8 Непристойное предложение

Испуг. Смятение. Растерянность. Страх неизвестности. Столько эмоций нахлынули сразу одновременно. Что сил не было пошевелиться, и что либо сделать.

– Прошу вас, присаживайтесь. – указал он рукой в сторону кресла слева от себя. Внимательно меня рассматривая и наблюдая. С таким выражением на лице, которое присуще преподавателям с многолетним стажем и опытом работы с провинившимися впервые студентами. Словно хотел понять, стоит ему тратить время на бестолковые лекции или отпустить горе студента.

Эффект неожиданности этот мужчина умел производить при каждой встрече. Сейчас казалось он выглядит намного старше, чем во время своей речи в медицинском центре. Не встречайся я с ним ранее при других обстоятельствах, посчитала бы его довольно зрелым мужчиной, даже ровесником своего крестного.

Сделав несмелые шаги опустилась на предложенное кресло. Положив рюкзак на колени. Всё так же не произнеся не слова. Я рассматривала свои руки, замочек на рюкзаке, край стола, и всё ждала, когда этот мужчина заговорит первым. План своего поведения и общения с ним я выбрала ещё находясь за спиной Грена. Он был прост. Полностью отрицать наше с ним необычное знакомство, если его посещение моей квартиры в не самом здоровом виде можно таковым считать.

– Итак. Элен Рейв, меня зовут Демиан Архи. Я, как вам наверное уже известно, являюсь куратором по набору студентов в группу так называемого Золотого билета. Вы подали заявку на участие в отборе. Так почему же я должен вас взять в свою группу? – откинувшись на спинку кресла, и перестав что-то изучать в папке, всё это время находящуюся у него в руках, задал он мне самый стандартный вопрос. Который положено задавать на собеседовании.

Чем сильно меня порадовал.

Немного собравшись с мыслями выдала ему всё как есть:

– Я никакой заявки на участие в отборе не подавала. У меня нет стремления и планов становиться участником Золотого билета. Поскольку есть свои планы на жизнь.

Поднять глаза, и посмотреть на своего собеседника я так и не решалась. Отчётливо понимая, кто сидит передо мной, и чем это может быть чревато. Для даймов прямой и долгий взгляд мог послужить вызовом, и причиной для агрессии. Хотя, для них любой не понравившиеся им взгляд, слово или случайный жест мог стать поводом для конфликта. А, посмотреть всё таки очень хотелось. Чтобы понять, как отреагировал он на мои слова.

– Мне это прекрасно известно.

Его слава прозвучали, как выстрел, заставив меня забыть о правилах безопасного поведения с даймами, и посмотреть ему прямо в глаза. Во взгляде читалось довольство, от произведенного на меня эффекта.

– Тогда ответьте мне Элен, на что вы готовы пойти, чтобы не быть участником отбора? – всё так же наблюдая за моей реакцией задал он следующий вопрос.

Видя моё недоумение он продолжил:

– Хотя, давайте вопрос немного перефразируем, чтобы до вас быстрее дошло: что вы готовы сделать, чтобы не доставлять очередную порцию проблем своему родственнику? То есть вашему любимому дяде – Тодеусу Коф.

– Что вам от меня нужно? – не стала я юлить и разыгрывать сцену недопонимания перед этис неблагодарному типом. Неблагодарным, потому как, то ли он в самом деле добра не помнит, и того что я его зашивала у себя в ванной, рискуя своей жизнью. То ли и в самом деле меня не узнал. Есть и третий вариант, он просто Дайм считающий, что обычные люди ему всегда и во всём должны. Просто, по праву происхождения. Что больше всего вероятнее.

Вот и сейчас, за мой счёт, он хотел получить что-то. Только вот что именно? Добраться до главы семейства? Проще и действенней всего было бы через Даниэллу. Он не был глупцом, и прекрасно это понимал. Тогда что?

– Ты знаешь кто я? – стерев с лица самодовольство задал он следующий вопрос.

– Вы дважды уже представились: в медицинском центре и сейчас.

– Что ещё тебе известно?

– Только слухи. – от его тона и взгляда веяло холодом, таким, что врать или умалчивать мне не хотелось. Последствия вранья всегда будут плачевными с такими как он. Глаза его притягивали, каким бы холодом не веяло. Сама попалась на его удочку, гипноз или животный магнетизм. Да называй как хочешь, эффект один. Он ждал, чтоб я продолжила. Молчать в ожидании следующего вопроса мне нет смысла. Как и ему повторно задавать тот же вопрос.

