Глава 24

Анна (она же Богиня… все мы Богини)))

Проснулась в нежных объятиях Оливье. Тихонечко оглянулась – это его комната. Неужели мне всё приснилось? Академия полыхала, да и шкаф был сломан. Всё целёхонько и даже платья, купленные внучкой ректора.

Вспомнила сцену на озере, вспыхнула от стыда. Порадовалась, что на мне надета рубашка. Может, всё приснилось? Но тело напомнило о том, что в озере мы с ним точно купались. Посмотрела на спящего дракона. Красив паразит, так и хочется поцеловать в губы. Подтянулась и тихонечко коснулась его губ – это сильнее меня. В ту же секунду меня прижали к кровати и подарили сумасшедший, головокружительный поцелуй.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, нехотя оторвавшись от моих губ.

– Необычно, – ответила я, изучая его внимательным взглядом. Всё моё существо тянулось к Оливье, к нему хотелось прикасаться, целовать, скользить подушечками пальцев по коже и тихо шептать на ухо глупости, дразнить, нежиться в его объятиях, быть рядом, любить… бесконечно долго любить, любить вечность.

– Я должен тебе многое объяснить, прежде чем мы выйдем из этой комнаты, – сказал он и нежно улыбнулся.

Скользнула по его обнажённому плечу пальцами, его глаза потемнели. Мой драконище.

– Хочу сказать, что очень люблю тебя, – он сдержал себя от порыва наброситься. – И приму любое твоё решение.

– Хорошо, я готова тебя выслушать, – обвила его торс второй рукой и потянула на себя. С трудом справлялась с желанием поозорничать. Припомнился сон, в котором я летала в виде огня и пыталась устроить апокалипсис. Это безобразие мне очень нравилось. Стало ещё раз стыдно.

– За завтраком, – не поддался соблазну дракон. Прищурилась, ох и драконы пошли. Враньё в книжках сплошное, полжизни можно убить, чтобы соблазнить мужчину-дракона- ректора. Вот и ищи себе мужа в других мирах. Из всех фэнтезийных героев драконы считаются самыми любвеобильными, если я не ошибаюсь.

Меня на руках донесли до стола, и мгновенно поставили передо мной разнообразную еду. Праздник живота. Покосилась на Оливье с подозрением: что же планируют рассказать, если отвлекают таким образом…

– Нужно измерить уровень сахара в крови, – предупредила я. Странно, чувствую себя отлично, никаких признаков диабета.

– Тебе больше не нужно этого делать, и инсулин не нужен, – сказал Оливье, усаживаясь рядом на стул. – Ты абсолютно здорова.

– Почему? – я не смогла скрыть удивление.

– Ты – огненная драконица и моя жена, – пояснил он, – поэтому я смог исцелить тебя. Особенность брака со мной. Но исцелять могу только дракониц.

– Значит, я спалила академию? И летала? И? Озеро… – я показала руками что-то неопределённое и туманное. – Это правда? Всё не приснилось?!

Мне утвердительно кивнули головой. Кажется, я покраснела до корней волос.

– И ещё, ты – Богиня Огня Драконов. Всё это делает вторую твою ипостась игривой и неподдающейся контролю, – продолжил он пояснять, что со мной происходит. – Тебе нужно научиться контролировать её. Я надеюсь, что моя мать поможет в этом. Но Пандора очень своеобразна и оригинальна, сложно сказать, будет ли её помощь полезной.

– Постараюсь, – тихо произнесла я, вспоминая, что вытворяла будучи Богиней. Несмотря на то, что воспоминания заставляли содрогнуться, быть божеством и драконицей одновременно мне понравилось.

– Это не всё, – Оливье явно готовился к дальнейшему разговору. – Может быть, ты сначала поешь? А то всё остынет.

С удовольствием принялась за завтрак, голод был зверский, я бы сказала драконий.

– Продолжай, – попросила я его.

