Глава 24

Марта

Мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что Уоррен не в восторге от идеи мужа. Ах да, я ведь едва не покалечила его дочь! Если прежде он игнорировал меня, то теперь явно недолюбливал.

— Ладно, — отмахнулся Уоррен. — Ты несешь ответственность за Завесу, тебе и отвечать.

Шайен улыбнулся и потянул меня к двум магам, топтавшимся поблизости. Я ошарашенно потрясла головой: оказывается, в муже таится целая бездна авантюризма! Наверное, он уверен во мне куда больше, чем я сама. И все же невольно я заразилась настроением Шайена, внутри бурлила энергия, требовавшая выхода. Хотелось увидеть Завесу и понять, зачем она преследует меня.

Созданный магами портал привел нас на высокий холм, поросший зеленой с фиолетовыми прожилками травой. Последнее не удивило — я начала привыкать к необычной природе Хейдорина и даже наслаждаться ею. Она ведь уникальна и по-своему красива.

— Ты готова? — спросил Шайен и взял меня за руку.

От этого невинного жеста сердце судорожно застучало, а перед глазами замелькали картинки вчерашнего вечера и утра. Мой дар пытался защитить меня, спасти от костра… Но пока он оберегал меня только от поцелуев, которых я жаждала не меньше мужа.

— Да, — ответила я, надеясь, что никто не обратил внимания на заминку. Сироп, в который превратились мои мысли, меня решительно не устраивал. Сейчас нужно сконцентрироваться на Завесе. Если она продолжит преследовать меня… Даже не знаю, как на это отреагирует Хирам.

Мы подошли к краю холма, и я изумленно выдохнула: внизу, в живописной долине, застыла магическая завеса. Она накрыла реку, но не успела добраться до деревни, что расположилась на другом берегу. В толще тумана то и дело расцветали вспышки, а ее очертания все время изменялись, словно она не находила себе места.

Внезапно кожу под артефактами обожгло. Я зашипела сквозь зубы и потрясла руками.

— Марта? Что случилось?

Шайен подобрался, а между его ладоней затрепетало готовое сорваться плетение.

— Нет-нет, я в порядке, — поморщилась я. — Браслеты нагрелись.

Уоррен одарил меня недружелюбным взглядом и сделал шаг вперед.

— Даже не думай, Шай. Я промолчал, когда ты притащил сюда ведьму. Но позволить ей снять артефакты… Это безумие!

На скулах Шайена заиграли желваки.

— Я помню свое место, Уоррен. Да и не в состоянии я снять артефакты — братец об этом позаботился. Это по силам только лэю Гордону, а он не пойдет на это без разрешения императора. Сперва Марта должна доказать, что владеет своей магией.

Реакция Уоррена оскорбила меня. Вскинув подбородок, я обернулась к магу и прищурилась.

— Я вовсе не просила снимать браслеты. Это не какая-то уловка. Уж поверьте, меня впечатлило обрушение этажа — счастье, что никто всерьез не пострадал. Или вы так думаете из-за дочери? — Уоррен неопределенно покачал головой, а меня уже понесло — слова полились сами собой. — Не я первая начала перебранку с Ванессой и уж точно не ожидала, что все закончится вот так… Я не желала ей зла.

Уоррен горько усмехнулся:

— Знаю. Она призналась мне, что вы поссорились из-за Шайена. — Маг перевел взгляд на мужа. — Я и понятия не имел, что она настолько влюблена в тебя, приятель. Она — моя дочь, и я всегда старался дать ей все, что она хочет. Работал не покладая рук, и Ванесса выросла вместе с императорскими детьми. Не жалел денег и сил на ее обучение, и она стала отличным лекарем и возглавила целое крыло в столь юном возрасте. Синтия всегда говорила, что наша дочка достойна лучшего. Жаль, что она так и не увидела ее взрослой. И все же Ванесса несчастна. Наверное, мне нужно смириться, что невозможно дать ребенку все.