– Работаете на правительство, занимаете хорошую должность, довольно перспективный и завидный жених среди даймов. Не женаты, по последним данным из сплетен в отношениях не состоите.

– Всё верно. Вот поэтому то я и хочу тебе предложить сделку. Выгодную для нас двоих.

От его слов я хмурилась всё сильнее и сильнее.

– Сейчас ты подпишешь вот этот документ, о конфиденциальности нашей с тобой беседы, а далее и сам контракт. Который позволит тебе не попасть на отбор, и следовательно в мою группу.

Он протянул мне заполненный договор, на котором уже стояла его подпись. В нем говорилось, что я не имею права на разглашение информации о нашем разговоре, даже во время судебно следственных разбирательства. В ином случае, всё моё движимое и недвижимое имущество, а так же я, словно вещь какая-то, перехожу во владения данного, слов приличных и неприличных нет на него, Демиана Архи. При чем последнее так заковыристо завуалированно, что прочитав в первый раз я даже не поняла о чем речь. Только перечитывая несколько раз, и обдумывая значение каждого слова удалось сообразить,и уловить истину.

– Я не стану этого подписывать. На цивилизованных планетах нет и не может быть рабовладельческого строя.

– Всё таки сообразила, что тут не так. Знаешь, немногие из девушек, что были на твоём месте вообще читали этот договор. Их интересовал только следующий. – при этом он достал из папки два других листа, сверив их поставил свою роспись. После чего протянул их мне, взамен того, что был у меня в руках.

Этот договор был стандартного варианта, без каких либо скрытых подпунктов. Перечитав оба образца несмело поставила подпись. Упираться и дальше, конечно можно было бы, но мне хотелось поскорее со всем этим покончить. Узнать наконец-то, что этому дайму от меня нужно, и как с этим бороться.

– Ну, что ж, Элен у меня к вам есть довольно непристойные предложение – стать моей содержанкой.

От его слов меня так знатненько перекосило.

Передо мной лежал ещё один стандартный договор. О его существовании я часто слышала в семье, но чаще среди студентов. Ведь многие девчонки даже из моей группы не считали зазорным стать одной вот из таких особ. Тем более обзавестись влиятельным покровителем для них считалось бы даже престижным.

Меня же эта перспектива никак не привлекала. Она была мне неприемлема. Финансово я обеспечивала себя сама, за счёт пол ставки в медицинском центре. Родители опять же не забывали про свою дочурку. И денег мне без шика, но хватало.

Непроизвольно для себя я отрицательно замотала головой.

– Вы не по адресу.

– Ваш адрес мне прекрасно известен Эля. И это не то предложение от которого бы вам сейчас стоило отказаться. Учитывая первую нашу с вами встречу. Давайте, проясню для вас. Вы стали свидетелем, того чего не стоило вам видеть, тем более участие принимать. Но вы, по доброте душевной сами себя тянули в то, что сейчас здесь происходит. Я наблюдал за вами, навёл справки, и меня полностью устраивает то, что я о вас узнал. Вы помогли мне, теперь я к вам с ответным предложением.

– Так я не подавала заявление на это гребанный отбор! И теперь я понимаю, что это ваших рук дело. Так чем же вы решили мне помочь?

– Не надо гнева. Поумерьте свой пыл. Сначала выслушайте до конца, не перебивая. На эмоциях вы и так успели натворить дел. Как я уже сказал, сами того не желая вы привлекли ненужное внимание. Как бы мне не хотелось, но моё пребывание в вашей квартире не осталось незамеченным. Теперь я предлагаю вам заключить контракт, который для всех будет выглядеть, как очередной выбор женщины на время. От вас же, требуется только отыгрывать в нужное время и в нужном месте свою роль. Не более.

– А если мне этого не нужно, я не соглашусь?

– Тогда я буду вынужден сделать официальный запрос вашему крестному отцу Тодеусу на суррогат. Не думаю, что он найдёт достойные причины для отказа, несмотря на то, что он довольно скрупулезно занимается защитою своей семьи, и людей подпадающих под это определение. – грубо и холодно он пресёк все мои попытки отречься от его предложения.

Повергнув меня в дикий ужас лишь одним словом суррогат.