– Ты способна, как и моя мать, ходить по порталам между мирами, а значит, можешь покинуть меня в любой момент, – осторожно перешёл он к более серьёзным вопросам. – Я привязан к академии чарами и пойти за тобой не смогу. Но и ты можешь застрять в другом мире, потому что в тебя должны верить. Вера в твою божественность должна быть непоколебима, и пока в тебя верит хотя бы одно живое существо на свете, – ты будешь жить вечно. Я верю в тебя, но в другом мире этого может оказаться мало, и ты станешь снова обычным человеком.

– Покинуть могу, а вернуться – нет, – пробурчала я, но аппетит не потеряла, что необычно само по себе. Не хочу покидать своего ректора, только не его. Больно даже думать об этом.

– Это не всё. Нинктьен изобрёл уникальный препарат для лечения диабета. Он полностью исцеляет любого человека. В своём мире благодаря лекарству ты сможешь выздороветь и помочь другим людям, – удивил Оливье. Поглядела в его глаза, внимательно, с надеждой. Красивые губы мужа подарили тёплую улыбку.

– Не хочу отпускать тебя и предлагаю подождать, пока в академии не найдут мне замену. Потом я пойду с тобой.

А внутри меня уже возникла серьёзная дилемма. С одной стороны, рядом сидит мужчина, от которого сердце заходится в любовной лихорадке, а огонь рвётся наружу, с другой – жизни других людей. Я могу принести в свой мир лекарство от диабета, и это спасёт тысячи человек.

– Мы можем отправить твою мать с лекарством в мой мир, а я останусь тут. Она и родителям весточку передаст, надо только телефон у демониц отобрать, – заработал мозг в верном направлении. Я выдохнула от гениальной идеи, пришедшей в голову.

Оливье замер, глаза расширились от изумления. Мужчины! Никогда не обдумывают ситуацию с разных ракурсов, видят только то, что прямо перед ними. Отец и брат всегда мыли посуду, которая стояла в раковине, упорно не замечая пустую сковороду, стоящую в сторонке. А уж найти нужную вещь в шкафу – это вообще целая проблема. Улыбнулась.

– Веселий меня убьёт, – обрадовался Оливье и тут же оптимистично произнёс:

– Драконова мать!

Пандора тут же вывалилась из портала, всклоченная, с припухшими губами и сияющими нездоровым блеском глазами. Одета она была в приличное платье от местных кутюрье.

– Сыночек, – обрадовалась Пандора, кинувшись обнимать Оливье. – Можно я в шкафу спрячусь? – прошептала она. – А то мне конец.

И, не дождавшись разрешения, ломанулась в шкаф. Дверца ловко захлопнулась, и свекровь затихла внутри. Мы с Оливье озадаченно переглянулись.

– Мама, а ты в курсе, что беременна? – громко поинтересовался Оливье. Дверь шкафа медленно открылась, как в фильме ужасов, и Пандора, не высовываясь, переспросила загробным голосом:

– Что ты сказал?

– Веселий сказал, что ты беременна моим братиком, – задумчиво повторил Оливье и ещё тише добавил:

– Похоже, бог наложил на неё чары, чтобы она не догадалась.

– Братиком?! – Пандора постепенно осознавала всю суть произошедшего с ней. – Вот же мерзавец, – выдала она из шкафа. – Убью!

Веселий появился тихо, улыбнулся нам и прижал палец к губам, намекая, чтобы мы не раскрыли его присутствие.

– Нет! Уйду в другой мир! – продолжала психовать Пандора. – Вот! Пусть страдает!

Веселий бесшумно подошёл к шкафу и открыл вторую дверцу.

– Любимая, – промурлыкал он. – Что тебя так разозлило?

– Ты сделал меня беременной! – взбешённо прорычала Пандора. – Я теперь даже в драконицу не смогу перекинуться!

– Твой внук родится одновременно с нашим сыном, – проворковал Веселий. – Мы будем одной большой семьёй. Я уже строю замок из золота, чтобы мы могли все собираться на семейные праздники. Иди сюда, моё золотко.

Он взял её за руку и потянул к себе.