Закончив тираду, Уоррен посмотрел на меня, и в его глазах уже не было прежней досады. Похоже, он смирился с тем, что от меня ему не избавиться, а значит, Ванесса не получит Шайена.

— Спасибо, — поблагодрила я. Вряд ли мы с Уорреном станем друзьями, но и нейтралитет меня вполне устроит.

— Тогда давайте вспомним о том, ради чего явились сюда, — напомнил Шайен, но я заметила тень улыбки на его лице. — Завеса волнуется.

Спохватившись, я посмотрела вниз и внутренне поежилась — преграда подобралась к холму, выпрямилась в полный рост, и теперь мы замерли друг напротив друга. Я видела всполохи, танцевавшие в толще тумана, чувствовала прохладу, отчего кожа покрылась мурашками.

— Что тебе нужно? — вырвалось у меня. Завеса пришла в движение, и Шайен задвинул меня себе за спину. — Нет, я должна сама разобраться.

Нехотя муж уступил, а я подошла к самому краю холма. Напротив — волнующаяся туманная гладь. Я всмотрелась в разноцветные отблески, пытаясь разгадать, чего же хочет от меня Завеса. Шайен говорил, что это высшая магия, созданная сразу после войны. Существовали ли тогда ведьмы? Такое ощущение, будто она узнала меня, почуяла мою магию прежде, чем я сама узнала о ней.

Размышляя, я не сразу заметила, что потоки магии, по обыкновению кружившие в воздухе, пришли в неистовство. Они двигались так быстро, что я видела лишь искры. Хм, похоже, Завеса им нравилась — змейки метались между ней и мною.

Есть у меня одна идея… Набравшись смелости, я вытянула вперед ладонь. Мгновение ничего не происходило, а следом туман заволновался и двинулся ко мне. Шайен шагнул вперед, но я отрывисто качнула головой. Чутье подсказывало, что посторонние лишь помешают.

Как и в прошлый раз, рука завязла в тумане, но теперь я не пробовала выдернуть ее — напротив, расслабилась и позволила завесе поглотить ее. Страх, покалывавший подушечки пальцев, ушел, уступив место любопытству, и даже потоки магии засверкали ярче. Артефакты нагрелись, а в ноздри проник запах раскаленного металла. Кожу запястий под браслетами обожгло, и я прикусила губу, чтобы отвлечься. Тем временем Завеса продолжала медленно окутывать меня: туман дополз до плеча и лег на спину на манер плаща, скользнул ниже и закрутился вокруг щиколоток, словно ласковый котенок.

— Марта!

Голос мужа донесся до меня издалека, будто сквозь толщу воды. Я хотела ответить, что в порядке, однако из горла не вырвалось ни звука. Я словно… сама стала туманом, растворилась в Завесе. Где заканчивалась я, а где начиналась она? Оставалось надеяться, что Шайен не вмешается прямо сейчас.

Когда все вокруг окончательно поглотила дымка, я с силой раскинула руки в стороны, пробуждая дар. Потоки магии ринулись ко мне, пробиваясь сквозь туман и норовя прижаться к коже. Завеса впитывала их как губка: змейки рассыпались на мелкие искорки, а всполохи в глубине тумана становились ярче.

Я оказалась права: ей была нужна моя магия. Шайен говорил, что их сил не хватает, чтобы досыта накормить ее. Впрочем, у меня тоже не выйдет: из-за ограничивающих дар браслетов потоков энергии было недостаточно. Когда последняя змейка исчезла в нутре Завесы, туман недовольно заволновался и наконец отлепился от меня.

— Ну извини, — хмыкнула я, — это все, что у меня есть.

Похоже, я только раззадорила ее аппетит.

— Слава Незримым! — облегченно выдохнул муж.

Уоррен же уставился на меня с ужасом.

— Впервые на моей памяти я вижу Завесу настолько сытой. Но все верно! Мы, маги, пропускаем потоки сквозь себя, а ведьма может направить в Завесу чистую энергию!

Я повернулась к Завесе.

— Отправляйся на границу, больше мне нечего тебе предложить.

