Глава 12

Когда мужчины удалились, по пути что-то увлеченно обсуждая, нас с Таль окружили несколько женщин, закутанных в местный аналог хиджабов, и проворно увели вглубь дома. Судя по голосам и глубоким морщинкам вокруг глаз, дамы были изрядно немолодыми. А ростом едва достигали полутора метров. Низенькие, сухонькие старушки, властно распоряжающиеся слугами, с появлением которых нам перестали встречаться мужчины, зато появилось на удивление много женщин.

— Здесь так принято, — пояснила Таль, пока мы шли за закутанными в черные одежды дамами. — Пока женщина молода и хороша собой, она используется в качестве наложницы. Особенно ценятся чужестранки, чем необычнее, тем лучше, так что для местных ты — знатная добыча. Как только женщина утрачивает красоту или перестает интересовать хозяина, ее переводят в разряд прислуги. И уже под старость, когда беззубую и шепелявую каргу становится стыдно демонстрировать гостям, старух отправляют следить за гаремом. Так что отношения среди местных леди, как ты понимаешь, довольно сложные. Нам стоит держать с ними ухо востро.

Я понятливо кивнула и слегка притормозила, чтобы быть к Таль как можно ближе. А то мало ли? Гости гостями, но вдруг мне из зависти что-то в голову прилетит? Есть и пить, наверное, тоже стоит аккуратно. Господин Эйрэн, конечно, не захочет заполучить себе кучу проблем с недовольным альтером, но кто знает? Всякое ведь бывает.

Дом у знакомого Рэйва оказался весьма велик. Мы только до женской половины замучались топать. Полы здесь были не глиняными, а деревянными. В проемах висели такие же деревянные, украшенные причудливой резьбой двери. Ноги утопали в пушистых коврах. И вообще, стоило признать, что господин Эйрэн жил на широкую ногу, в чем я имела возможность в очередной раз убедиться, когда остановилась на краю огромного зала, в центре которого виднелся самый настоящий бассейн, а возле него на горе подушек с беспечным видом восседали сразу пятеро юных дев.

Девочки все, как одна, оказались одеты во что-то легкое, воздушное и полупрозрачное. Все относились к одной расе, были таким же миниатюрными, как наши проводницы, смугленькими и весьма симпатичными. Их лица, к моему удивлению, были открыты, так что я без труда определила, что наложницы визиря преступно молоды. Лет пятнадцать-шестнадцать им, не больше. Меня по сравнению с ними можно было смело назвать старой девой.

Хм.

Впрочем, мое появление они встретили широко распахнутыми глазами и изумленно приоткрывшимися ротиками. Ну да, такой белокожки, как я, они наверняка в жизни не видели. Цвет моих волос, овал лица… Ой! Наверное, наложенная Рэйвом иллюзия спала? Иначе как бы они могли понять, кто я?

— Они тебя видят, — спокойно подтвердила Таль, когда я обернулась и вопросительно на нее посмотрела. — Когда Рэйв далеко, он не может поддерживать иллюзию слишком долго. Но сейчас это уже неважно.

— Что мы здесь делаем? — кашлянув, поинтересовалась я.

— Ждем. Наложницам важных господ полагается быть чистыми, красиво наряженными и игривыми. Так что тебя ожидают мытье, еда, сон и масса других увеселительных мероприятий, которые тебе, как истинной женщине, придется принять с христианским смирением.

Я скривилась, заподозрив, что надо мной банально издеваются, но в этот момент одна из проводниц властно хлопнула в ладоши, и в зал набежало еще несколько молодых дам возрастом от двадцати до тридцати… не таких симпатичных, как наложницы, одетых попроще, поскромнее, но тоже с открытыми лицами. Видимо, в пределах гарема прятаться им было не от кого. Окружив меня взволнованной стайкой, они ухватились меня за руки и под требовательным взором бабок… видимо, те были за старших… потащили в соседнее помещение.

— Иди, — кивнула Таль, демонстративно прислонившись плечом к стене и сложив на груди руки. — Я буду рядом.

— А как мне с ними общаться-то? — слегка запаниковала я.

— Жестами. Большая часть слуг традиционно для Мингха немая, так что жесты они понимают прекрасно.

— Боюсь, что не все, — пробормотала я, но делать было нечего, поэтому пришлось проследовать за служанками в ванную комнату. И вот там-то меня ждало самое настоящее потрясение.