– Бесишь ты меня, – фыркнула Пандора, но дала ему возможность её обнять.

– Это всё из-за беременности, ты просто нервничаешь, – он поцеловал Пандору в макушку и, пока она не видит, подмигнул нам.

До меня медленно доходили слова Веселия, сказанные о внуке. Если Пандора мать Оливье, то вероятность того, что я беременна от него, высока, хотя это будет очень странно, в нарушение всех законов человеческой природы. А как же овуляция?

– Я беременна? – прищурившись, повернулась к Оливье.

– Это из-за магии драконов, – ответил он. – У нас будет сын.

Минуты две до меня доходил его ответ, ещё минуты две я осознавала своё внезапное материнство. Оливье начал заметно волноваться. Внутри, внизу живота, что-то тихонечко заявило о своём желании поесть вяленых помидор, и я с визгом от счастья повисла на вздрогнувшем от неожиданности муже.

– Чуть разрыв божественности не получил, – резюмировал Веселий. – Так зачем позвали мою супругу? – перешёл он к делу.

– Мама, тебе нужно сходить в Анин мир, – ответил Оливье, прижимая и сажая меня к себе на колени. Посмотрела с надеждой на Пандору, она перевела вопросительный взгляд на Веселия.

– Хм, – на губах бога заиграла полуулыбка, а в глазах искорки озорства. – М-м-м? – он приподнял бровь, продолжая изучать лицо Пандоры. Она состроила самую печальную рожицу.

– Не отпущу, – твёрдо ответил он.

– Разведусь, – попыталась продавить его Пандора.

– Не сможешь, – Веселий не пошёл у неё на поводу. – Никаких походов по другим мирам. Потом ищи тебя по полгода. Не выпущу из нашего мира.

– Тогда… тогда я… – Пандора задумалась, чтобы такого ужасного пообещать.

– Я схожу вместе с тобой, если у нас ещё будет пара дочерей, – он погладил её по щеке. Похоже, Пандора попала… просто попала.

– Хорошо, – пробурчала она недовольно. – Но тогда ходить по мирам мы будем каждые выходные.

– Я подумаю и, возможно, соглашусь, – играл на нервах Пандоры Веселий. – И никаких опасных мест в путеводителе.

– Ладно, – сердито ответила Пандора, повернулась к богу боком и спросила:

– Мне нужно Аниным родителям сказать, что она в безопасности и с ней всё хорошо?

– Надо вернуть мой телефон. Сниму видеосообщение, и вы его покажете родителям, – встав с колен ректора, принялась я объяснять. – И ещё, нужно передать лекарство от диабета.

– Так и сделаем, – согласился Веселий. Его ладонь легла на низ живота Пандоры, и он легким поцелуем коснулся её виска. – Подготовьте всё. Мы вернёмся, как только позовёте, – попросил бог и исчез вместе с женой.

В этот момент в дверь громко постучали:

– Сэр Шонзарр, – прокричал за дверью Трэнр. – Папа!

– Мы сегодня позавтракаем спокойно? – спросил меня Оливье.

– Не знаю, – я пожала плечами и села на стул, готовясь к новым впечатлениям, которые несёт с собой бывший муж.

– Папа! – орал Трэнр, пиная дверь.

Оливье махнул рукой, дверь открылась, и в комнату влетел взъерошенный Трэнр.

– Папа, я буду папой! – истерично заявил он. – Мне нужно золото! Много!

Оливье не растерялся:

– То есть, когда сегодня на рассвете ты бегал на учениях, то был ещё не в курсе беременности своей жены?!

– Нет, – ошалело ответил Трэнр. – Повелитель пообещал мне развод, если я не обеспечу его дочь.

– Ханнелла знает? – спокойно поинтересовался Оливье.

– Анплёттен уже дал часть обеспечения, только чтобы я матушку в дела государственные не вмешивал, она – беременна, – озадаченный своими новыми проблемами Трэнр сел прямо на пол в позу лотоса.