Я вспомнила слова Грена, о том, как его родителям не повезло, и что теперь вся его семья находится в долговом рабстве у одного из даймов. В памяти тут же всплыли истории и образы женщин, которые были в таком вот рабстве. Бесправные, что мебель. Мои собственные слова об отсутствии рабовладельческого строя теперь казались смешны до ужаса.

– Вы слишком остро реагируете. Постарайтесь спокойно всё обдумать. Повторю, хоть и не люблю этого делать, что вам всего лишь нужно сделать видимость того, что вы моя содержанка. Контракт на год.

– Вам то это зачем? – от шока и волнения, у меня натурально так начала потихонечку трястись челюсть.

– Я не люблю быть в долгу, или чем-то обязанным. Вы помогли мне тогда, я предлагаю вам взаимопомощь. Не скрою, для меня он будет выгоден ещё и тем, что будет медик под рукой. – более дружелюбным тоном произнёс он. На что я хмыкнула. Ага, я прямо так и поверю, что у него проблемы с Медицинским обслуживанием.

– Если вы ещё этого не поняли, мне нужен надёжный человек, который не станет доносить за моей спиной о том где я, и что делаю.

Сил сидеть не осталось. Я буквально растеклась по креслу, понимая всю безвыходность ситуации. Уверенность в своём хроническом невезение только укреплялась всё сильнее.

– Каковы условия нашего с вами договора? Если как вы заверяете, моими обязательствами по контракту будут только ваше сопровождение на публике, и поддержание легенды нашей с вами связи.

– Вам придётся переехать ко мне. Если мне вы понадобитесь, должны будете немедленно явиться куда я вам скажу. И делать то что я вам скажу. На счёт медицинской помощи, я говорил вполне серьёзно. Ваши услуги в тот раз оказались как раз вовремя. Думаю не нужно объяснять, что задавать мне лишних вопросов по этому поводу не стоит.

– Понятно. – только и смогла я пролепетать.

Хотя в таком состоянии нестояния, я мало что сейчас понимала, да и вообще плохо соображала.

– И когда мне нужно к вам переезжать? Сколько у меня осталось времени?

– Ни сколько. Переберешься сегодня - завтра. Учитывая твою скромную натуру светиться сейчас нам с тобою не к чему. Достаточно пока заключения контракта.

– А, как же моя работа и учёба? – наконец-то таки мне удалось собрать мозги в кучу, и задать правильный вопрос.

– Меня это никак не касается, единственное, ваше заявление на отбор я аннулирую сегодня же.

– Но ваше заявление, о том, что в любой момент времени я должна примчаться по первому вашему зову. Я ведь не смогу просто уйти с работы.

– Я постараюсь не тревожить вас в это время.

Отвлекшись на оповещение смартфона, он продолжил:

– Наше с вами время на милую беседу истекло. Подписывайте бумаги. Этого на сегодня будет достаточно.

– Вы ведь понимаете, что теперь у меня будут проблемы с семьёй, с самим главой клана. Никто не поверит в то, что я добровольно согласилась стать чьей-то содержанкой!

– Почему же. Скажете, что решили заработать денег самостоятельно. А, работа в медицинском центре оказалась для вас намного тяжелее, чем вы рассчитывали. Тем более на вас обратил внимание мужчина, который вам интересен, и при первой же встрече сделал вам предложение. За счёт которого будете полностью финансово обеспечены.

– Но вы не в моем вкусе. Тем более старше. – словно прописную истину, я пыталась ему объяснить, что какие бы слова я не говорила, никто не поверит, в то что я вдруг запала на мужчину старше себя и на его деньги.

– Так всё дело в том, что я вам не приятен? – как то огорченно поинтересовался он.

– Дело в том, что я не встречаюсь с мужчинами старше себя, которые мне могут в отцы годиться. Вдобавок к этому, не беру за это денег! – не выдержала я. Как ещё можно ему объяснить?

– Время истекло подписывайте, и идите. – строго он напомнил мне о договорах, что так и лежали передо мной.

Дрожащей рукой я поставила роспись. Понимая, что сейчас сама поставила крест на своём будущем, и на своей репутации.

Забрав один экземпляр, я молча вышла из кабинета. Предварительно глубоко запихав его в рюкзак. На пары не пошла. Сейчас мне хотелось просто уйти отсюда. Чтобы всё произошедшее казалось иллюзией, моей галлюцинацией. Как в старинных фильмах, когда героиня переживает огромную потерю или стресс, а потом оказывается, что это был всего лишь сон.