Не буду утомлять вас детальным описанием всех процедур, которые мне довелось перенести в этот утомительный день. Скажу только, что времени они заняли до позднего вечера. Меня не просто раздели и вымыли… оказавшись в цепких руках молчаливых дев, я почувствовала себя героем сказки Ершова. Ну, помните? Про Конька-Горбунка? Там еще добра молодца купали сперва в молоке, потом в кипятке… вот через все это мне тоже довелось пройти, с небольшими дополнениями. Отмокнув сперва в одном чане с горячей водой, потом в другом, в третьем… с трудом выдержав прикосновение множества губок и даже щеток… в какой-то миг мне показалось, что я не женщина, а кобыла, которую чистят и скребут на радость хозяину. В промежутках между омовениями мое тело натирали какими-то маслами. Затем одно смывали и наносили следующее. Они даже эпиляции меня подвергли, представляете?! Правда, щадящей, с помощью едкого крема, которым обработали мои многострадальные конечности.

Но и на этом процедуры не закончились.

Следом за омовением последовал долгий, почти двухчасовой массаж, во время которого я едва не уснула. После него меня снова вымыли. В последний раз натерли каким-то кремом. Затем, одуревшую от духоты, отвели в другое помещение. И вот там-то я, ошалев от свалившегося на меня «счастья», благополучно отрубилась. Под бдительным присмотром Таль, которая честно следила, чтобы мне по недомыслию или злому умыслу не нанесли какого-нибудь вреда.

Проснулась уже под вечер. И… да, вы угадали, меня снова загнали в чан с теплой водой. На этот раз мыть и скрести меня никто не стал, зато вода в бадье оказалась ароматизированной, так что через полчаса я благоухала, как лесной цветок. А еще через полтора часа, когда мне привели в порядок ногти и волосы, испытала еще один шок. Ну как шок… просто увидела одежду, в которой мне предлагалось предстать пред очи своего могущественного «хозяина». Вернее, расшитый золотыми нитями лиф и похабные шортики с кисточками, которые едва прикрывали самое дорогое. Ну и полупрозрачные шароварчики, которые должны надеваться сверху. Видимо, для соблюдения хоть каких-то приличий.

Клянусь, сие полупрозрачное нечто — самое пошлое, что я надевала за всю свою жизнь! Но Таль сказала, что наложницы тут ничего другого не носят, им, мол по статусу положено соблазнять и разжигать в хозяине страсть, иначе раньше времени выкинут на помойку. А вот скандалить у них не было права. Собственно, у них вообще прав не имелось. И именно после этих слов мое терпение окончательно иссякло. Хорошо еще, что Таль успела добавить, что к данному «наряду» полагается плотное покрывало, дабы никто раньше времени не узрел мою неземную красоту. Иначе, богом клянусь, я бы устроила в этом рассаднике разврата полноценную Варфоломеевскую ночь.

Угу, иногда я бываю кровожадной. Но лишь тогда, когда меня доведут до белого каления.

— Спокойнее, — посоветовала Таль, когда выдернула из рук подошедшей служанки обещанное покрывало и со свирепым видом принялась в него облачаться. — Не вздумай демонстрировать норов на людях. Не поймут.

— Тебе легко говорить, — выдохнула я, яростно укутываясь в тряпку. — На тебя такую похабщину не наденут!

— Конечно. Я в понимании местных мужиков вообще не женщина.

— Как я тебе иногда завидую…

Таль удивленно кашлянула, оглядела меня с каким-то новым выражением, а затем неожиданно смягчилась.

— Это всего на несколько дней. Никто не просит тебя ложиться с Рэйвом в постель или ходить перед ним без одежды. Но хотя бы при посторонних… пожалуйста… сделай вид, что ты от него без ума.

Я несколько раз вдохнула и выдохнула.

— Ладно.

— Спасибо, — совершенно серьезно сказала Таль. После чего развернулась к выходу из комнаты, где меня облачали, и добавила: — Скоро нас позовут на ужин. Постарайся морально подготовиться к тому, что будешь изображать наложницу.

— А ты там будешь? — с надеждой вскинулась я. — Ты ведь не бросишь меня одну?

— Не брошу, — после короткой паузы кивнула девица. — Обещаю, что ни на шаг не отойду.

