! Что он творит со мной? Мои мужчины никогда не делали этого!

— О, Боже! — Инстинктивно, я подала бедра к нему, еще сильнее прижимаясь к его горячему паху, и скрестила ноги за его спиной.

Я вертела задницей, крепко сжимая бедра, и мой клитор терся о твердую плоть, заставляя низ живота ныть от жара. Осознание того, что я творю не известно где, не известно с кем, заводило еще больше. Из меня вырывались хриплые стоны каждый раз, когда я выдыхала, а когда его зубы осторожно прикусывали соски, я прогибалась в спине и вжимала его голову в свою грудь.

Он рычал, тяжело дышал и продолжал сминать меня еще сильнее, уже ударяясь бедрами о мое лоно.

Неожиданно мне стало легко и прохладно. Он выпрямился, и его руки едва касаясь, спустились вниз, к широко разведенным бедрам.

Я почти захныкала, желая, чтобы он вернулся на место. Но он только усмехнулся, и просунул пальцы за края ботфорт.

Меня словно током прострелило, и ноги вздрогнули от неожиданной ласки.

И пока наслаждалась новыми ощущениями, одна его рука вернулась к моим волосам, и сжав затылок, удерживала, пока его губы продолжили ловить стоны.

Между нами проникла его свободная рука и легла на мокрые трусики.

— Какая влажная девочка! Ты хочешь?

Я не могла отвечать. Только мычала и продолжала тереться теперь о его ладонь.

— Скажи мне, хочешь?

— Хочу! Да…

Трусики тут же были отодвинуты в сторону, и пальцы легко скользнули по истекающим соком складкам. Он безошибочно нашел нужное место, которого стоило только коснуться, как меня выгнуло от предвкушения, что вот-вот случится то самое.

Его пальцы стали нежно играть с клитором, иногда соскальзывая внутрь меня совсем на чуть-чуть, но тут же возвращались обратно, и то сжимали его, то поглаживали, описывая круги.

Меня накрыло неожиданно, но так мощно и сладко, что я не могла контролировать себя. Сжимая пальцы, я мурлыкала и мне хотелось плакать от счастья. Ведь впервые в жизни я испытала это с мужчиной.

Господи! Неужели может быть так хорошо!