Глава 27

Вечер Анна и Амин провели вместе, совсем не думая о грехе, наслаждались друг другом и временем, что было только для них двоих.

Ричард позвонил Анне, когда та была еще дома. Девушка заехала, чтобы взять с собой офисную одежду, но завтра выходной и праздник, на который надо будет прийти.

— Привет, любимая. — Голос Ричарда вызывал волнение и странное чувство горечи. — Ты так заработалась, что позвонить некогда? Пора намекнуть Амину, чтобы он не заваливал тебя работой. Хотя какая может быть работа, когда все основное уже сделано?

— Нет, мы как раз трудимся над одним проектом, — ответила Анна, но тут же пожалела об этом. Хотя Рич не из тех, кто выдает тайны, она решила, что Амин сам все должен рассказать Ричарду.

— И что это? Ты мне расскажешь?

— Амин сам это сделает, если сочтет нужным, но дело не касается школы, — ответила девушка, думая про дополнительную взлетную полосу.

Анна подошла к комоду, чтобы достать белье, и замерла с телефоном в руке. Со свадебной фотографии на нее смотрел радостными глазами муж. Тот день был очень счастливый. Так ей казалось. Но сейчас, если бы вернуть все назад, она отказала бы Ричарду. Или…

— Анна, ты какая-то задумчивая и молчаливая. У тебя все хорошо?

— У меня все отлично. Дни проходят одинаково. Лучше ты расскажи, как тебе город, что успел увидеть.

Пока Ричард перечислял все достопримечательности, рассказал про все встречи, на которых был, девушка одной рукой вытаскивала вещи и кидала их на кровать. Она почти не слушала мужа, думала о том, что ей взять с собой. Эту ночь она проведет у Амина, и ей уже не терпелось оказаться в доме на берегу Тихого океана в крепких руках любимого мужчины.

Ричард не умолкал, говорил и говорил, Анна села на кровать и поняла, что она поступает гадко и низко. Он скучал, верил ей, даже представить не мог, что та скромная девушка, на которой он женился, которой дал дом и семейный уют, ему изменяет. Она предала его. Почувствовав себя омерзительно, Анна закрыла глаза. Рич не заслужил такого отношения к себе. Но что она могла сделать, если полюбила другого?

— Анна, ты слышишь меня?

— Я очень рада, что ты не скучаешь.

— Не дают скучать, но я соскучился по тебе. Как только приеду, ты будешь вся моя. Каждая ночь будет нашей.

Анну замутило, как только она это представила. Распахнув глаза, посмотрела на фотографию, во рту пересохло. Она представила, как по ночам Ричард будет касаться ее, и стало омерзительнее вдвойне. Нет, никто, кроме Амина, к ней прикасаться не может. Ее тело — храм, и ключ только у одного человека.

— Хорошо, — солгала она, желая быстрее закончить разговор, а отключив телефон, еще долго сидела на кровати, думая о том, как все запуталось.

Амин ей предлагал многое, но там, вдалеке, в его жизни, будет ли ей место? Она точно знала, что здесь, рядом с Ричардом, тихо и спокойно, пусть и без ответных чувств.

Анна боялась этого звонка, боялась, что муж заметит ее холодность. И это он еще не приехал!

Собрав сумку, девушка все равно пошла туда, куда звало ее сердце. Пусть даже ничего в итоге не получится, она все равно будет верить в лучшее. Анна доверяла Амину.

Пока девушка собиралась, Амину позвонил отец. Это был первый звонок Саида за продолжительное время, и молодой человек очень ждал его.

— Я рассмотрел твои документы, — на арабском заговорил Саид, и Амин понял, что скучает по родине. Его тянуло в Дубай с невероятной силой. — И вот что я решил: твоя стратегия развития нашей авиакомпании очень рискованная. Ты об этом знаешь.

— Риски я исключил, отец, — тут же вставил Амин, — если только на Лос-Анджелес не налетит смерч и не снесет весь терминал. Но мы его застрахуем от форс-мажоров.

— Риск в том, что мы, арабская авиакомпания, потеряем свою индивидуальность и прогнемся под американскую систему. Такого быть не должно.

— И не будет — наша территория в любом государстве остается нашей. Правила авиакомпаний одинаковы и не подлежат изменениям. Устав един для всех территорий.

— Затраты большие, а окупятся минимум лет через пять.

— Но позже принесет прибыль в разы больше. В Америке развиты авиасообщения…

— Конкуренция!