***

Ужин в компании господина Эйрэна, его наложниц, охранников и доверенных слуг оказался самым скучным мероприятием в моей недолгой жизни и самым утомительным времяпрепровождением, какое со мной только случалось. Под унылые трели местного аналога флейты мы… в смысле, я, пять красоток в паранджах и Таль… были вынуждены сидеть в дальнем углу большой комнаты. На мягком ковре. В гордом одиночестве. При этом от нас требовалось только молчать, не отсвечивать лишний раз и время от времени деликатно клевать разложенные на подносе фрукты, пока мужчины… в смысле Рэйв и сам хозяин дома… лениво развалившись на устланном парчой топчане, неторопливо вкушали ароматный плов и с умным видом рассуждали о высоком.

Альтер, правда, изрядно удивил меня тем, что прекрасно вписался в окружающую обстановку. Красные атласные шаровары вкупе с белоснежной рубахой невероятно ему шли. Вернувшиеся на место золотые браслеты загадочно поблескивали в свете горящих вдоль стен сотен свечей. Растрепанные черные волосы смотрелись на редкость эффектно. А расслабленная поза и эротично расстегнутый ворот делали его похожим на самого настоящего султана, пресыщенные очи которого то и дело с ленцой оглядывали ожидающих его внимания жен.

Ну, в смысле, «жена» у него была пока одна. И та, не слишком довольная своей ролью. Но, хвала небу, до нас мужчины не докапывались. Тем более, не похвалялись друг перед другом нашими достоинствами. Вернее, если они и похвалялись, то я этого не понимала. Но по крайней мере сравнивать нас вживую, поставив рядком и приказав снять покрывала, никто не посмел.

О чем они говорили, я не знала, а спросить у Таль не рискнула. Но судя по некоторым знакам и изредка бросаемым в нашу сторону взглядам, хотя бы иногда речь все же шла о женщинах. Причем по мере того, как лениво возлежащие на топчане господа прикладывались к содержимому своих кубков, эти взгляды становились все более заинтересованными. А после того, как плов в большом блюде закончился, а кубки окончательно опустели, господин Эйрэн довольно хлопнул себя ладонью по бедру, поднялся с топчана и, поманив унизанным золотыми перстнями пальцем одну из наложниц, с блудливой улыбкой на губах удалился из комнаты.

— Кажется, нам тоже пора, — шепнула Таль, когда альтер тоже поднялся и выразительно на меня посмотрел.

Оставшиеся не у дел наложницы быстренько ретировались. Однако слуги из комнаты никуда не делись. И два полуголых темнокожих здоровяка с ятаганами на поясах… те самые, что бдительно стерегли входную дверь… тоже. Так что, когда альтер сделал недвусмысленный жест, я тоже встала и плавно скользнула в его сторону. Перехватив его насмешливый взгляд, снова почувствовала раздражение, но потом решила: нет уж. Если ему кажется, что это забавно — посмеиваться над тем, что мы поменялись ролями, то давайте-ка мы лучше сыграем в эту игру вдвоем. Поэтому вместо того, чтобы просто поклониться, я бухнулась перед альтером на колени и, ухватив его ладонь, принялась с придыханием лобызать нервно дернувшуюся кисть.

— О, великий и могучий султан… гроза пустынь и покоритель женских спален… — забормотала я приторным голоском, не забывая при этом постоянно кланяться. — Как же там дальше-то было? А, вспомнила. О, рахат-лукум моего сердца… кусок халвы, застрявший в глотке, и бедренная кость барана, которую ты сегодня позабыл обглодать до конца…

—Инга! Мать твою за ногу, что ты творишь?! — Рэйв снова дернулся, словно получил пощечину, а я злорадно ухмыльнулась.

— Изображаю твою преданную наложницу. Что? Не нравится? А вот терпи… хм… хозяин. Держи, так сказать, фасон.

К счастью, наличие плотного покрывала избавило меня от необходимости слюнявить чужую руку. Но делать вид, что я страстно ее целую, оно совсем не мешало. Как и открыто злорадствовать при виде ошарашенной физиономии альтера. Правда, Рэйв быстро опомнился, и его лицо снова приобрело надменное выражение. После чего он жестом велел мне подняться с колен. Так же молча указал на выход, где, как вскоре выяснилось, ждал Кин. И, гад такой, успел по-хозяйски шлепнуть меня пониже спины, прекрасно зная, что прямо здесь и сейчас я ему не отвечу.

— Как только вернемся, я тебя прибью-у-у-у… — сладким голоском пропела я, выпорхнув из комнаты.

— Выпорю, — тихо пообещал мне в спину Рэйв. После чего я решила подключить тяжелую артиллерию и посеменила по коридору мелкими шажками, старательно виляя бедрами и прилагая массу усилий, чтобы приподнять край покрывала и продемонстрировать все то богатство, которое альтеру точно ни за что не обломится.

