Глава 28

Марта

Сердце билось, едва не выскакивая из груди, воздуха не хватало, но я не могла оторваться от губ Шайена. Я нисколько не раздумывала: сразу ответила на поцелуй, наслаждаясь каждой секундой. В этот раз было иначе: еще слаще и пронзительнее. Наши языки схлестнулись в древнем танце, и все, о чем я мечтала, — чтобы воздух в легких не заканчивался, а этот момент длился вечно.

Но все же голова закружилась, и я пошатнулась — хватка Шайена на моей талии стала крепче. Тяжелое дыхание мужа, его потемневший взгляд и прикосновения пьянили быстрее, чем самое крепкое вино. Я судорожно выдохнула, и он отодвинулся.

— Я слишком тороплюсь?

Одно мое слово, и он отступится, хотя в его глазах бушевало пламя желания. Никогда прежде я не видела его таким… голодным. Я открыла рот, снова закрыла и быстро покачала головой. Шайен не спешил возвращаться к поцелуям, внимательно рассматривая меня.

Я вздохнула:

— Послушай, я должна признаться… Я солгала тебе тогда, в Ристане.

Я надеялась, что он сам догадается, о чем я, но муж лишь вскинул бровь.

— Я все еще невинна!

Щеки опалило жаром, и я опустила взгляд. Шайен поднял мой подбородок и заставил посмотреть на него.

— Я знаю. И я счастлив, что стану твоим первым мужчиной.

Я улыбнулась, чувствуя облегчение. Наверное, нетрудно догадаться, что у меня нет ни капли опыта, но хотелось, чтобы Шайен знал правду.

— Ты готова?

Хриплые нотки в его голосе оцарапали слух, и я задрожала. Медленно, словно завороженная, кивнула, и он тут же притянул меня к себе. Поднял меня на руки и в два шага добрался до кровати.

Как ни странно, смущение ушло, уступив место предвкушению. Незримые, я хотела этого не меньше Шайена! Опустив меня на постель, он принялся распускать шнуровку на лифе платья. Прохладный воздух коснулся обнаженной кожи, и я вздрогнула, подавив порыв прикрыться, — в последнее время я часто носила наряды со шнуровкой впереди.

— Ты безумно красивая, Марта…

Ответить на неожиданный комплимент я не успела: Шайен поцеловал меня в ключицу, и посторонние мысли покинули меня. Запрокинув голову, я выдохнула, а муж скользнул ниже и накрыл губами грудь. Застонав в голос, я выгнулась, цепляясь за простыни.

Моя кровь превратилась в кипящую лаву и сожгла остатки стеснения. Я приподнялась, позволив Шайену избавить меня от одежды, и положила ладони на его крепкую грудь. Жмурясь от удовольствия, заскользила пальцами, изучая каждый дюйм его тела: широкие плечи, которых так приятно касаться, рельефную грудь и твердый живот.

Сверху раздался прерывистый стон. Подняв взгляд, столкнулась с горящим взглядом Шайена и спустя мгновение оказалась пригвожденной к кровати. Я впервые почувствовала на себе вес мужского тела, и ощущения будоражили.

— Ты готова? — снова переспросил он.

Я быстро кивнула: слова покинули меня. Однако когда Шайен раздвинул мои ноги, внутри меня проснулся дар. Стекла в окнах задребезжали, зеркало подернулось сеткой мелких трещинок, а потоки магии, плававшие под потолком, устремились ко мне.

— Нет!

От досады я закусила губу, а Шайен замер. На его скулах играли желваки, а тело окаменело.

— Это не тебе! — покачала головой я. — Ведьмовской дар снова сопротивляется, считая тебя угрозой.

Вести такой разговор будучи обнаженными было странно, но Шайен не растерялся.

— Сопротивляйся, — шепнул он мне. — Покажи, что именно ты хозяйка своего дара, докажи, что доверяешь мне.

Он принялся покрывать поцелуями мое тело, а я зажмурилась, пытаясь собрать мысли воедино. Это было не так-то просто: огонь заполонил все мое тело, лишая способности соображать. Незримые, я не готова остановиться вот так, я хочу получить Шайена полностью!

Моя решимость, пусть и не высказанная вслух, подействовала: потоки магии затормозили, будто наткнувшись на препятствие. Они неуверенно закружили рядом, а я притянула Шайена к себе. Глупо лгать — я влюбилась в него. И больше всего на свете хотела, чтобы мы стали мужем и женой по-настоящему.