Амин выдохнул, мотнув головой. Отец явно не хочет во всем этом участвовать.

— Arabia Airlines превзойдет любого конкурента. Мы единственные, для кого удобство пассажиров на первом месте. Нас выбирают для стыковочных рейсов в Дубае, так почему нельзя такое же организовать на другом континенте?

— А что касается директорского состава, ты думал о том, кто будет управлять компанией в Лос-Анджелесе?

— Это будет легко делать из Дубая. Управлять буду я, и я сам подберу квалифицированных специалистов и лучший состав администрации. Я не подведу свою семью и не рискну нашими деньгами, тем более строительство будет курировать местный департамент.

Саид замолчал, обдумывая сказанное, он специально тянул время, играя на нервах Амина. Еще немного, и сын будет требовать своей доли в компании.

— Аллах, Амин, — прошептал Саид, — я даю свое согласие, но если что-то пойдет не так, то мы соберем председателей правления и лишим тебя твой доли.

На губах Амина заиграла улыбка, он облегченно выдохнул.

— Аль-хамду ли-ллях[26], — прошептал он, — я тебя не подведу, отец, Аллах свидетель. Ты еще будешь гордиться своим сыном.

— Так и есть, я тобой горжусь, Амин. Пойду расскажу новость твоей матери, она в последнее время вся на нервах.

Как только закончился разговор, в дверь позвонили. Амин прекрасно знал, кто пришел, и, открыв дверь, сразу закружил Анну, говоря что-то на арабском. Она ничего не поняла, но обхватила мужчину за шею и засмеялась. Догадалась! И как только ее ноги коснулись земли, их губы встретились в радостном поцелуе.

— Я знала! Я верила! У тебя все получилось!

Хотелось петь и танцевать, уже забылся тот печальный разговор с Ричардом…

— А ты Ричарду еще не говорил? — поинтересовалась девушка.

— Сейчас же скажу, — Амин схватил телефон, — это задержит его в Арлингтоне еще на неделю.

Разговор мужчин был чисто деловым. Анна предполагала, что Амин много не скажет, только факты. И оказалась права, все нюансы и планы Амин рассказал личной ей.

— Я так рада, — девушка искренне улыбнулась, поднимая бокал с содовой. — За начало нового дела!

— Впереди нас ждет много работы, — Амин чокнулся с ее бокалом, — это принесет авиакомпании развитие, а нашей семье большую прибыль и престиж.

— Нашей? — не поняла она.

— Нашей, Анна, — улыбнулся он, — тебе и мне. Рано или поздно мы станем одной семьей.

Это звучало красиво, девушка сделала глоток и задала вопрос, который не касался бизнеса:

— Мне надо будет сменить религию?

— Нет, — пожал плечами Амин, — если не хочешь, тебя никто не заставляет. У мусульман распространены смешанные браки. Коран не запрещает мусульманину жениться на женщинах другой веры, но вот…

— Вот что? — насторожилось девушка.

— Дети, — Амин пристально посмотрел на Анну, смущая ее, — наши дети будут исповедовать мою религию.

— Дети… — это слово совсем вогнало Анну в краску, и она стала думать о том, а не может ли она быть бесплодной? Амин уже говорит о детях, она в браке уже полгода, а детей нет. Вспомнились слова Ричарда о визите к врачу: муж перекладывал на нее эту проблему. — Да, так будет правильно. Я все равно не верю в Бога, но твой Аллах… Ты словно под его крылом. Пусть он убережет наших детей.

Может быть, если бы она верила и молилась, как это делал Амин, Бог бы тоже услышал ее. Или он слышит и направляет по нужному пути? Но почему этот путь опять с такими преградами? И за какие грехи наказан Ричард?

— Мы будем жить в Дубае? — тут же поинтересовалась Анна, хотя ненавидела забегать наперед так далеко. — А кто будет заниматься строительством и курировать работу авиакомпании здесь?

— Мы будем жить в Дубае, — успокоил девушку Амин, — нам не надо будет приезжать сюда. Тебе, по крайней мере, точно, но если ты захочешь навестить родину, то, безусловно, никаких препятствий с моей стороны не будет. Но только не одна.

Жизнь в Дубае, в другой культуре пугала, но в то же время манила. Какая разница, где жить, лишь бы с ним.

— Не переживай, — ладонь Амина накрыла руку Анны, — я сделаю все, чтобы ты была счастлива.