Честное слово, в обычные дни для меня такое поведение несвойственно. Я не гулящая, не развратная. И вообще очень долго привыкаю к людям, особенно к мужчинам. В целом и общем можно даже сказать, что я — девушка осторожная и не стремящаяся привлекать к себе чужое внимание. Но в последние дни у меня было много стрессов. Меня кусали, царапали, макали головой в озеро… на меня нападали пауки, в конце концов! Я несколько раз была готова поверить, что сейчас умру. Поэтому, возможно, кое-какие барьеры в моем сознании за эти несколько дней слегка пошатнулись. И конкретно в этот момент мне отчего-то показалось уместным хотя бы так отомстить нагло скалившемуся весь день альтеру, ведь ничем иным на него воздействовать я была не в силах.

Тем не менее, маневр удался: услышав позади сердитый выдох, я довольно улыбнулась. А когда следом раздался смешок Таль, даже приободрилась. Мы, девушки, даже если и не дружим, все равно прекрасно понимаем друг друга. И я была рада, что в чужом доме с его восточными порядками есть рядом хотя бы одна понимающая душа, которая, к тому же, пообещала не бросать меня в беде.

Вот так мы и добрались до выделенных Рэйву комнат. Я, правда, думала, что уж там-то он разозлится и величественным жестом отправит меня на фиг. В смысле, на женскую половину. Но не тут-то было. Добравшись до резных дверей, он по-хозяйски сграбастал меня за талию и, склонившись над самым ухом, прошептал:

— А пойти до конца ты посмеешь, рисковая моя?

Отступать было поздно.

— А ты? —проворковала я.

— Таль, Кин, останьтесь снаружи, — бросил альтер, выпрямившись и одновременно открывая дверь. После чего подтолкнул меня в спину, зашел сам. А когда дверь закрылась, и мы остались наедине, подступил вплотную и совсем по-волчьи оскалился: — Ну что, птичка… попалась?

***

Признаться, на какой-то момент меня все же охватило смятение, вызванное поведением сильного, умелого, безусловно доминирующего в ситуации мужчины. Но это быстро прошло. Глядя в глаза альтеру, я вдруг вспомнила, что всего несколько дней назад, на Земле, он клятвенно пообещал, что не причинит мне вреда. И в какой-то момент ощутила, что больше его не боюсь. Да, вот так. Совсем не боюсь, и точка.

И он почувствовал это. Отступил. Нахмурился. Какое-то время пристально изучал мое спокойное лицо, после чего резким движением развернулся и ушел в виднеющуюся неподалеку дверь, за которой, вероятно, пряталась еще одна комната.

Через пару секунд оттуда послышался шум льющейся воды.

— Фу-у… — выдохнула я, убедившись, что серьезных последствий у моей выходки не будет. А затем на цыпочках прокралась к двери и, приоткрыв ее, высунула нос наружу. — Таль? Кин?

— Мы здесь, — тут же отозвались из полутемного коридора. — Все в порядке?

— Угу. Рэйв ушел мыться. Можно мне уже пойти к себе?

— У наложниц нет права на личные помещения, — хмыкнула выскользнувшая из темноты Таль. — Если хочешь, я, конечно, могу проводить тебя к здешним дамочкам. Но имей в виду ­— ночевать ты будешь в общей комнате. Вместе со всеми теми бабками и служанками.

— И что, другого варианта нет?

— Нет, — расстроила меня Таль. — На мужскую половину женщины попадают только в одном случае. Поэтому мой тебе совет: останься до утра. Места здесь хватит. Да и охранять тебя тут намного легче, чем там. К тому же, в этом случае Рэйву не придется объяснять наутро господину Эйрэну, по какой причине он выгнал свою любимую наложницу прямо из постели. А тому не придется подозревать нашего хозяина в мужском бессилии.

Я чуть не сплюнула от досады.

Вот же гадство! Сплошные ограничения на этом дурацком Востоке! Этого нельзя, того нельзя… даже поспать нормально не дадут, потому что, если уж мужчина взял в свои покои наложницу, то должен заниматься с ней тем, для чего, собственно, взял! И отпустить с ложа даму через жалкие пару минут после начала приватной беседы означало расписаться в собственной неполноценности.

— Тьфу, — не сдержалась я и, получив из темноты сразу два понимающих смешка, закрыла дверь.