Я закинула ноги за спину Шайена и застонала, когда он прижался ко мне. Сознание подернулось туманом, а я превратилась в ощущения. Ничто не заставило бы меня разорвать объятия, даже моя собственная магия. И она поняла это: отступила, свернувшись послушным клубком где-то внутри. Змейки вновь взмыли вверх, а дребезжание стекол прекратилось.

Я победила и отпраздновала это, прильнув к Шайену. Он прочел ответ в моем взгляде и больше не медлил. Впившись в мои губы, подхватил меня под ягодицы, и посторонние мысли вылетели из моей головы. Остались лишь разгоряченная кожа, смятые простыни и стоны, разделенные на двоих. С каждой секундой удовольствие становилось острее, а Шайен двигался все быстрее. Я подалась ему навстречу, и меня накрыла ослепительная вспышка, на несколько мгновений лишившая зрения и слуха.

Это было лучше, чем глоток воды в пустыне, лучше, чем пламя костра в промозглый день. Я словно умерла и родилась заново, но уже иной. И это было прекрасно.

***

— Марта, милая, мне пора.

Я сонно встрепенулась и посмотрела на уже одетого Шайена. Он наклонился и поцеловал меня в губы, отчего я мгновенно вспыхнула. Потянулась за новым поцелуем, но муж покачал головой:

— Мне нужно к Завесе — делегация вот-вот прибудет на границу. Жаль тебя будить, но и уходить не попрощавшись я не хотел.

— Правильно, — пробормотала я и бросила взгляд в окно. Розоватая дымка рассвета еще не рассеялась, а Шайен уже на ногах. И выглядит неприлично бодрым для человека, что лег спать далеко за полночь. — Может, мне пойти с тобой? Заодно покормить Завесу?

— Нет уж, хватит с нее пока. Да и светлым нужно предъявить целую и невредимую принцессу. Нам нельзя давать ни малейшего повода для конфликта.

— К сожалению, — вздохнула я и бросила лукавый взгляд на мужа. — Но кшатра я приведу.

— Договорились.

Шайен снова поцеловал меня, и на этот раз оторвался не сразу.

— Вечером состоится бал в честь приезда светлых. Нельзя ударить в грязь лицом, поэтому я буду благодарен, если ты поможешь Леоне.

— Конечно, — пообещала я.

Шайен ушел, а я откинулась на подушки, бездумно рассматривая потолок. Губы сами собой расползались в улыбке, даже предстоящая встреча со светлыми не беспокоила.

Перед глазами замелькали картинки прошедшей ночи, и меня снова затопил жар. Пришлось похлопать по щекам, чтобы переключиться. Хорошо, что магия наконец признала меня хозяйкой. Да и артефакту Незримых мы доказали, что наш брак настоящий. И все-таки меня мучил один момент… Вчера мы с Шайеном так и не обсудили наши чувства, за нас говорили тела.

Закусив губу, я выбралась из кровати и направилась в ванную. Холодная вода взбодрила и прогнала остатки сна, однако предательская мысль, угнездившаяся в голове, не желала уходить. Кто я для Шайена? Жена, спору нет. Но так ли сильны его чувства, как мои? Я мрачно посмотрела в зеркало и пожала плечами.

Стук в дверь возвратил меня в реальность. Как там сказал Шайен? Бал в честь делегации из Ристана. Похоже, день будет непростым, а ведь мне еще нужно наведаться к Кейрину.

Я прислушалась к себе, но отголосков его чувств не ощутила. И слава Незримым! Ведь это означало, что и он не «читал» меня вчера ночью. Иначе как бы я взглянула ему в глаза после всего этого?

Открыв дверь, я обнаружила за порогом двух запыхавшихся горничных.

— Лэя Марта, вас приглашает к себе Ее Величество. Помочь вам с туалетом?

Я кивнула, прогоняя мысли и о кшатре, и о Шайене. Похоже, в ближайшее время мне будет точно не до них.

Я оказалась права. Лэя Леона, расхаживавшая по комнате, при моем появлении остановилась и нервно всплеснула руками:

— Марта! Ты вовремя. Расскажешь о праздниках в Ристане? Мы давным-давно не устраивали по-настоящему большие балы, а Хирам попросил меня заняться организацией… — Императрица была не на шутку встревожена. — Не то чтобы нас сильно волновало мнение светлых, но нельзя ненароком нарушить этикет. Этикет Ристана, конечно, но разве это их волнует? Не хватало еще спровоцировать ссору. Светлые ведь наверняка не просто так явились… Ой, прости.