— Я счастлива здесь и сейчас, потому что есть ты. Но я боюсь некоторых неопределенностей. Ты так легко говоришь о нашем браке, но ведь еще ничего неизвестно…

— А что должно быть известно? Мы уедем в Дубай и поженимся, как только я разберусь со строительством и дам ему ход. Здесь меня больше ничего не задержит.

— А Ричард? Что будет с ним и со школой? Он так желал заключить эту сделку, так мечтал о ней, — Анна поникла. — Как только он узнает, что мы… что я и ты… что я ушла к тебе… Все его мечты рухнут, это убьет его. Он не захочет иметь с тобой дело, а ведь это сотрудничество — цель всей его жизни. Нельзя так просто отнимать у человека мечту.

— И что ты предлагаешь? — Амин иногда совсем не понимал женщин.

— Давай поступим так: я расскажу Ричарду о нас, как только договор с тобой будет подписан. По крайней мере, хоть что-то у него останется.

Амин задумался, анализируя эту просьбу. Если бы ему преподнесли такой сюрприз, он бы поджег этот договор. Неужели Ричард, отпустив Анну, будет продолжать радоваться сотрудничеству с Arabia Airlines? В такое верилось с трудом, и если это будет так, то Ричард Арчер упадет в глазах Амина. И, наверно, даже в собственных.

Амин не торопился отвечать, положил вилку на тарелку и взглянул на Анну. Она слишком сердобольна, другая бы ухватилась за любую возможность жить с любимым человеком и забыть о прошлом, а Анна жалела бывшего мужа.

— Сделай это для меня, — прошептала девушка, — я многим обязана Ричарду. Я больше у тебя ничего не попрошу, но Ричард заслужил хотя бы это.

— Моя жена может просить все, что хочет, — наконец произнес Амин, — ради тебя я выполню эту просьбу. Обещаю. Как только будет подписан договор с Altitude, ты подашь на развод.

— Обещаю, — Анна тепло улыбнулась, и на душе у нее стало спокойнее. Пусть она и предаст Ричарда, но тот сможет найти утешение в работе.

— Но мне будет сложно, — Амин вернул девушку из раздумий, — все же ты его жена. Ты думаешь о нем, но не думаешь о том, каково мне будет видеть вас вместе.

Анна встала и, обняв Амина, поцеловала его в шею, вдыхая восточный запах.

— Я люблю тебя и обещаю, что сделаю все возможное, чтобы мы с Ричардом не жили как муж и жена. Он ко мне не прикоснется, я обещаю. Я не хочу, чтобы кто-то касался моего тела, кроме тебя. Для меня нет мужчины любимее.

Анна сделала шаг назад и под пристальным взглядом Амина начала расстегивать маленькие пуговички на блузке, а потом скинула ее к ногам. Она никогда не делала ничего подобного, но так хотелось, чтобы Амин и дальше продолжал думать о том, что ее тело, как сердце и душа, отданы только ему.

— Я люблю только тебя, — повторила она снова. Амин не выдержал, оказался рядом и поднял девушку на руки.

— Как до облаков.

— И обратно.

Они занимались любовью всю ночь, с редкими паузами на сон. В пять часов утра она опять проснулась, а Амина рядом не было. Анна улыбнулась и легла на его сторону кровати, укрывшись одеялом. Сквозь сон она вспомнила слова о детях. Интересно, он будет будить детей в пять утра на молитву? И да, ей было приятно, что их дети примут религию отца, если мать в этом деле им совсем не помощник.

В восемь утра она наконец сварила кахву. Амин не спал с момента утренней молитвы и уже сидел за документами. Теперь его мысли занимал проект.

Ночью Анна обнаружила пропущенный звонок от Ричарда, но перезванивать не стала. Спишет на то, что уснула. Не хотелось портить идиллию.

Девушка поставила две чашки с кофе на столик в гостиной и услышала привычное «шукран». Амин улыбнулся, одаривая ее взглядом красивых голубых глаз.

— Мне нравится, как ты выглядишь по-домашнему, с растрепанными волосами, и твои губы…

— Что с ними? — Анна удивленно коснулась своих губ, а потом поняла, и оба засмеялись. Они вообще много смеялись. С Амином любой разговор был непринужденным и часто заканчивался улыбкой или смехом. Девушка ощущала себя птицей, которую впервые в жизни выпустили из клетки, и она дала волю эмоциям. Раньше думала только о работе, а теперь ее мысли были заняты другими вещами, кахвой, например.