Ладно. Деваться некуда, назад я не хочу, а значит, надо исследовать территорию в поисках спального места. Увы, после недолгой прогулки оказалось, что комната в моем распоряжении всего одна. Вот эта. Одна дверь из нее вела в уборную, которую сейчас занимал Рэйв. Вторая, остекленная, отделяла от жилого помещения узенький балкон, с которого открывался изумительный вид на внутренний двор и занимающие его многочисленные сарайчики. Кровать тут тоже оказалась одна. Большая, правда, но спать в ней на пару с альтером у меня не было ни малейшего желания. Что еще у нас есть в арсенале? Большое кресло возле стены? Отлично. Вот в нем-то я и устроюсь, если, конечно, мы снова не поругаемся, и мне не придется посреди ночи возвращаться на женскую половину.

Но Рэйв же не захочет, чтобы о нем поползли нехорошие слухи?

Наверняка нет. Так что вот оно, мое креслице. Сейчас мы украдем с постели вот этот замечательный пледик, набросим на тебя, притащим пару подушек… Рэйву столько не нужно, обойдется… и вуаля. Спальное место готово.

— Ванная свободна, — хмуро сообщил вернувшийся альтер, заставив меня оторваться от обустройства уютного гнездышка.

Я благодарно кивнула и ушла. А когда вернулась, кутаясь в покрывало, то обнаружила, что к креслу альтер придвинул пару кушеток и нахально занял облюбованное мною место. Даже прихватизировал украденный с кровати плед. Одним словом, бессовестно использовал плоды моих трудов и, пока я брязгалась в холодной воде, благополучно завалился спать. Видимо, посчитав большущую кровать для этих целей недостаточно удобной.

Или, может, он нашел в ней клопов?

— Эм, — только и сказала я, увидев все это безобразие. — Вообще-то я обустраивала его для себя. Хотя бы спросил для порядка.

Рэйв сделал вид, что не услышал.

Я какое-то время потопталась рядом, но, поскольку альтер упорно меня игнорировал, отправилась спать на кровать. Одна и при этом немного растерянная. Конечно, спасибо альтеру, что позаботился, но я бы и креслом обошлась. Честно. Мне даже в спальном мешке было бы комфортно. А Рэйв вон как рассудил…

— Спасибо, — все же посчитала нужным поблагодарить я, прежде чем забралась под одеяло.

Рэйв, разумеется, не ответил, но мне после этого стало спокойнее.

Сон, правда, долго не шел. Кровать оказалась жесткой, белье на ней было чистым, но непривычно пахло травами. К тому же, после массажа я пару часов сна уже успела перехватить, поэтому ночью довольно долго лежала, глядя на низкий потолок и недоумевая про себя: что на меня сегодня нашло? Какая муха укусила? Ну подумаешь, по попе походя шлепнул? Роль играл. Ничего больше. А я, понимаешь, уже возомнила кучу всего. Накрутила себя. Разозлилась. И вот теперь лежу, переживаю. Думаю, а не обиделся ли на мое поведение Рэйв? Но я ведь не сделала ничего плохого, правда? Не оскорбила его. Не нахамила. Хотя, быть может, напомнила о том, о чем ему помнить не следовало? Он ведь не железный. И определенные потребности в отношении женского пола тоже наверняка испытывал. Тогда как я его сегодня откровенно провоцировала. Для чего, спрашивается? Отомстить? Узнать реакцию? Но зачем мне его реакция, если я не собираюсь строить с Рэйвом отношения?

У него, вон, и невеста есть. Правда, пока еще мертвая, но это не навсегда. Шансы на ее воскрешение все еще есть. Сколько миров мы прошли ради нее? Серый, красный, оранжевый, зеленый… теперь вот в желтом оказались, тьфу-тьфу, еще не нарвавшись на очередное испытание… и это уже немало. Осталось не так уж много до победы и до возвращения к жизни дорогой сердцу альтера женщины. А потом я вернусь к себе. Он, надеюсь, будет счастлив и даже не вспомнит, что какое-то время землянка Инга Крылова была у него попутчицей.

«Интересно, а Рэйв и правда хороший любовник? — некстати мелькнула в голове крамольная мысль. Поймав ее за хвост, я сперва озадачилась, потом нахмурилась. И в конце концов отмахнулась: — Какая разница?»

После чего закрыла глаза и все-таки задремала. А когда снова проснулась, неожиданно ощутила: что-то не так. Но не успела отреагировать, как что-то тяжелое навалилось сверху, а чья-то жесткая ладонь с силой зажала мне рот.