Удивительно, но она послушалась — толща тумана медленно двинулась в сторону леса. А она милашка, когда не голодная.

Внезапно горло перехватило спазмом, а в груди появилась тяжесть. Я пошатнулась и наверняка упала бы, если бы меня не подхватил Шайен.

Так и знала, что без последствий не обойдется. Прежде возле меня всегда кружили змейки, а сейчас — ни одной. Я захрипела и вскинула ладонь ко рту, чувствуя, как задыхаюсь. Перед глазами заплясали белые пятна, а в уши ввинчивался взволнованный голос мужа. Кажется, меня трясли, пытаясь привести в чувство, но я лишь улыбнулась. Кожа под артефактами снова заныла, а меня накрыла беспросветная темнота без запахов и звуков.

Не удивлюсь, если именно так и выглядит смерть.

***

— Как неосмотрительно с вашей стороны, лэя Марта!

Лэй Гордон возмущенно потряс кулаками и нервно зашагал по спальне.

Я покаянно кивнула, понимая, что ему надо выговориться. Когда-то же ему надоест читать нотации? Я проснулась с полчаса назад, но артефактор никак не мог успокоиться. На пару минут я даже отключилась: наблюдала за тем, как прыгает его седая борода.

Первое пробуждение было куда приятнее: в кресле возле моей постели дремал Шайен. Впрочем, выглядел он так, словно это я должна беречь его сон: уставший, с бледной кожей и перевязанной ладонью. Наверное, ему снова пришлось использовать собственную кровь в качестве закрепителя. Жаль, что мы едва обменялись несколькими фразами, прежде чем лекари — слава Незримым, не Ванесса — погрузили меня в сон.

Тем временем лэй Гордон продолжал возмущаться:

— Три дня! Целых три дня вам понадобилось, чтобы оправиться от контакта с Завесой. Потрясающая беспечность! Такой эксперимент, и без присутствия курирующего вас мага.

В голосе артефактора прорезались обиженные нотки, а меня осенило. Да он же просто-напросто расстроен, что мы не взяли его с собой!

— Вы правы, лэй Гордон, — скорбно сказала я, всем своим видом демонстрируя сожаление. — Если мы повторим подобное, то непременно пригласим вас.

Лицо мага прояснилось, а на губы скользнула довольная улыбка.

— Хорошо, лэя Марта. Я верю в ваше благоразумие.

Я не лукавила: приключение, в которое меня втянул Шайен, дорого мне обошлось. Сейчас я чувствовала себя достаточно сносно — в воздухе появились первые потоки магии, несмело кружившие рядом.

— А что с Завесой? — спросила я.

Лэй Гордон отмахнулся:

— Об этом лучше спросите мужа — боюсь, информация засекречена. Сейчас он отправился к Его Величеству, я убедил лэя Шайена, что присмотрю за вами, когда вы проснетесь. С артефактами я уже закончил.

Я запоздало бросила взгляд на них, только сейчас вспомнив о браслетах. Кожа запястий была гладкой, без ожогов — не иначе как лекари постарались.

— Разве с меня не снимут артефакты? — удивилась я. — Я вполне доказала свою верность Хейдорину.

— Но вы по-прежнему необученная ведьма, опасная для окружающих. — Внезапно лэй Гордон наклонился ко мне и понизил голос. — Но теперь вам доступно чуть больше потоков — ваш дар постепенно адаптируется. Постарайтесь ничего не уничтожить.

Жаль, что браслеты останутся при мне, Хирама не так-то просто убедить.

— Сделаю все возможное! — заверила я мага. Этот чудаковатый старик мне нравился. Люди, полностью увлеченные своим делом, всегда вызывали мое уважение.

— Тогда я, пожалуй, пойду. Пришлю к вам лекаря…

— Подождите! — покачала головой я. — Правильно ли я понимаю: сейчас меня все равно заставят лежать в постели?

Артефактор кивнул:

— Лекари даже не разрешили вашему мужу перенести вас в Сторожевую башню.