Леона смутилась, а я отмахнулась:

— Не стесняйся в выражениях. Я вполне понимаю тебя.

Она облегченно выдохнула и серьезно посмотрела на меня.

— Я буду благодарна, если ты поможешь. Дипломатический скандал — последнее, что необходимо Хейдорину.

— Я расскажу все, что знаю, — кивнула я. — Во-первых, прикажи прислуге расставить как можно больше золотых безделушек по замку. Ристанцы любят пускать пыль в глаза и сочтут скромность и хороший вкус бедностью…

Круговорот дел захватил нас с Леоной: осмотр залов, утверждение меню и списка гостей и прочее-прочее. Пообедать не успела, перекусила прямо на кухне, не обращая внимания на шокированные лица поваров. Ближе к вечеру я понадеялась, что основная работа сделана, как выяснилось, что меня ждут горничные, — следовало привести в порядок не только замок, но и себя. Пока служанки подгоняли по фигуре мой самый роскошный наряд, явилась Ирма. Она тоже приоделась, хотя бал должен был начаться только через пару часов. В присутствии горничных тетушка говорить не решалась, а я делала вид, будто не понимаю ее подмигиваний. Чутье подсказывало, что мне стоит держаться подальше от ее козней, — мало ли что она задумала.

Так ничего и не добившись, Ирма ушла, а я, отослав слуг под предлогом того, что мне надо отдохнуть перед балом, стянула бирюзовое платье и переоделась. Я хотела как можно скорее увидеть кшатра, что-то внутри отчаянно требовало этого. Видимо, связь между нами сильна.

На этот раз открытие потайного хода далось легче. Прищурившись, я окинула взглядом разноцветные потоки магии и округлила глаза. Их стало больше, гораздо больше! Пожалуй, столько же, сколько и в тот день, когда во мне проснулся дар. Встрепенувшись, нырнула в проход в стене и зашагала по лестнице. Ни паутина, ни сквозняки, ни темнота меня уже не пугали — мысли занимали змейки.

Лэй Гордон оказался прав — моя магия привыкла к артефактам, и они перестали действовать! Как же не вовремя… Если я сообщу об этом Хираму, он не станет рисковать благополучием Хейдорина и тут же запрет меня. Особенно сейчас, когда приезжают светлые… Но Ристану это может не понравиться. Если они ищут повод для войны, то получат его безо всяких сложностей. Нужно поделиться соображениями с Шайеном: он лучше знает своего брата.

Тем временем ступеньки кончились, а передо мной снова предстали два коридора. Левый вел в логово кшатров, это я уже знала, а вот правый… Раскатистый храп, прокатившийся по подземелью, не напугал меня, а лишь разбудил любопытство. Да и дар внутри оживился: змейки едва не подталкивали меня в спину.

Вскинув подбородок, я решительно зашагала вперед. Сколько можно ходить вокруг да около? Я должна увидеть все своими глазами.

Этот коридор оказался более заброшенным, чем тот, что использовал Кейрин. В лицо то и дело летела паутина, с влажных стен срывались капли, а я оскальзывалась на камнях. В голове промелькнула мысль о том, что бродить здесь накануне бала не лучшая идея, — вся работа горничных пошла насмарку. От влажного воздуха волосы завились кольцами, а от пудры и губной помады не осталось ни следа.

Храп становился все громче, и я поежилась, обхватив себя руками. Во рту пересохло, а по коже поползли мурашки. Я разрывалась между желанием повернуть назад и желанием наконец узнать, что за существо таится в подземельях.

Коридор кончился внезапно, а в глаза ударил яркий свет. Пришлось остановиться и несколько раз моргнуть. Когда зрение обрело четкость, я удивленно вскинула бровь. Я стояла в просторном каменном зале. Судя по гладким стенам и окнам на потолке, сквозь которые и проникало солнце, создал его человек, а не природа.

За спиной вновь раздался храп. Медленно обернувшись, я замерла словно вкопанная, а крик, так и не сорвавшись с губ, застрял в горле.