– Ханнелла беременна, – повторил за ним, нисколько не удивившись, Оливье и, видимо решив добить несчастного, сказал:

– Твоя жена беременна, твоя матушка беременна, твоя бабушка беременна, твоя мачеха беременна.

– Что мне делать? – ужаснулся Трэнр. – Я же ещё даже экзамен не сдал.

– Готовиться к экзаменам, – тяжело вздохнул Оливье. – В этом году у нас ещё будет маркетинг и реклама. Если не сдашь, назначат тебя ректором академии.

– Не надо меня ректором! – взмолился Трэнр и вскочил на ноги. – Я всё сдам! – и он выбежал из комнаты, забыв про золото.

– Так весело я ещё никогда не жил, – усмехнулся Оливье. – Спасибо матушке.

– А почему он пришёл не через портал?

– Я восстановил и укрепил защиту в академии, – пояснил задумчиво он. – Погонял адептов для профилактики и сегодня официально назначу тебя постоянным педагогом по маркетингу и рекламе. Это будет самый опасный предмет в академии. Уверен. Буду присутствовать на всех занятиях.

– О-о-о, – удивилась я, представив весь масштаб трагедии адептов.

– Знаю, в родительском комитете будут жаркие споры по поводу моего ректорства, – продолжил говорить Оливье. – Многие будут плакать.

– Может, организовать психологическую помощь?

– Я лично буду её оказывать, – покачал в знак согласия мой дракон и коварно улыбнулся. – Может, мы покрепче закроем двери, и ты научишь меня оказывать психологическую помощь на примере одного пострадавшего от любовного шока драконо-ректора?

– М-м-м, – соблазнительно протянула я, делая вид, что серьёзно задумалась.

– Научу тебя управлять магией, чтобы адепты на твоих лекциях думали только о рекламе, – предложили мне сделку.

Скользнула в его объятия. Поцелуй был нежным, ладони тёплыми, объятия заботливыми.

– Академия наша навеки, – соблазнительно прошептал он на ухо.

– А на каникулах, когда мы не будем терроризировать адептов, посетим мой мир с твоим золотишком, – ответила я.

– Обязательно, только назначим Трэнра моим заместителем, когда он сдаст экзамен. Устраивал восстания, пора бы научиться их гасить, – его губы скользили по моей шее.

– Можно я буду ежегодно сжигать академию, просто так? – проснулась во мне Богиня.

– А потом купание в озере, – рыкнул дракон. – Сам донесу.

– Не вопрос, – согласилась я, чувствуя, как по моим венам потекла жидкая огненная лава.

– Сегодня огонь будет у нас лишь внутри, – он не дал разгореться пламени. – Ты же не против, если я буду контролировать пожары в этом здании?

– Не против, – я сдалась на милость победителя.

Сто лет спустя:

Пандора часто посещает наш мир. Она всё так же устраивает любовные безобразия для богинь, которых на Земле великое множество. Так что, девочки, держите ухо востро, а когда загадываете желание, не используйте чёрные свечи в форме одного интересного мужского органа.

Веселий нянчится с детишками своих детей. Он долго искал любовь, а когда нашёл, оценил этот великий дар судьбы и выбрал счастье, ибо мы сами творим свою историю и выбор всегда только за нами.

Анна и Оливье счастливы. Они всё так же правят в академии. Им на смену уже подрос и возмужал старший сын, полубог, полудракон. Он, кстати, находится в поиске пары.

Оливье верит в свою Богиню и ни на секунду не сомневается в своей вере. А она верит в него, даже когда между ними больше десяти шагов.

Трэнр – самый верный муж и разумный Правитель драконов.

Анплёттен… хм… Ханнелла… У них самый оригинальный брак за всю демонскую историю. Он, наконец-то, научился пользоваться утюгом по назначению.

Как мы назовем четырёх малышей? Возьму смелые имена на карандашик и обязательно использую в книгах))).

У нас: драконо-бог, драконо-принц, просто бог и демоно-ведьмак или ведьмако-демон))).