— Тогда вы не окажете мне услугу? — мило улыбнулась я. — Если уж мне придется торчать здесь, хотелось бы провести время с пользой. Вы не прикажете прислать мне книги из библиотеки? Ронни обещал показать ее, но так и не успел…

— Конечно. — Кажется, лэю Гордону мой интерес к книгам пришелся по вкусу. — Какую тему вы бы хотели изучить, лэя? Ведьмы, верно?

— Да, — кивнула я и тут же добавила: — Но не только. Вообще-то меня интересуют… кшатры.

Кустистые брови артефактора взлетели вверх и потерялись в седой шевелюре. Он даже раздумал уходить и снова развернулся ко мне. В его по-старчески мутноватых глазах светилось любопытство.

— И чем же продиктован ваш интерес? Не сочтите за наглость, но разве вам не стоит сейчас сосредоточиться на своем даре? Мы почти ничего не знаем про ведьм, но вы могли бы поискать подсказку.

Я замялась, спешно подыскивая объяснение. Я по-прежнему не собиралась рассказывать про встречу с кшатром — боюсь, после этого он точно откажется говорить со мной. Напротив, нужно как-то убедить его помочь мне. Кот явно знает о ведьмах больше, чем все маги вместе взятые. 152e1bc

— Интересно! — широко улыбнулась я, не найдя отговорок посерьезнее. — Ронни рассказывал о кшатрах, и это так странно — у нас в Ристане ничего подобного нет. Но, конечно, первым делом я прочту книги о ведьмах.

— Хорошо, я распоряжусь, чтобы вам принесли все необходимое, — немного помедлив, сказал лэй Гордон.

Я выдержала его внимательный взгляд и искренне поблагодарила за помощь. Кто знает, когда вернется Шайен? Злиться на него не получалось: он снова отлучился, но нельзя же вечно сидеть подле меня? Да и не удивлюсь, если мой глубокий обморок был цветочками по сравнению с гневом императора.

Лэй Гордон не обманул — сразу после очередного лекарского осмотра слуга принес книги. Развернув сверток, я от досады прикусила губу — их оказалось куда меньше, чем я надеялась. По истории ведьм всего три тонкие книжицы, причем одна оформлением напоминала бульварный роман. С кшатрами дело обстояло несколько лучше — лэй Гордон прислал всего одну книгу, зато какую! — настоящий талмуд. На обложке значилась витиеватая надпись «Виды кшатров. Особенности поведения и способы уничтожения». Ой, кажется, не зря я умолчала о знакомстве с котом…

И хотя мне не терпелось приступить к чтению, я начала, как и обещала артефактору, с изучения ведьм. Впрочем, хватило меня ненадолго — уже через полчаса я с омерзением отбросила книгу в сторону и поморщилась.

И какие подсказки я должна найти тут? Первая книга повествовала о способах умерщвления ведьм. О, маги прошлого обладали богатым воображением! Вторая — представляла собой летопись. Большую часть страниц занимали таблицы с описаниями: как именно ведьму удалось схватить, чем она провинилась и как ответила за преступление. Нашлась в списке и та самая Каллиста, что сожгла город, — ее повесили. Стоит признать, преступления были довольно серьезны — никакого сглаза и прочей ерунды. И все же на по щекам побежали слезы. Сколько моих сестер погибло из-за своей силы… Неудивительно, что во мне живет подсознательный страх перед магами. Ближе к концу книги появились первые записи о запечатывании магии, а последние два десятка страниц остались пустыми. Такое ощущение, будто ведьмы просто перестали рождаться. Или лучше скрывали дар.

Книжица в ярко-розовой обложке с изображенной на ней парочкой, слившейся в жарком поцелуе, оказалась любовным романом. Пожалуй, она единственная представляла какой-то интерес — в ней описывалась то, как ведьма «колдует». Не факт, что автор книги вообще был знаком с ведьмами, но вдруг в тексте есть крупицы правды?

Чтобы переключиться, я взялась за историю о кшатрах. Оторвалась лишь спустя час и широко улыбнулась. Теперь я знаю, перед чем котяра не устоит!