— Иди сюда, — Амин потянулся рукой к губам девушки, коснулся их подушечкой пальца, а потом внезапно поцеловал. Анна запротестовала, но этот протест был в шутку. Ей нравилось с ним целоваться.

— Амин, — Анна отстранилась, — так мои губы никогда не обретут нормальный вид, а ведь нам идти к Арчерам.

— Ой, прости, с Днем благодарения. Никогда его не праздновал. Что это за праздник? Тот, что с индейкой на весь стол?

— Он самый. Семейный праздник, очень старый. Когда первые поселенцы из Англии оказались в Америке в Массачусетсе, то многие погибли: стоял холодный ноябрь. Индейцы научили выживших обрабатывать землю и сеять определенные виды растений, взамен попросили защиты от других племен. Урожай был богатым, и все были сыты. Англичане пригласили за стол вождя того племени, это был первый День благодарения. С тех пор американцы празднуют этот праздник, накрывают стол, жарят индейку и пекут тыквенный пирог. — Анна задумалась, а потом спохватилась: — Боже, мне надо идти домой! Я должна испечь пирог.

— Испеки здесь, — Амин оторвал взгляд от бумаг и поднял голову.

— Нет, мы должны приехать в разное время, иначе… Джек очень внимательный. Вчера он сказал, что от меня пахнет тобой. Я даже не нашлась, что ответить, что-то пошутила про работу. Но твоя рубашка… Она стала хитом в офисе. Как бы Ричарду не передали.

— Быстрее разведетесь, — пробубнил Амин, и Анна, улыбнувшись, поцеловала его в щеку.

Даже когда он злился, то был самым лучшим. Девушка уже его не боялась, стала собой — простой девушкой, которая любила непростого мужчину.

— Знаешь, — прошептала она ему на ухо, — ты совсем не такой, как все.

Эта фраза позабавила Амина.

— Продолжай, — заинтересованно сказал он, напрочь забыв о документах, — в чем я не такой?

— Твоя культура, молитвы, арабский язык и даже твое тело, — Анна себе чуть не прикусила язык за последнее. — Ой.

Амин обернулся, сначала не поняв, о чем она. Анна оказалась очень близко и широко распахнутыми синими глазами смотрела на него. Такими прекрасными, как сапфировые озера в ясный день.

— Что с моим телом? — он начал медленно наваливаться на нее, не давая возможности ускользнуть.

— С ним все прекрасно, но оно… идеальное… прям слишком.

Амин еще никогда не встречал такой девушки, чтобы так много говорила и выражала свои мысли вслух. Но ему нравилось ее щебетание, потому что не знаешь, что она скажет в следующий раз, тем самым поставив его в неловкое положение. Амин никогда не был готов к ее рассуждениям, и они всегда веселили его. И сейчас он засмеялся, даже не зная, что ответить. Но раз Анна начала этот разговор, то он его закончит.

— Ты про обрезание, как я понял, — выдал Амин, совсем не смущаясь этой темы. Его вообще смутить было сложно — Анна это уже поняла.

— Да, — смущенно ответила она.

— Я мусульманин, — напомнил Амин, возвышаясь над ней, — это сунна, я прошел хитан[27], но я рад, что ты с таким до меня не сталкивалась.

— Мне нравится, — засмущалась она, потянулась к губам мужчины и тут же получила поцелуй. Судя по всему, приготовление пирога откладывалось…

Вечером Анна стояла на пороге дома семьи Арчер с пирогом в руках. Она надела голубое платье, которое ей подарил Амин. Выдался прекрасный повод порадовать любимого, пусть даже в гостях. Праздник, а значит, надо быть красивой и выглядеть нарядно. На ногах девушки красовались белые лабутены, которые делали ее стройнее и выше. Настроение у Анны было приподнятое, она улыбалась. Дверь открыла Милена.

— С Днем благодарения! — девушка улыбнулась свекрови, вручая пирог.

— Анна, — Милена пригласила девушку войти, восхищаясь ее видом, — боже мой, тебя не узнать! От тебя будто пышет энергией. Ты такая… красивая, — Милена улыбнулась и обняла невестку. — Я никогда тебя такой счастливой не видела! Скажи, ты беременна?

Улыбка тут же покинула лицо девушки. Ей стало жаль Милену и Джека, они были прекрасными родителями для нее тоже.

— Нет, я просто счастлива.