23 Разговоры даймов

– Может тебе принести выпить? Вино? Шампанское? Или покрепче?

– Нет, – напиваться, или даже просто пригубить, что либо из алкоголя, в этом месте и тем более окружении, совершенно не хотелось.

Ощущение, что меня закинули в клетку к хищникам только усиливалось.

Я выпью. Скорее всего много. Но… Потом. Когда выберусь отсюда живой, и может даже не сильно убитой морально.

– Вы мне тоже наденете, как собачонке, поводок? Что это вообще за дурдом? – зашипела я на него. – Увидеть такое дико, а тем более принимать в этом извращении участие я отказываюсь!

Хотелось только одного – бежать отсюда, как можно быстрее.

– Как ты выразилась – это извращение, всего лишь дань традициям. Раньше даже жены даймов не имели права, так себя вести, как сейчас. Ещё моя мать застала то время, когда девочки рождённые в семьях даймов, имели такой же статус, что и прислуга. Хотя, бывало, что эскортницы или генно подходящие женщины жили намного лучше, чем они. И, нет. Тебя уродовать поводком я не собираюсь. Но, тебе придётся надеть это, – с этими словами, он вытащил из кармана пиджака платиновую цепочку, в звене каждой затейливым образом был вставлен переливающийся камешек.

В другом месте и ситуации, я бы восхитилась такой красотой. Сейчас же, мне было страшно и противно, надевать её. Приравнивая себя, тем самым, к безвольным марионеткам из зала.

Цепочка легла ровно по ткани комбинезона. Найдя свое отражение в одном из зеркал, подметила, что если не всматриваться, то можно посчитать это украшение, частью наряда.

– Не все даймы сторонники таких традиций. Надеюсь ты в курсе, что твой крестный однозначно высказывает своё мнение по этому поводу. В этом мы с ним схожи.

От этого упоминания, у меня волоски на руках встали дыбом. Ведь где-то здесь, среди гостей, находится и моя семья. Дядя с тётей, и может даже Даниэлла. Её спина, выходит, мне могла не показаться.

– Бездна, – тихо ругается Архи, не понятно из-за чего.

– Я считал, что ты в курсе таких мероприятий, и тебе будет просто, справиться со всем этим.

На его слова, я просто промолчала. Сказать было нечего.

Да. Я пару раз присутствовала на приёмах окрестных, но такой вакханалии там не происходило.

Заметив, кого-то в толпе, Архи повел меня под локоть в зал. Ноги стали словно деревянные. Каждый шаг был сделан словно не мной.

Спустившись вниз, я бесстыдно пряталась за спиной Архи. Хотя, со стороны наверное выглядело это для всех, как следование за своим хозяином.

Во всем этом диком фарсе, то что никто из присутствующих не обращал на меня внимание, было единственным смягчающим обстоятельством, и то до поры до времени.

– Де’миан! Заявился всё таки, – пророкотал недовольный мужской голос. На свой манер искажая имя, что сильно резануло слух.

Только по одному произношению имени Демиана, стало понятно, насколько этот дайм приверженец старых порядков, а ещё чванлив.

Чего я на дух не переносила.

– Здравствуй, отец,– поприветствовал его Архи, как мне показалось без требуемого пиетета.

– Мама, – уже с большим радушием и уважением добавил он. Соблюдая при этом все рамки – чепорности.

После этих слов мне стало нестерпимо любопытно, к кому мой дайм так обратился.

Не мой конечно же. Родительский. Но всё же. Я ведь его латаю и залечиваю раны. Несу так сказать ответственность за него. Теперь ещё бы, из-за широкой спины, рассмотреть перед кем.

– Ну, надо же. Ты не один. В кой то веке. Вспомнил о приличиях. Ещё одну безродную себе взял? Я же отправлял тебе список, с достойными родами, откуда можно взять себе наложницу.

– Почему же безродную? – перебил его родной голос дяди. – Или по каким-то причинам мой род вы достойным не считаете?

А, вот теперь поднимать глаза от пола, и рассматривать, кого бы то ни было, я передумала.

Вот, бездна! Мне было стыдно! Ужасно стыдно перед семьёй. За своё присутствие здесь. За то, что крестному опять приходится заступаться за меня, дабы сохранить лицо.

Чувство новое, и отвратительно неприятное. Сквозь дорогой мраморный пол хочется провалиться, скрыться ото всех присутствующих.

– О, дайм Сте’фан. Рад встречи. – отозвался тот, кого Демиан назвал отцом.

– На этот раз я удивлён, не скрою. Как своим сыном и его выбором, так и вами. Помнится вы рьяно охраняете своё имущество. Даже не пожелали поделиться с будущим наследником вашего рода, служанкой. И, вдруг теперь такие перемены?

– Ваш сын умеет дипломатически решать интересующие его вопросы. В отличие от того молодого дайма, который нарушил правила моего дома, даже ещё не став частью семьи. Что же касается наследника. Я ещё молод и полон сил, чтобы обеспечить себя потомком мужского пола. Хотя, меня вполне устраивает дочь. Вы лучше всех понимаете, что нет гарантии, что второй отпрыск выдастся удачней первого. Только затраченных сил и средств будет уже не вернуть.

Последние слова видимо чем-то разозлили отца Демиана, я это смогла понять и не посмотрев на него, потому что дыхание его участилось. Видимо сдерживаясь, и не желая поддаваться на провокации собеседника, он пытался хоть так спустить пар.

В том, что это была именно провокация, я не сомневалась. Дядя в этом был просто мастер. Даниэлла раньше всегда с восхищением рассказывала, как только одной фразой он мог поставить на место зарвавшегося дайма, или высмеять его так искусно жонглируя словами и интонацией, что сначала и не понять, восхищается он или насмехается.

– К слову сказать, как поживает ваш младший отпрыск? Вы его совсем не выпускает в свет. Демиану приходится отдуваться за двоих, и замечу довольно хорошо мальчик справляется.

Мальчик? Да какой он, к хвосту кометы, мальчик! Мужик в самом расцвете сил. Или дядя нарочно его так называет?

Все эти хитросплетения, и скольжения слов, порядком стали раздражать. Почему нельзя открыто сказать, что думаешь. Или промолчать. Как в суде:” Кому есть, что сказать - говорите, или замолчите навечно”.

– Рад, что Де’миану удалось вас впечатлить. Был рад с вами повидаться, но мне уже пора. – отбрехался этот дайм от разговора на тему, которая ему неприятна.

Надо же, у Демиана есть младший брат. И, видимо ему отведена роль паршивой овцы, которую и на люди не показать, и избавиться жалко.

– Нам уже тоже пора, – прервал мои размышления Архи средний. Ведь если отец старший, его брат младший, и выходит он средний.

Всё таки, набравшись смелости посмотрела на родных.

Чтобы споткнуться о ненавидящий взгляд Даниэллы. Удаляющейся вслед за родителями.

Вот и что это сейчас было? Чем на этот раз я ей так сильно не угодила?

Архи посадил меня в такси, и отправил домой одну.

Может это даже и к лучшему.

На душе было тяжко, гадко и муторно.

Первым делом ещё в машине сняла ошейник.