Дракон! Мощное тело распласталось на каменном полу, насыщенно-фиолетовая чешуя сверкала в закатных лучах солнца, а глаза были закрыты. Задние лапы слегка подрагивали, будто ему снилось что-то неприятное, и я быстро шагнула назад. Да у него когти размером с мой локоть! Длинная узкая морда существа возлежала на передних лапах, а шипастым хвостом он укрылся будто одеялом.

Легенды не лгут: у Хейдорина существует защитник — дракон! И кажется, он не спешит просыпаться. Первая паника схлынула, а комок страха в животе рассосался. Но почему он спит, особенно сейчас, когда на пороге гости из Ристана? Разве ему не положено беречь покой страны?

Сердце оборвалось: теперь я поняла, почему Шайен и Хирам опасаются войны. Магов слишком мало, чтобы сдержать напор светлых, Завеса служит защитой чисто номинально. Хейдорин практически бессилен, а дракон впал в спячку!

— Марта?! Ты что здесь делаешь? — раздался позади голос Кейрина.

В тот же миг на меня нахлынули его чувства: растерянность, досада и почему-то разочарование. Похоже, я так увлеклась рассматриванием дракона, что не ощутила приближение фамилиара.

Я обернулась и развела руками:

— Я не удержалась. И давно он спит?

— Я не считал, — буркнул кот. — Лет семьдесят, наверное. Маги пробовали растолкать его, но бесполезно. Сперва еще пытались как-то, изобретали все новые заклинания и зелья, но вскоре сдались. Сочли, что отмерянный богами срок жизни дракона истек. Он ведь порождение Незримых, подарок Хейдорину, который должен был стать залогом мира.

— Погоди, но разве не темные начали войну? — нахмурилась я. — Почему дракон оказался у вас?

Кшатр посмотрел на меня, как на глупого ребенка, но все же соизволил ответить.

— Войну развязал Хейдорин, но нас вынудили. Ристан заключил сделки с другими странами: они получали более выгодные условия, но взамен не торговали с нами. Мы оказались почти в полной изоляции. Год-два… Со временем нам перестало хватать многих необходимых для жизни вещей. Артефактов, редких продуктов и прочего-прочего. Император объявил войну, а уже спустя пару дней мы попали в осаду. Незримые наказали Хейдорин за использование по-настоящему черной магии, но дали дракона, чтобы тот оберегал нас.

— Спасибо за экскурс в историю, — вздохнула я.

— Могла бы захватить сметану в благодарность.

Так вот чем он разочарован!

— У меня есть идея получше. Как насчет подняться со мной в замок? Ты теперь мой фамилиар, а значит, я имею полное право всюду брать тебя с собой.

Кшатр изумленно уставился на меня.

— Темные не очень-то любят кшатров. Не хочется быть уничтоженным на месте.

— Я этого не допущу. — Я нисколько не лукавила. Фамилиар — часть меня, теперь мы связаны. И если понадобится, я пущу магию в ход. — Нам нужно отстоять себя, надоело чувствовать себя виноватой за проснувшийся дар. Пусть Хейдорин привыкает к тому, что теперь у них живет ведьма. А еще я заручилась поддержкой мужа.

Кейрин распушил усы.

— Хотел бы я познакомиться с этим темным. Ладно! Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

О, да у них с Шайеном взаимный интерес. Бросив последний взгляд на спящего дракона, я направилась к выходу. Кот поплелся рядом: шерсть на его загривке встала дыбом, а перепончатые крылья трепетали от волнения.

Внезапно кшатр насторожился:

— Ты слышала?

— Что? — непонимающе переспросила я.

Храп дракона заглушал все: и стук капель о пол, и свист ветра.

— Шаги. — Кейрин нервно ударил хвостом по полу.

Его беспокойство передалось и мне: поманив пальцем несколько змеек, я припомнила науку фамилиара и отправила их вперед по коридору. Полноценным поисковым заклинанием это не было, но если на пути потоков встретятся препятствия, они дадут мне знать.

Мы преодолели еще десяток шагов, когда фиолетовая змейка вернулась. Едва она коснулась моей кожи, я словно увидела ее глазами: впереди шло существо, отдаленно напоминающее птицу. Отдаленно, потому что нижняя часть тела была вполне себе человеческой. Вот только в глазах навыкате не было ни капли разума.

Я описала существо Кейрину, и тот облегченно выдохнул:

— Это Куриная башка. Мы с Ларри зовем его так. Он безобиден, потому что непроходимо глуп.

Я кивнула, однако тревога, поселившаяся внутри, не ушла. Но если это не кшатр, то кто?